Записки командующего фронтом - Конев Иван Степанович - Страница 81

Опыт всех операций, особенно Львовско-Сандомирской, показал, что для осуществления тылового маневра в распоряжении командования фронта необходимо иметь достаточное количество транспорта высокой проходимости для доставки боеприпасов и горючего, подвижных баз, как фронтовых, так и армейских. Для руководства этими подвижными базами требуется соответственно выделение оперативных групп от управления фронтового или армейского тыла, которые имели бы в своем распоряжении необходимые материальные и технические средства.

Вопросы материально-технического обеспечения всегда занимают в деятельности командования и штабов, а органов тыла особенно большое место. Поэтому мне как командующему приходилось запиваться вопросами тыла не от случая к случаю, а систематически. Один из членов Военного совета фронта, как и в других операциях, специально контролировал деятельность тыла, помогал нашим тыловым органам организовывать работу, а там, где требовалось, принимал необходимые меры и отдавал соответствующие распоряжения от имени командования фронта.

В Львовско-Сандомирской операции войсками фронта был достигнут огромный оперативно-стратегический успех, который оценен в приказах и благодарностях Верховного Главнокомандующего. В ходе проведения крупной стратегической операции, когда с обеих сторон участвуют миллионные массы войск, всегда неизбежны отклонения от предусмотренных планом действий. Эти отклонения вызываются изменением обстановки и неожиданными контрмерами противника, которые в полной мере предвидеть трудно.

Действовавшая против нашего фронта целая группа армий "Северная Украина" имела достаточное количество маневренных сил и средств, ее войска были сильны и дрались с большим упорством, особенно в обороне. А в условиях маневренной войны не исключается возможность нанесения сторонами контрударов и перехода войск в наступление. Все это должно учитываться командованием при управлении войсками. И в самых неожиданных условиях обстановки надо управлять войсками так, чтобы они разгромили противника и добились решительного успеха. В этом и состоит искусство командования. Думается, что в проведенной операции мы этого достигли.

Знали ли мы о группировке противника, действовавшей против нашего фронта, особенно на львовском направлении, о системе его обороны и огня, а также о возможном маневре оперативными резервами? Да, знали. Это было учтено при планировании Львовско-Сандомирской операции и вылилось в решение о нанесении двух ударов и прорыве обороны противника на двух направлениях.

Как уже говорилось, на львовском направлении противник, использовав удобную местность, организовал сильную глубоко эшелонированную оборону, и поэтому прорыв ее только на этом участье составлял бы для наших войск большие трудности.

Все это было учтено нами в первую очередь. Поэтому при докладе плана операции в Ставке я настаивал на нанесении двух ударов, хотя И В Сталин со мной не соглашался и предлагал нанести один мощный удар только на львовском направлении. Я обосновывал свою точку зрения о нанесении двух ударов тем, что противник, организовав на этом направлении сильную оборону, сможет использовать свои оперативные резервы и основательно затормозить наше наступление Прорыв же обороны противника на двух участках будет способствовать успеху выполнения операции, затруднит ему маневр резервами.

Правда, мы не обольщались надеждами, что прорыв вражеской обороны противника на львовском направлении пойдет легко. По этому планирование и подготовка операции проводились очень тщательно Характер обороны противника был детально изучен на местности командирами всех степеней. Данные всех видов разведки были обобщены и нанесены на бланковые карты и доведены до командиров батальонов и рот. Огонь артиллерии и удары авиации были спланированы не по площадям, а по конкретным целям. Намеченные планом задачи артиллерии и авиации были уточнены и "проверены как мною, так и командующими армиями и командующими артиллерией фронта и армий. Кроме того, была проверена в войсках организация артиллерийских групп поддержки.

В ходе операции на львовском направлении опорные пункты противника в его тактической зоне обороны были подавлены. 38-я и 60-я армии хотя и овладели опорными пунктами первой полосы обороны противника, но полностью прорвать всю его тактическую зону в первый день наступления не смогли, поскольку она имела большую глубину.

Кроме того, на участке прорыва 38-й армии противник нанес контрудар двумя танковыми дивизиями и вынудил войска армии отойти на 2-4 км. В тот же день массированными ударами нашей авиации и артиллерии по контратакующему противнику положение было восстановлено. В результате этого враг понес большие потери, а 38-я армия, преодолевая один за другим рубежи обороны противника, продолжала наступление. Развитие прорыва на участке 38-й армии, особенно на ее левом фланге, успешно продолжалось. Этому способствовало наступление ударной группировки 1-й гвардейской армии под командованием генерала А. А. Гречко.

Я не могу согласиться с имеющимся мнением о том, что нанесенный противником контрудар на участке прорыва 38-й армии был результатом просчета командования фронта и армии или же ошибкой при планировании операции. Немецко-фашистское командование применило обычный маневр своими резервами, нанеся контрудар по наступавшим войскам фронта. Оно стремилось ликвидировать наш прорыв в самом его начале. Ничего в этом нового нет. С давних времен известно, что противная сторона всегда стремится предпринять контрмеры, чтобы сорвать планы наступающей стороны. Подобных примеров в прошедшей войне не перечесть. Такова логика войны.

Что касается прорыва обороны противника на участке 60-й армии, то он проходил хотя и в замедленном темпе, но вполне успешно. Здесь для развития успеха были введены в сражение танковые армии генералов П. С. Рыбалко и Д. Д. Лелюшенко.

Обходный маневр 3-й гвардейской танковой армии через Яворские леса к западу от Львова и освобождение его ударом с запада диктовались особенностями сложившейся к тому времени обстановки.

Хочу добавить, что военная история и без вымысла богата событиями, которые не только интересны и важны, но и достойны правдивого отражения в литературе.

За проявленное в ходе освобождения западных областей Украины высокое боевое мастерство и героизм более 123 тыс. воинов были награждены орденами и медалями, а 160 человек удостоены высокого звания Героя Советского Союза.

Полковники И. И. Якубовский и В. С. Архипов были награждены второй медалью Золотая Звезда. А прославленный летчик нашей страны полковник А. И. Покрышкин - третьей медалью Золотая Звезда.

Среди отличившихся летчиков был также ныне дважды Герой Советского Союза летчик-космонавт Г. Т. Береговой, получивший первую Золотую Звезду, сражаясь в составе 5-го штурмового авиационного корпуса под командованием генерала Н. П. Каманина.

Должен отметить, что в этой операции отличились летчики 4-го гвардейского бомбардировочного, 1-го и 5-го гвардейских штурмовых, 5-го, 7-го и 10-го истребительных авиационных корпусов И. С. Полбина, В. Г. Рязанова, Д. П. Галунова, В. В. Нанейшвили, Н. П. Каманина, А. В. Утина, М. М. Головня.

За проведение Львовской операции мне было присвоено звание Героя Советского Союза.

Как память о дорогом для меня человеке, соратнике В. И. Ленина я храню письмо Михаила Ивановича Калинина, которое он прислал мне на фронт.

Позволю себе привести это письмо полностью: "Президиум Верховного Совета Москва,

Кремль.

31 августа 1944 г.

Маршалу Советского Союза тов. КОНЕВУ И. С.

УВАЖАЕМЫЙ ИВАН СТЕПАНОВИЧ!

За образцовое выполнение боевых заданий Верховного Главнокомандования на фронте борьбы с немецкими захватчиками и проявленные при этом отвагу и геройство Президиум Верховного Совета СССР Указом от 29 июля 1944 года присвоил Вам звание Героя Советского Союза с вручением ордена Ленина и медали "Золотая Звезда".

Посылаю Вам орден Ленина, медаль "Золотая Звезда", а также Грамоту о присвоении звания Героя Советского Союза и крепко жму Вашу руку.