Длинные руки нейтралитета (СИ) - Переяславцев Алексей - Страница 107

  - Дыра у него в районе форштевня, течь сильная!

  - До мелей дотянет, если офицеры толковые, а матросы расторопные.

  Неболтай-младший на этот раз не пригодился: для картечницы дистанция была великовата.

  'Морской дракон' снова уходил в открытое море после очередного наскока. Пока командир думал, что делать с пробоиной, из люка высунулся унтер-офицер Зябков.

  - Ваше благородие, разрешите доложить?

  - Докладывай, братец.

  - Так что пробоина ну в очень неудобном месте, изнутри и не подберешься. А вот снаружи я бы попробовал, в беседке[23] ...

  - Запрещаю на ходу что-либо делать!

  - Так отойти подальше и лечь в дрейф, я бы в лучшем виде пробоину заварил, и железо подходящее имеется.

  - Сколько ж тебе на то времени надобно?

  - В полчаса должен справиться.

  Семаков чуть поразмыслил. Идти в очередной налет с пробоиной ему очень не нравилось. Конечно, помпы справляются, но что, если еще одна дырка случится?

  - Боцман!

  - Я!

  - Вот что, братец, тут младший унтер предлагает заварить железо обшивки снаружи. Возможное ли дело?

  - Так точно, ваш-бродь, однако помощник тут бы к месту пришелся.

  - Хорошо. Зябков, готовь все материалы, а ты, Кроев, будь наготове с двумя беседками. Кого в помощь?

  - Шумило, у него и силы в достаче, и руки длинные.

  - Будь по-вашему. Через полчаса ляжем в дрейф, тогда начинайте. Только чтоб оба были в рукавицах, да очки темные не забудьте. И еще: главное для нас, чтоб заплатка держалась. Если даже малая течь и будет - потерпим; в порту починочные работы будут уже по всем правилам.

  Зябков довольно точно оценил длительность ремонта. Конечно, никто (он сам в том числе) не поручился бы за отсутствие течи, да и внешний вид железного некрашеного квадрата посреди обшивки не радовал глаз, но наводить красоту времени решительно не было.

  Трюмные втихомолку радовались возможности передохнуть, а еще того более: хоть сколько-то быть не под угрозой. Они обменивались впечатлениями:

  - Это ж скольких мы утихомирили?

  - Да сам сочти: вот тот правый колесный, это раз, не утоплен, но без колеса и без мачт.

  - А еще тот, что слева был. Вот он непременно потопнет, коль на мель не выбросится. Ему фитиля под форштевень положили.

  - Аль мне кажется? Течет, похоже, заплатка.

  - Да брось ты! Это обшивка мокрая, высохнуть не успела, стал-быть.

  - Опять поворот. Похоже, еще в одну атаку идем.

  - А ну, изготовиться на подачу! Веселей, веселей, ребята!

  Российский корабль шел в атаку на эскадру, делая двадцать узлов. К этому моменту 'Магеллан' уже сидел на мели, а его команда трудилась над заделыванием пробоины. Командир пароходофрегата, конечно, не рассчитывал, что сможет продолжать бой. Цель была другой: любыми средствами дотянуть корабль до Варны.

  Семаков решил опробовать новую тактику: с самой дальней дистанции попытаться нанести повреждения неприятельским кораблям, практически не опасаясь ответных ядер.

  - Михаил Григорьевич, сейчас я проведу 'Дракона', бей по очереди всех. Попадем сколько-то раз - и ладно. Не верю, чтоб Патрушев смазал все гранаты до единой.

  - Слушаюсь. Кормовой, по приказу пали. Бей по всем подряд. Главное, чтоб хоть кого-то зацепило. Пожары - это то, что нам сейчас надо. Задача ясна?

  - Так точно!

  - А вот... - 'Морской дракон' стал набирать скорость, - давай!!

  Сам же начарт пристально вглядывался, отмечая результаты пальбы и вслух проговаривая нечто не вполне связное:

  - Так... воду пока что баламутим... твою ж поперек, опять мимо... нет, этот так и не получит повреждений... о, есть одна!.. и еще... горит же! Эх, перелет...

  Патрушев превзошел сам себя. В среднем на один вражеский корабль он выпустил по одиннадцати гранат. Нельзя сказать, что результатов совсем не было. Два серьезных пожара, в результате которых тяжелый трехпалубный 'Дюгесклен' и двухпалубный 'Инфлексибль' временно утратили боеспособность. На самом деле был и третий пожар на корабле, название которого прочитать пока не удалось. Хотя паруса на нем были убраны, он явно сохранил маневренность. Только тогда Семаков догадался, что дым из трубы мешается с дымом от пожаров, а колеса на этом корабле не видны лишь потому, что он винтовой.

  Но ни один из противников не пошел на дно.

  Начарт добросовестно доложил результаты боестолкновения, добавив от себя:

  - Владимир Николаевич, тот, что второй слева, судя по его хорошему внешнему виду, недавней постройки и может быть вооружен орудиями Пексана. Нам от него подарков получать не надо бы. Неровен час, бомба пробьет обшивку... потери среди подносчиков обязательно будут. Шёберг доложил, что люди и без того работают с большим напряжением сил. И это сейчас, когда бьем лишь из малого гранатомета.

  - Станет полегче, когда подойдет 'Херсонес'. По моему расчету, должен прибыть через два часа, - отвечал командир, крутя штурвал одной рукой. Другая была занята рычагами секторов газа. - Хотя, сами знаете, всяко бывает. Только бы крепость сдюжила.

  Кинбурнская крепость огрызалась.

  Нельзя сказать, что сухопутные артиллеристы были плохи. Скорее наоборот: вот уже с десяток ядер ударили в борта броненосцев. Поначалу каждое попадание встречалось бурными криками 'Ура!', но радостное настроение держалось недолго. Все видели, что точно нацеленные ядра отскакивают от стальной брони.

  Впрочем, русских солдат и офицеров радовали успехи 'Морского дракона'. Пожары на кораблях прикрытия трудно было не заметить, а уж два выведенных из строя пароходофрегата наводили нешуточную надежду.

  - Лихой народ эти моряки. Ведь в одиночку полезли на двенадцать.

  - Да подавай же картуз! Это... их... было... двенадцать... а щас... сам сочти...

  Заряжающий, тяжело дыша, привычными движениями пихал картуз в дуло.

  - Ничего, братцы, им бы только с теми, кто подальше, справиться, а уж там они дадут жару этим бронированным. Вона как ихние бомбы рвутся - отсюда слыхать.

  Семаков менял тактику, не давая противнику привыкнуть к ней.