Самолёт для валькирии (СИ) - Богатырев Александр Николаевич - Страница 82

Не обошлось и без казусов.

Однажды, просматривая списки вновь прибывших и прошедших отбор, глаз Григория зацепился за фамилию: Котовский Григорий Иванович.

- Семён Венедиктович! - позвал он офицера, поставленного на этот день начальником приёмной комиссии. - Вот это что за "хрен с горы"?

Почувствовав в голосе начальства сильное любопытство, офицер посмотрел на строку, в которую тыкал Григорий.

- Этот... Припоминаю... - крепкий паренёк. Из Молдавии. Говорит, как только узнал, что у нас набирают людей на экспедицию в Африку, так тут же бросился сюда... Только вот мне кажется, он беглый. От неприятностей.

- И вы ему отказали?

- Нет. Сказал, чтобы он завтра пришёл. У нас тут ещё несколько ребят с Молдавии. Их опрашивали.

- И каковы результаты опроса?

- Он... гм... повздорил с одним помещиком. Приставал к его жене.

- Ясно! - тут же оскалился Григорий, так как знал эту историю.

- Вы, господин полковник, знакомы с ним?

- Нет, Семён Венедиктович. Но очень наслышан!

- Вот те раз! Так что нам с ним делать? Отшить?

- Нет! Принять. Но глаз не спускать!

Увидев сильное удивление у старого офицера, он пояснил.

- Парнишка шпанистый... Ему сейчас должно быть девятнадцать лет?

- Да так.

- Так вот. Если его обтесать, то выйдет очень находчивый и изобретательный унтер-офицер. И офицер с перспективой... Но глаз не спускать!

- Понял, господин полковник! - ухмыльнулся многообещающе офицер. - И не таких обтёсывали!

Сначала, Григорий рассчитывал познакомиться с этим персонажем былин и анекдотов в процессе подготовки. Но как ни старался переключиться на более важные дела, любопытство всё-таки разобрало. И любопытству поспособствовали биографии этого человека, которые он спешно прочитал.

Личностью Котовский был противоречивой. Но что у него не отнять -- обладал крайне смелой и авантюристичной натурой. Также, чисто по складу характера, он имел ещё одно свойство: склонностью к крайне тщательной и детальной проработке планов.

Из недостатков -- позёрство, и страшенное тщеславие. Последнее прямо из него пёрло. Причём это видно было не только по тому, что написано в его биографиях, но крупными буквами светилось на его круглой физиономии.

В реальной истории эти недостатки очень быстро его свернули на стезю криминала. Из-за чего он стал знаменитейшим по тем временам, бандитом-грабителем. Но, что отмечали очень многие, отличавшийся от всяких прочих уголовников великодушием(довольно часто возвращал часть отобранного жертвам, "на выживание") и стремлением никого не убивать. Также он никогда не грабил бедноту. Только богатых. Причём иногда даже, частью награбленного делился с бедными. Из-за чего приобрёл славу эдакого местного Робин Гуда.

Но всё это было "в той истории". А сейчас перед Григорием сидел обычный шалопай. Уже успевший набедокурить, по причине своего авантюризма и слабости к женскому полу. Не лысый, а со вполне себе приличной шевелюрой, которую он довольно щегольски старался укладывать. С аккуратненькими усиками, уже вполне узнаваемыми. И, что особо смешило Григория, который помнил что из него вышло в итоге, с ясным, честным взором. Но, стоит повториться: бандитское будущее - это будущее. И оно может не осуществиться. Сейчас он лишь стал на этот путь. Но может и не пойти. Уже то, что он здесь -- говорило о многом.

Да, он сбежал. От полиции.

О том, что не только из-за соблазнения молодой жены работодателя он сбежал, ясное дело, умолчал.

Умолчал о том, что спёр у помещика рублей семьдесят. Так, "на прощание".

Поэтому, для того, чтобы не стал вором-бандитом, надо было сыграть на его устремлениях и, что вполне обычно, на недостатках.

Как известно, в определённых условиях недостатки превращаются в достоинства. Что и решил сам Григорий использовать. Поэтому, и речь его изобиловала авансами и тщательно, обильно и любовно расставленными жирными приманками.

- Не удивляйся, - говорил он. - Мы о каждом, кто идёт с нами, стараемся навести справки. И кое-что о тебе знаем. Но... Нам плевать на то, что ты там наворотил. Главное, что был смел и не попался. Последнее уже большое твоё достоинство. Которое, очень пригодится ТАМ.

На этот пассаж Котовский чуть себя не выдал. Лицо его чуть дрогнуло. На словах, что "что-то известно". Но продолжение его быстро успокоило. А далее и очень сильно заинтриговало.

- Да, ты пришёл очень даже по адресу. - начал Григорий выставление следующих "мышеловок с большими кусками сыра". - Если бы ты остался там, где был, то единственное что бы тебя ждало с твоими способностями, это стать... Ну, возможно бандитом. Грабителем с большой дороги. Ну, повоевал бы ты с полицией эдак лет пять или десять. И сгнил на каторге. Если тебя не пристрелили бы в процессе поимки. А вот мы... Мы даём тебе возможность стать по настоящему великим и знаменитым. Ты ведь хочешь стать великим и знаменитым?

На последний вопрос, поставленный прямо, Котовский попытался отнекиваться, изображая "высокие стремления" и скромность. Последнее, на его явно нахальной физиономии смотрелось изрядно смешно. На что Григорий не преминул указать своему тёзке.

- А что? Быть великим и знаменитым героем не недостаток. Недостаток -- быть знаменитым негодяем, которого очень многие желают повесить, четвертовать... ну и ещё что им такого зверского на ум придёт на почве ненависти.

- Но ведь англичане, господин полковник, если мы будем их побеждать, именно этого и возжелают -- повесить! - резонно возразил Котовский, не удержавшись чтобы поддеть.

- Но это англичане. - Ещё больше ухмыляясь сказал Григорий в ответ. - Они сами бандиты, желающие ограбить бедных буров, занимающихся честным и праведным трудом. И если мы, в процессе завоевания свободы Трансваалю и Оранжевой республике пограбим грабителей, то нам эти самые буры лишь рукоплескать будут.

- А там... У англичан разве есть что пограбить? - прорвалось у Котовского.

- А как же!!! - тут же чуть ли не возмущённо подтвердил Григорий. - Они у буров отобрали алмазные шахты! Слыхал, наверное, о таком городке как Кимберли? Там этих алмазов -- немерено!

- И мы... их... того?! - Котовский с горящими глазами сделал широкое загребущее движение.

- А как же!!! В первую очередь! - не менее хищно подтвердил Григорий. - И, кстате... там ещё и... золотишко имеец-ца...

Котовский от последнего заявления даже подпрыгнул в кресле.

- Но! - тут же посуровел Григорий. - Ты там не распространяйся! Держи язык за зубами. Хоть и многие это знают, но лучше будет для всех нас, и для тебя в первую очередь, об этом помалкивать. Нечего английским лазутчикам знать некоторые дополнительные задачи, что преследует наша экспедиция... Ведь мы должны полностью окупить свои затраты. Не так ли?

Последнее утверждение Котовский встретил с полным пониманием и с бешеным энтузиазмом.

Уже после, через пару месяцев занятий, все офицеры, которые так или иначе учили новобранцев, отметили рвение и тщательность, с которой молодой выходец из Бессарабии изучал воинские дисциплины. А то, что он был ещё и грамотным, быстро его подвигло наверх. Уже в тренировочном лагере Котовский сделал первые шаги в своей длинной военной карьере. Уже не простым солдатом ему предстояло воевать в вельде.

******

Надо было отправляться в Парагвай. Но как обычно бывает в больших делах, в самый последний момент возникли очень большие разногласия.

Во-первых, необходимо всё провернуть очень быстро, так как крайне насущными были подготовка войска добровольцев в Южную Африку и война там.

Во-вторых, надо было до того, как все силы и внимание на ближайшие полгода-год уйдут на Англо-Бурскую Войну, запустить некоторые процессы в Южной Америке. Полагаться на знакомого парагвайского полковника с его индейцем, было бы опрометчиво. Так или иначе нужно было как можно быстрее эти процессы запустить, и проконтролировать, чтобы потом иметь возможность вовремя поправить.