Пощечина с..ки - Кеннет Дж. - Страница 22

Я останавливаюсь, находя больше смысла в этих словах, чем кажется: Она не хочет, чтобы я приходил.

- Джез, - произношу я, испытывая нежелательный всплеск паники. – Ты понимаешь, что сегодня был просто ужин с другом? Верно?

Она кивает.

– Я знаю. Я понимаю. И не расстроена из-за этого.

- Тогда что?

Но она не говорит, оставив дыру в моём животе и ощущение того, что я что-то потерял и без понятия, как это вернуть обратно.

Глава 13

Я приезжаю до смешного рано на съёмочную площадку в воскресенье и вышагиваю по трейлеру Дел, когда она и Джез приезжают. Они заходят в середине разговора, и Джез замирает, увидев меня.

Я прекращаю нарезать круги от крошечного дивана до крошечной кухни.

– Джез, нам нужно поговорить.

- О Боже, - произносит Дел. – Я опаздываю на макияж.

Когда она выскакивает, я ближе подхожу к Джез.

– Пожалуйста, детка, - говорю я. – Скажи мне, что происходит. Расскажи, что вчера случилось. Поскольку я понимаю, почему ты была расстроена, когда всё неправильно поняла. Но когда мы разобрались…

- Но мы этого не сделали, - перебивает она меня. – Вот, что я поняла. Мы вообще ничего не выяснили.

Я вдруг почувствовал холод. Как будто кто-то окунул меня в чан с ледяной водой.

– О чем ты говоришь?

- Я не ожидала этого, - произносит она, передвигаясь, чтобы присесть на диван. Её голова опущена, лоб прижимается к кончикам пальцев.

- Чего?

Она смотрит на меня, и я вижу слёзы в её глазах.

– Тебя, - одинокая слеза скатывается по её щеке. – Я не ожидала тебя.

В мгновение ока я рядом с ней, обнял её и притянул ближе к себе. Моё дыхание перехватывает, потому что слова, которые она произносит, это слова, которые растут во мне. Слова, которые я не хотел детально рассматривать. Но теперь… ну, может быть теперь, мне стоит это сделать.

- Расскажи мне, - тихо говорю я. – Расскажи мне, что ты имеешь в виду.

- Я поняла прошлой ночью, когда увидела это глупое уведомление в телефоне. Было такое чувство, будто меня выпотрошили, - она садится прямо, выбираясь из моих объятий. Я понимаю, что это для того, чтобы иметь возможность смотреть на меня, но потеря контакта ощущается так же болезненно, как и удар по яйцам.

- Я слишком много чувствую к тебе, - продолжает она. – И я знаю, что ты не ищешь отношений, но когда я с тобой…

Она прерывается и качает головой, как будто пытается вернуть мысли на место.

– Я хочу большего, - просто говорит она. – Больше тебя. Больше времени. Больше всего. Я хочу позволить тому, чтобы это не было между нами, расти, и увидеть, что произойдёт дальше.

Волна облегчения, проходящая сквозь меня, настолько сильна, что я удивлен, что она не сбивает меня с ног.

Знаю, я должен сказать, что хочу того же. Что хочу, чтобы это всё сработало. Как бы долго это не продолжалось.

Я должен сказать ей, что она вернула меня к жизни. Что она - чудо и настоящий сюрприз, до того неожиданный, что мне не хочется её больше никуда отпускать.

Я должен сказать ей, что мы каким-то образом справимся с этим. Я знаю, что это может сработать, потому что у меня внутри – в моём сердце – она уже часть меня.

Я должен сказать всё это. Вместо этого, я говорю.

– У нас есть ещё три дня.

Мгновение она просто смотрит на меня, и я хочу пнуть себя, что был таким жалким неудачником. Я хочу забрать свои слова обратно и сказать ей правду. Но слова не идут. Я так долго говорил, что не завожу отношений, что теперь не могу заставить себя произнести эти слова. А если я ошибаюсь насчет неё? Насчет нас?

Что, если я подпущу её ближе, а она оторвёт мне яйца? Что, если мне понадобятся эти три дня, чтобы во всём разобраться?

- Ты прав, - говорит она, вставая с дивана. – У нас есть ещё три дня. И это здорово, - она пробегает пальцами по волосам. – Да. Мне, эм, нужно встретиться с командой продюсеров. Думаю, это займёт некоторое время. Так что, увидимся в гостинице. Я имею в виду, когда ты привезёшь Делайлу.

Я стою и дотрагиваюсь до неё с облегчением, когда моя рука находит её.

– Джез, пожалуйста. Я не имею в виду…

Но она высвобождает свои пальцы.

– Нет, всё в порядке. Ты прав. Это было весело и у нас есть ещё три дня. Я просто…

Она пожимает плечами. Затем наклоняется вперед и слегка целует меня.

– Всё хорошо, правда. Увидимся вечером. И это то, что мы имеем. Это действительно забавно. Просто здорово так, как есть. Но мне действительно пора идти, - добавляет она, проверяя часы.

Потом она практически вылетает из трейлера, а я опускаюсь на диван.

Забавно.

Какое ужасное слово.

Я всё ещё сидел там, даже спустя тридцать минут, удивляясь, как мне удалось превратить всё лучшее, что когда-либо случалось со мной, в полное и абсолютное дерьмо за каких-то десять минут. Честно говоря, у меня, должно быть, какая-то редкая сила разрушения, потому что, я думаю, это грёбанный показатель.

И может быть – может быть – если бы я не продолжал напоминать себе, как сильно я не хотел начинать отношения, то я бы ухватился за этот шанс и цеплялся бы так крепко, что она никогда бы не смогла уйти.

К чёрту.

Я встаю. Может быть, я облажался несколько минут назад, но я могу исправить это сейчас. Я не совсем знаю как, но уверен, что унижение и искренность – и чертовски хороший ужин – вероятно, поспособствуют этому.

Я как раз собираюсь пойти найти её и начать часть по унижению, когда дверь трейлера распахивается и Делайла влетает, её глаза налиты кровью.

- Дел, что происходит? Джез в порядке?

Она кивает.

– Она в порядке. Она пошла куда-то с продюсерами.

- Значит, её нет на съёмочной площадке?

Она качает головой, и я проклинаю упущенную возможность.

– Тогда в чём дело? – спрашиваю я.

- Они закрывают нас. Вот и всё. Мы только что завершили съёмки в Остине.

Я снова сажусь.

– О чём, чёрт возьми, ты говоришь?

- Они только что объявили об этом, как только отсняли финальную сцену. Они переделали сценарий. Всё, что должно было произойти под дубом или снаружи каменного дома, будет в кафе. Мы снимаем эти сцены в Лос-Анджелесе.

- Лос-Анджелес, - произношу я, как будто я никогда раньше не слышал о нём. – Когда?

- Улетаем завтра. Съёмки начинаются снова во вторник.

- Так много для трёх дней, - пробормотал я. – Блядь.

- Пожалуйста, Пирс. Ты должен мне помочь.

Я смотрю на неё и понимаю, что её беспокоит не только сокращение съёмок фильма.

- Что случилось?

- Левил уже здесь. В городе, я имею в виду. Он остановился в «Дрискилл», - добавляет она, упоминая исторический отель через дорогу от моего офиса и всего в нескольких кварталах от «Звёздного огня». – Мне нужно с ним увидеться. Пожалуйста, помоги мне попасть к нему.

- Ты ненормальная?

Она моргает, и слёзы стекают по её лицу.

– Пожалуйста. Неужели ты не понимаешь? Мне нужно с ним увидеться. Он должен знать, что мне жаль и что я люблю его, но я совершила глупость. Может быть, он и не простит меня, но я должна ему сказать, что люблю его, что всегда любила. И что, даже если мы не вместе, я всё равно хочу быть его другом и никогда не хотела причинять ему боль.

- Дел…

- Нет, пожалуйста. Я знаю, что это риск. И я знаю, что он, может быть, меня оттолкнёт и скажет своим людям не впускать меня, но я должна попытаться. Я справлюсь с болью, Пирс, я действительно справлюсь. Но я не переживу, зная, что могла упустить что-то хорошее. И я действительно не смогу пережить, зная, что обидела того, кого люблю, и не попыталась это исправить, понимаешь?

Я вздыхаю. Потому что, чёрт возьми, я прекрасно всё понимаю.

И я знаю, что у этого ребёнка намного больше смелости, чем у меня.

- Если это окажется в социальных сетях, твоя сестра убьёт нас обоих, - говорю я, а в ответ она обнимает меня и целует в щеку.