Длинные руки нейтралитета (СИ) - Переяславцев Алексей - Страница 97

  Посетители согласно кивнули.

  Корабли готовились к смертельному бою. Каждую ночь матросы с хеканием перетаскивали тяжеленные ящики с боеприпасами, укладывая таковые в трюмы и забивая полки этажерок. Санитар Прохор, использовав наводящие ужас рассказы, ухитрился выбить из госпитального склада дополнительные порции корпии, бинтов и даже бутыль того, что Николай Иванович называл учеными словами spiritus vini. Этот предмет оказался искусно спрятанным в трюме, поскольку многоопытный санитар имел все причины опасаться за его сохранность.

  Палубные матросы (на самом деле они давно уже были трюмными) резали и привязывали куски сетей к леерам. Разумеется, офицерам вопрос о назначении этих изменений не задавали, но комендор Максимушкин, обладавший громадным опытом, поделился им с товарищами:

  - Это, братцы, ежели трахнет ядром по корпусу або по гранатомету вдарит, а он отскочит да по тебе, так в оглушении чуйств за борт полететь можешь - ан сетка и спасет. Теперь ясно?

  Группа офицеров союзников вышла на переговоры с белым флагом. После короткого совещания на встречу с ними пошел штабс-капитан Грайновский: никого старше в чине в тот момент на люнете не было. Поскольку у союзников начальствовал бригадный генерал Джеймс Скарлетт, то договориться удалось лишь о месте (здесь же) и времени (через час) следующей встречи.

  Само собой разумеется, Нахимов прийти не мог, его заменил генерал-лейтенант князь Васильчиков. Его уже информировали, что каждую ночь на дно Балаклавской бухты отправляется один корабль союзников. До князя также довели причины, почему это происходит - правда, без упоминания об участии дракона. Что-то вроде: 'один из наших гостей издалека весьма разгневан тем обстоятельством, что...'

  Приветствия с обоих сторон были столь же учтивы, сколь и холодны.

  Всем офицерам было ясно, что раз переговоры инициировали союзники, то им надлежит начинать. Именно это англичанин и сделал.

  - Сэр, довожу до вашего сведения, что мисс Флоренс Найтингейл, сестра милосердия, скоро прибывает сюда, в Крым, в составе большой группы ее коллег-женщин для оказания помощи раненым и заболевшим, а также для ухода за ними. Как вы сами догадываетесь, все они не являются комбатантами.

  Виктор Илларионович Васильчиков сроду не играл в покер. И, само собой, не знал выражение 'покерное лицо'. Но вот делать его он умел.

  - Мы предлагаем заключить соглашение между российскими, английскими и французскими военными о недопустимости нападения с использованием любого вида оружия против означенных медиков-некомбатантов, - продолжил англичанин. - Точно то же, конечно, относится и к русским сестрам милосердия.

  Князь слегка наклонил голову в знак того, что предложение понято.

  - Нам нет нужды заключать подобное соглашение, - ответил он. - Российские войска никогда не нападали на медиков-некомбатантов и не намерены делать это впредь.

  Намек на прошлые события выглядел более чем прозрачным. Но англичанин был хорошим дипломатом.

  - Разумеется, гуманная позиция российской стороны в этом вопросе только приветствуется, но и мы желаем наглядно продемонстрировать свое стремление к соблюдению человеколюбия, насколько это возможно в условиях военных действий.

  - Мы, в свою очередь, не имеем ничего против столь благородных намерений британского армейского и флотского руководства.

  Британский генерал был образчиком ангельского терпения, поскольку раз за разом не обращал внимания на неявные выпады в сторону французов. Мало того: он принялся их защищать:

  - В данный момент я действую с ведома и согласия французского командования. Уверяю, что они всецело...

  Далее последовал панегирик гуманным устремлениям французских военных и их галантному отношению к дамам вообще и к дамам-медикам в частности.

  Васильчиков с отменным вниманием выслушал и ответил самым холодным тоном:

  - У нас нет никаких оснований доверять французам в этом отношении. Скорее есть причины для глубокого недоверия. Решать и обещать что-либо за их командование вы не можете. А так как французских представителей здесь нет, то предлагаю прервать переговоры.

  Англичанин решился использовать последний резерв:

  - Ваше сиятельство, в военных обычаях всех народов заключать перемирие на период проведения переговоров.

  - Ставлю вас в известность, что российские армия и флот строго придерживаются этого достойного обычая. Вы, должно быть, заметили: пока эти переговоры велись, в вашу сторону не выпалила ни одна пушка. Но мы не собираемся как-либо ограничивать себя на время перерыва в переговорах.

  Говорить больше было не о чем. Последовало наивежливейшее прощание.

Глава 28

  К отправке предполагалось несколько прошитых стопок бумаги с записями. Стопки делались такой толщины, чтобы их можно было пропихнуть в портал. В них Мариэла добросовестно фиксировала результаты своих трудов по постановке конструктов в условиях массовой работы, описывала наиболее интересные случаи, предлагала разнообразные методы экономии энергии.

  По мнению Мариэлы, почтеннейшая вполне могла разрешить переработку собранного материала в диссертацию - или указать на необходимость сбора неких дополнительных данных. Разумеется, будущая диссертантка рассчитывала на первый вариант.

  Материал, который подготовила ученица, мог показаться наставнице сыроватым. Пожалуй, не стоило в этом обвинять госпожу магистра: опыта написания докторских диссертаций у нее не было.

  Но у посылки была вторая часть: личное письмо к наставнице. Оно уместилось на одном листке.

  Гонцы из Гильдии, как всегда, были исполнительны и аккуратны. Почтеннейшая Моана ничего другого от них и не ожидала.

  Отчет от Сарата был ничуть не толще предыдущего. По привычке, обретенной еще в университетские времена, госпожа академик сначала бегло просмотрела содержание. Потом тот же отчет был прочитан уже внимательнейшим образом и с пером в руке. А потом глава аналитической службы отошла от канона, сняв с полки предыдущие отчеты. Их набралась стопка толщиной чуть ли не с бочонок.

  Моана принялась листать бумаги, перенося то отдельные фразы, то целые параграфы на лист бумаги. Еще потом она мысленно стала прокручивать в уме те факты, что удалось выловить.

  На этот раз подозрения обратились в уверенность.

  И любящая жена немедленно начертала письмо любимому супругу с нежной просьбой прибыть в Хорум - дескать, она сама, а также дети без него скучают.

  Потом настала очередь второго пакета. Вот он был куда объемнее первого.