Самолёт для валькирии (СИ) - Богатырев Александр Николаевич - Страница 118

Поэтому, всё чаще и чаще, и Григорию, и Василию приходилось обучать не непосредственно самих пилотов, работников, а руководителей. И что самое неприятное было в этом деле -- общий уровень образования был настолько низок, что подбор кадров на руководящие должности превращался в поиск воды посреди пустыни: "где-то тут она есть... немного... может быть...".

И, тем не менее, дело ни шатко ни валко всё-таки двигалось. Через идиотизмы подчинённых, через тупизм начальства, через всегдашние ошибки всех и вся. Вольные или невольные. Где-то приходилось на ходу менять руководителей. Где-то перемещать резко подчинённых с одного дела на другое. Часто через голову непосредственных начальников. Так кстати, вышло с той самой Ольгой Смирновой как пилотом.

Испытания трёхмоторного монстра затягивались. Доделки и доводки отдельных узлов выстраивались в длинную череду, а Ольгу к чему-то уже надо было приставить. Вот и решил Григорий перекинуть Ольгу на освоение одномоторного самолёта. Благо самолётик уже показал свою надёжность и можно было потихоньку запускать его на полёты по стране. Поначалу, на километров пятьдесят-сто. А там уже видно будет.

Тут как раз и понадобился институт штурманов. Кого-то надо было приставить к Ольге. И тут сразу же нашлась кандидатура. Когда Григорию эту кандидатуру представили, то... ему сходу показалось, что он уже её где-то видел ранее. До того, как курсы штурманов были организованы. Кстати, на штурмана Ольги Смирновой, претендовала тоже дама -- летать среди них многие хотели, но не все годились на роль пилотов. Вот и пошла данная энтузиастка в штурманы. И именно лицо этой самой дамы показалось Григорию очень знакомым.

Дело происходило как раз в помещении для обучения штурманов Воздухоплавательного Парка. Большая часть слушателей и слушательниц покинули помещение. Остались только Ольга, которую как раз пригласили для знакомства со своим штурманом, руководитель курсов и сама претендентка, сдавшая только что экзамен.

- А мы раньше нигде не встречались? - никак не смутившись тем, что рядом стоит Ольга, прямо спросил Григорий. Ольга тут же нахмурилась, а претендентка сильно покраснела.

- Ну... мы встречались на том самом полёте, когда ваш многоуважаемый брат совершил свой знаменитый полёт над всем Санкт-Петербургом. - сильно стесняясь выговорила дама.

И тут Григорию припомнился и тот день и те происшествия на поле.

- А-а! Припоминаю! Так вы та самая, кто прямо под крыло садящегося пепелаца кинулась? С букетом?!

Дама ещё больше покраснела и кивнула.

- Так ваша фамилия -- Соколова? - решил слегка разрядить ситуацию Григорий.

- Да, с вашего позволения... - выговорила она.

- Вот! До полного комплекта, в нашем доблестном Воздухоплавательном Парке не хватает только Уточкина! - с апломбом заявил Григорий глядя на руководителя курсов.

- Пардон?! - не понял тот.

- Ну как же Андрей Викторович?! Судите сами: Воробьёв у нас есть. Соколова... моё почтение!.. -- многозначительный поклон в сторону новоиспечённого штурмана, - есть. Воронин и Орлов -- тоже есть! А у нас какое заведение? Лётное! Так почему бы нашим лётчикам не иметь фамилии связанные с небом да ещё и в полном комплекте? Так что ждём Уточкина и принимаем его без проволочек! Какая прекрасная "стая" получится!

Сказано было с намёком. Но таким, который если и будет понят, то далеко не сразу, а только по пришествию самого Уточкина. Того самого. Знаменитого. Который здесь пока ничем не знаменит кроме своего фантастического упорства в достижении целей. И то пока только среди ближних друзей в Одессе. Но очень даже стоило бы ожидать его здесь.

Григорий представил какой фурор на Базе вызовет появление этого невзрачного ещё, заикающегося паренька. Ведь то, что сейчас сказано, обязательно в виде удачной шутки разойдётся по офицерам.

Да! Хорошо быть пророком! А ведь явно так и назовут!

Дальше, после первых полётов со штурманом на близкие расстояния, надо было сделать и дальний. Хоть самолётик и маленький, но запас топлива весьма приличный. Поэтому решили совместить "приятное с полезным": экипаж -- те же самые Смирнова с Соколовой, которых уже успели за "слётанность"(слово тоже быстро пошло в ход на волне идеи "стаи") прозвали "наши две С". А вот "пассажирами" решил полететь Григорий вместе с одним из своих репортёров. Причём, помня успех "второго полёта пепелаца" всё обставили также на публику.

Перелёт планировался длинный. Рекордный. Поэтому, по прибытию в каждый промежуточный пункт предполагалось отсылать не только радиодепеши, но и слать реляции телеграфом. Как в исходный пункт, так и конечный. С указанием сроков прибытия на очередной. Также этот перелёт являлся ещё и экзаменом для тех аэродромов, которые были уже сделаны. Их было пока немного. Но на такие дальности ещё никто не летал. Заодно, в конечном пункте, планировалось провести показательные полёты.

Да и вообще, Григорий летел больше не как "экзаменатор" или там "презентатор нового достижения", а для подстраховки. Он-то ещё в той реальности летал на спортивных самолётах, в том числе и на большие расстояния. А вот эти две... Как бы не струхнули и не запутались "на ровном месте". Чтобы после, когда они полетят по этой же трассе, у них была уверенность уже раз пройденного.

Об этих обстоятельствах репортёр, ясное дело, даже не подозревал. И думал, что его-то взяли именно для того, чтобы во-первых, удостоверить что всё без обмана и всю трассу именно что пролетели, а не проехали, и, во-вторых, что вёл самолёт не Румата, а дамочки.

А в том, что летели в рекордный маршрут дамы-пилоты, многие видели изощрённое издевательство над Европой.

Впрочем, другие, находили в этом и другое: демонстрация безопасности и доступности полётов для всех, если даже "слабый пол" может управлять этими "пепелацами" и летать на них на большие расстояния.

Но что Григорий от всех, кроме самих пилотов скрыл, предназначалось на конечный пункт полёта -- на Москву.

- Люблю эпатировать публику! - со смаком заявил он, глядя на круглые глаза Ольги, только что узнавшей о планировавшемся. - А тут такая возможность! Ну не могу упустить!

- Но... как же! - попыталась возразить Ольга но была прервана предостерегающе поднятой ладонью.

- Ты знаешь, что всё отработано. Да, там, в Москве публика просто не поверит, что будет прыжок из летящего самолёта и безопасный. Хоть и уже сообщено там. И будет сообщаться по громкой связи, когда мы подлетим. Главное, чтобы над столицей была хорошая погода -- без облачности. Тем более низкой. Чтобы не пришлось тащиться на запасной аэродром.

Так что и Ольге, и Катерине пришлось смириться с этой будущей экстравагантной выходкой "сумасброда-Руматы".

Кстати репортёр заметил, что дамы что-то знают такое, что ему не сказано. Хотели бы сказать и даже высказать своё мнение по этому поводу, да пиетет к "высокому начальнику" не позволяет. (Слова о прыжке он пропустил мимо ушей. Так как не понял и решил положиться на то, что всё равно и так увидит).

Впрочем эти подозрения были быстро вытеснены текущими сильными впечатлениями.

А в наличии был факт новой формы для авиатрисс. И, надо сказать, он произвёл впечатление на всех, кто его только увидел. А по чьим рисункам делалось? А делалось всё с лёгкой руки Натин. Она и расстаралась выкроить по своим вкусам и предпочтениям. Как было хорошо видно, тема её собственного царственного наряда сквозила во всём. Разве что и платья, и брюки были ярко синего цвета.

Как и вся форма "летунов" "Воздухоплавательного Парка".

(форма служащих Воздухоплавательного Парка)

Но жёлтая оторочка, нарукавные нашивки с эмблемами, плюс строгие линии покроя, производили впечатление именно формы. Чего, собственно, "высокий модельер" и добивалась. В теме также были и изящные шляпки. Того же синего цвета.