Дарующая жизнь - Чекалов Денис Александрович - Страница 70

Взгляд Корбурга метался из стороны в сторону. Он не знал, что происходит, и не мог решить, какой приказ следует отдать.

А еще он не был лидером.

– Надо предупредить чародеев, – сказала Френки.

– Это уже невозможно. Они впали в транс, более глубокий, чем любая медитация. Если эта тварь откусит одному из них руку, они и тогда не придут в себя.

Черное, отливающее сталью чудовище поднималось над волшебным озером, и струи воды стекали с его блестящих боков. У него не было ни глаз, ни души, ни разума.

Только жажда крови.

Значит, оно почти человек.

Плоское, с кривыми крыльями по бокам, оно было покрыто толстыми пластинами. Длинный хвост заканчивался заостренным жалом.

– Дай мне дракона, – бросила Франсуаз. – Я полечу на середину озера.

– Нет. Если ты окажешься там, пока они поют, ты умрешь.

Вороной Корбурга гарцевал на месте. Капитан наемников пытался отдавать приказы. Солдаты хватали колдунов за плечи, трясли, пытаясь привести в чувство. Кое-кто отвешивал магам крепкие пощечины – все было напрасно.

Сбитые с ног, упавшие на мокрую от росы траву Созидатели Храмов по-прежнему продолжали петь, не подозревая, что возносят к небесам поминальную песнь по самим себе.

– Отступаем! – громко прокричал Корбург. – Если они умрут, нам все равно никто не заплатит.

Однако наемники более не нуждались в командире. Ужас охватил их при виде холодной, молча зависшей над озером твари. Страх стал их новым капитаном – и воины бросились врассыпную.

Только один из них замер на месте.

Корбург.

Слишком поздно он понял, какую непоправимую ошибку сделал.

Крик его, пронесшийся над гладью волшебного озера, привлек внимание твари. Чудовище развернулось и устремилось к капитану наемников, с каждой секундой ускоряясь, как болт, выпущенный из заговоренного арбалета.

Вороной Корбурга поднялся на дыбы, едва не сбросив всадника. Остальные наемники уже спешили прочь, кто куда, подальше от ужасающей твари. Их не заботила мысль о том, что бегством своим они неминуемо завлекут чудовище прямо в город, где оно начнет безжалостно расправляться с людьми, охранять которых воины поклялись перед лицом богов.

Пение чародеев смолкло.

Каждый из них замолчал в тот же миг, что и остальные. Лишенные сил, маги опускались на землю. Сознание едва теплилось в их опустошенных телах.

– А теперь пора, – негромко произнес я.

Я пустил своего верхового дракона вперед, наперерез стальному чудовищу. Повернув правую руку ладонью вверх, я сжал и полуразжал пальцы. В моей ладони заиграл сгусток темно-зеленой энергии. Алые молнии пронзали его, словно налитые кровью вены.

Я взмахнул рукой, и в ней распрямилось длинное, в человеческий рост копье – легкое, как пушинка, и острое, как зубы оборотня.

Тварь неслась прямо на меня. Я не знал, собирается ли она идти на таран, или следует ждать чего-то еще более страшного.

Нос чудовища был слегка закруглен, как клюв хищной птицы.

Стальной монстр распахнул пасть, и десятки металлических осколков полетели в меня, готовые принять в жаркие объятия шрапнели.

Я поднял копье и закрутил его перед собой. Магическое древко расплавилось и раскрылось, превращаясь в щит.

Первый же залп осколков превратил его в ничто.

Я остался и без оружия, и без брони.

Злобный кусок металла прочертил на моей щеке длинную отметину. Тварь открывала пасть во второй раз.

Огненный шар пролетел мимо меня, едва не спалив заживо. Однако был он рожден не в недрах чудовища, а на озерном берегу. Гудящий сгусток пронесся между зубов монстра и запечатал ему глотку.

Тварь остановилась. Закрыть пасть она больше не могла.

Теперь я видел, что шар состоял не из огня, а из чистой магмы, какая бушует в недрах разъяренного вулкана. Острые куски шрапнели, которые тварь уже была готова извергнуть в меня, расплавились.

Жидкая, обжигающая печать заклеила глотку чудовища.

Но стальное чудовище не ощущало боли; оно на было на это способно. Тварь чувствовала только ненависть. Такой ее создали.

Хвост черного существа подтянулся к брюху, крылья сложились. Я понял, оно собирается с силами, чтобы выплюнуть расплавленный металл. Ни один магический щит не смог бы спасти меня от такого удара.

Я поднял ладонь, и меня охватили порывы холодного ветра. Он вился вокруг моего тела, как нить у веретена. На моих пальцах замерзали острые кусочки льда.

Я выбросил вперед стужу. Она понеслась к твари вращающейся, многолапой снежинкой, большой и тяжелой, как снаряд катапульты.

Пламя и лед столкнулись в распахнутой пасти твари. Две стихии астрала, которым запрещено быть вместе самими богами. Короткие крылья чудовища вытянулись. Оглушительный взрыв пронесся над озером. Я прикрыл лицо рукой. Обломки твари, шипя, падали в прозрачную воду.

8

– Откуда взялся этот шар огня? – с интересом осведомился я, опуская дракона на берег озера. – Обычно ты можешь выстреливать только небольшие пламенные стрелы – вроде той, которой зажгла факел в лагере караванщиков.

Франсуаз небрежно пожала плечами.

– Пришлось использовать Корбурга вместо батарейки.

Капитан наемников, действительно, лежал поблизости. В его лице не было ни кровинки. Глаза запали так глубоко, что, казалось, вот-вот, и они вывалятся через затылок. Под ними пролегли черные круги.

Он выглядел как уродливая кукла; даже в той позе, в которой он распластался на земле, не было ничего человеческого.

– Бедняга, – заметил я. – Надеюсь, ты его не убила.

Девушка хмыкнула.

– Он сам поклялся защищать город перед лицом Небесных Богов. Я только ему немножко помогла. Так что пусть скажет спасибо.

Корбург не выглядел как человек, пышущий желанием раздавать благодарности. Скорее, он напоминал мешок с мукой.

– А чародеи-то поприходили в себя и смылись, – мрачно произнесла Франсуаз. – Поехали-ка в магистрат, Майкл. Пора навести там шороху.

Девушка вела себя подчеркнуто сухо.

Она не могла простить себе, что я один вылетел навстречу чудовищу, но и признаваться в этом не собиралась.

Дело в том, что Френки не может ездить верхом на летающих существах – будь то драконы, пегасы или фениксы. Это запрещено самой природой тем, кто сам может подниматься в воздух.

Франсуаз – суккуб, и за ее плечами поднимаются два огромных крыла, кожистых, с загнутыми когтями. Однако обычно девушка их прячет, поскольку не может ими пользоваться. Летать демоны способны только у себя на родине, в Преисподней. Так и получается, что Френки, оказавшись в Верхнем Мире, не может летать ни сама, ни верхом.

Я оглядел озерные берега. Если не считать полуживого Корбурга, мы оставались здесь в полном одиночестве.

Черные пузыри лопались на поверхности воды, там, где утонула стальная тварь.

– Вы осквернили священное озеро, – произнес приор, старейший из Созидателей Храмов.

Я повернулся к Франсуаз, напоминая – ну, что я тебе говорил.

Девушка пожала плечами и, вынув из-за пояса серебряный фартинг, передала мне.

– Терпеть не могу, когда ты оказываешься прав, – сказала она. – Кто бы мог подумать – вместо того, чтобы благодарить нас за спасение города, этот жирный боров еще в чем-то нас обвиняет.

Просторная зала магистрата была залита светом. Оконные витражи, выложенные разноцветной мозаикой, изображали наиболее известные из Храмов, созданных Создателями.

– О вкусах не спорят, – произнес я, игнорируй слова моего собеседника. – Но мне не показалось, что ваше последнее творение было особо похоже на собор или церковь.

Лицо приора посуровело. Он еще не оправился полностью после священного ритуала, который требовал слишком много энергии. В противном случае можно было не сомневаться, нас ждал бы гораздо более грозный прием.

– То, что происходит в нашем городе, – высокомерно произнес он, – не касается ни эльфов, ни демонов. Мы не заключали с вами союзов, у нас даже нет общих границ. Поэтому все, что вы видели – так и останется за городскими стенами. А вы их покинете.