«Лимонка» и пять «лимонов» (СИ) - Волознев Игорь Валентинович - Страница 38

— Ну и хрен с ними! Ты о себе думай. Сейчас надо выбраться из передряги. Живыми ноги унести, — Жора вгляделся вдаль. — А, вон, кажется, поворот… Ну, точно. Там деревья у самой обочины… Готовься!

Свернув вместе с дорогой, они остановились, поражённые представшим зрелищем. Прямо перед ними на дороге лежал остов искорёженного взрывом медицинского микроавтобуса. Они сразу узнали машину «Медикон-плюса», в которой должен был ехать Гагик.

«Доктора» несколько секунд стояли, вглядываясь в обломки. Куски металла расшвыряло по всей дороге. В одном из окон виднелось обугленное человеческое тело.

— Гагику кранты, — прошептал Лёва.

Напарник толкнул его локтем.

— Помнишь, мы сидели в подвале и услышали взрыв? Тот высокий мужик сказал, что это взрыв снаряда или мощной мины. Так вот что, оказывается, взорвалось…

Сзади послышался негромкий свист.

— Эй, чего встали? — крикнул Гнутый. — Давай, потопали вперёд!

Бандиты ещё только подходили к повороту и жуткие обломки были им не видны за деревьями.

— Бежим! — шепнул Жора. — Быстро!

Оба кинулись в заросли. Лёва споткнулся о корягу и упал, но спустя минуту с усилием поднялся и, хромая, устремился за приятелем.

Бандиты сразу заметили их поползновение.

— Стоять, суки! — Сзади раздался выстрел.

В лесу «докторов» окружила почти кромешная темнота.

— Жора, ты где?

Отклик напарника донёсся откуда-то справа:

— Тут я… Уходим, уходим быстро, не отставай…

Рябой с пистолетом мелкой трусцой устремился за беглецами, но, добежав до поворота, остановился и удивлённо свистнул. Подбежали Савик и Гнутый.

— Разворотило-то как… — прошептал Рябой. — Машина на мине взорвалась, гадом буду!

Не успел он договорить, как где-то в лесу, справа, совсем близко от дороги, грохнул взрыв.

Бандиты даже присели, втянув голову в плечи, а потом попятились.

— Ещё что-то взорвалось, — прошептал Рябой.

— Стойте, бараны! — Савик опомнился. — Надо не драпать, а разобраться, в чём дело!

— Как же тут разберёшься, когда кругом мины? — пробормотал Гнутый.

— А может, и не кругом. Пошли!

Бандиты снова двинулись вперёд. Шли осторожно, подсвечивая дорогу у себя под ногами.

— Мы запросто можем нарваться на растяжку, — шептал Гнутый. — В Чечне ставят такие, что хрен заметишь. Из тонкой проволоки…

— Здесь не Чечня, — буркнул главарь.

Обойдя обломки микроавтобуса, они остановились.

— Кажись, там рвануло, — Гнутый показал направо.

— Надо бы сходить глянуть, — сказал Савик задумчиво.

— Ну, ещё чего, — Гнутый даже попятился.

Справа послышался хруст веток, и из кустов на дорогу выломился растрёпанный, бледный как смерть Лёва. Он тяжело дышал и от страха не мог выговорить ни слова.

Савик направил на него луч.

— Что взорвалось? А где второй?

— Жоры нету, — выговорил трясущийся «доктор». — Разорвало его…

— Ты видел кого в лесу?

— Нет… Никого…

— Гнутый, тебе придётся пойти и проверить, — сказал главарь.

Браток, однако, не торопился выполнять приказ.

— Придётся, — повторил Савик жёстче. — Да ты не ссы. У тебя же ствол. Фонарь возьми!

Помешкав, Гнутый взял фонарь и направился к деревьям.

— Свети себе под ноги и смотри в оба, — напутствовал его Рябой.

— Знаю, — сквозь зубы ответил Гнутый.

Луч фонаря скользил по замшелым стволам, кустам и корягам. Увидев на листьях алые пятна, бандит остановился и поводил лучом вокруг себя. Справа показалась оторванная человеческая рука. Чуть подальше виднелась верхняя половина человеческого тела с развороченной грудной клеткой. Бандит задержал луч на залитой кровью голове. Это был второй «доктор».

Гнутый заторопился назад.

— Шеф, там чувак нарвался на мину! — Его голос стал хриплым от волнения. — Разнесло всего, руки-ноги разбросало…

Понурившийся, со связанными руками, Лёва стоял между бандитами и весь дрожал.

— Мина, в самом деле? — бормотал он, стараясь справиться с дробью, которую выбивали его зубы. — Мина, да?…

Объяснять ему ничего не стали. Савик с минуту прислушивался к тишине, а потом кивнул в сторону дома.

— Двигаем назад. Здесь, чую, хрен пройдём.

Глава 16

Дом встретил их сумраком и могильной тишиной. В гостиной горела единственная оплывшая свеча. Оксана по-прежнему без чувств лежала на полу, зато полковника нигде не было.

— Куда девался этот хрен? — насторожился Савик. — Мы оставили его вот тут, на полу! Он лежал в глубоком отрубе! Зажигайте свечи, ищите его!

Полковник оказался на кухне. Четверть часа назад он нашёл в себе силы встать и пройти туда. После побоев у него болело в боку и в затылке, хотелось пить. Чтобы унять боль, он подставил голову под струю холодной воды. Когда в тёмной кухне появились бандиты, он, закрыв глаза, сидел на табурете. В боку продолжало невыносимо зудеть.

— Ну чё, мент, оклемался? — Рябой поднял свечу выше, осветив его всего.

Анатолий Михайлович вздрогнул.

— Я приехал сюда один, — прошептали пересохшие губы. — Один, клянусь.

— А мы тебе верим, чего ты разнервничался, — сказал Савик, появляясь в кухне с чемоданом в руках.

— Ты тоже попал, вместе с нами, — прибавил Гнутый. — Лес кругом заминирован.

— Значит, это правда?

— Что — правда?

— Надпись на стене.

— Значит, правда. Мы тут в мышеловке! — И Гнутый дурашливо засмеялся, разевая рот.

Савик сел на второй табурет, достал из кармана пачку сигарет и закурил.

— Этот сука, который расставил мины, запросто мог войти в дом, — сказал он, затянувшись и выдохнув дым.

— Тогда он знает о деньгах, — меланхолично заметил полковник. — Конечно, знает. Это абсолютно точно. Только откуда у него столько мин?

— А ты как думаешь? — спросил Савик.

— Не знаю. Впрочем, после всех этих трупов в подвале меня уже ничего не удивляет… Сигаретку можно попросить?

Савик протянул ему раскрытую пачку.

Глава 17

Андрей и Роман сидели на ступеньках у запертой подвальной двери, повернувшись спиной к сваленным в кучу человеческим останкам, и смотрели на горящие свечи. Хорошо, что бандиты, торопясь убраться с деньгами, оставили свечи. Без них было бы ещё хуже. С десяток почти неподвижных огоньков горело вокруг ямы, вырытой у стены, а один мерцал на самом её дне, подсвечивая последний труп, под которым нашли чемодан. Цыганка так и не стали вытаскивать, он остался в яме.

Огоньки иногда вздрагивали, как будто кто-то невидимый дул на них.

— Интересно, долго они будут гореть? — почти не разжимая зубов, пробормотал Роман. — Минут сорок, наверное?

— Да, минут сорок, — отозвался Игнатов.

Роман сидел согнувшись, втянув голову и глядя перед собой. Изредка у дальней стены начинал шевелиться и стонать во сне Хлопенков. Он вскрикивал что-то невнятное, дёргался, потом снова надолго затихал. Андрей завидовал ему. Хлопенков спит и не видит всей этой жути, а у него, Андрея, сна ни в одном глазу. И мысли лезут в голову одна хуже другой.

Теперь уже окончательно стало ясно, что дядюшкина затея провалилась. Вряд ли полковнику что-нибудь обломится от этих денег, а ему, Андрею, и подавно. Через минуту после того, как бандиты покинули подвал, запертые в нём узники услышали где-то далеко за стенами звук взрыва. Полковник сразу сказал, что это взрыв мощной гранаты, мины или артиллерийского снаряда. Вскоре бандиты вернулись и вывели его. А через некоторое время пришли за «докторами». Андрею с Романом оставалось ждать, когда придут и за ними.

Но бандиты не появлялись. До слуха молодых людей снова долетел звук взрыва. Оба почему-то были уверены, что взрывы имеют какое-то отношение к бандитам. Но что там взрывается и зачем браткам понадобились полковник и «доктора»?

У покойника, оставшегося в яме, была неестественно вывернута голова, отчего Андрею казалось, будто он исподволь, украдкой, наблюдает за ними с Романом…