Барон Серж де Сангре (СИ) - Назипов Ринат - Страница 111

- Убить колдуна! – но он прерывается чуть слышным лязгом и каким-то чмокающим звуком.

Поднимаю глаза, и вижу, как в грудь маркиза вонзается несколько арбалетных болтов. А потом раздается громкий крик-команда:

- Круши! – ей вторят десятки голосов.

- Бей! Круши!

Только сейчас я увидал, что немногочисленных стражников, стоявших вокруг помоста с девушкой уже вырезали. А саму ее отвязывает от столба тот самый пиратский капитан. В толпе, то там, то там разгораются скоротечные схватки. Пираты сполна воспользовались моментом. Я думал, что тут только один их корабль, оказывается, что я ошибся. Полчаса и город запылал. Но надо отдать пиратам должное, убивать ради убийства они не стали, да и грабить просто так тоже. По крайней мере, торговцев они не тронули, да и сам город не так уж и сильно пострадал. Горели и разграблялись, в основном дома местной знати, а почти сотня морских разбойников захватила замок маркиза. Конечно, произошло все это не в один момент и даже, не за один час. Но я этого уже не видел. Вместе с девушкой, под охраной пары десятков корсаров, меня проводили на барк «Танцующая со смертью», где предоставили отдельную каюту, в которой я обессиленный и морально опустошенный и заснул.

Проспал я почти сутки, ну чуть меньше, и выполз из каюты только на следующий день к полудню. К этому времени берег уже превратился в тонкую линию на горизонте, пираты не стали задерживаться в городе и поспешили оттуда убраться. Что меня поразила, едва я выбрался на палубу, так это огромное количество людей, что на ней расположились. Тут были и мужчины, и женщины, и даже дети. Я даже подумал, что пираты нахватали кого попало и промышляют не только морским разбоем, но и работорговлей. Но потом обратил внимание, что многие из этих людей находятся на корабле целыми семьями, у многих с собой какие-то узлы и баулы, да и выглядят они совсем не грустными, а скорее даже веселыми. То тут, то там раздается смех, а кое-где даже пытаются петь.

- Ну и спать вы, ваша милость. – раздался у меня за спиной голос капитана.

- И вам не хворать, капитан. А это что такое? – показал я на палубу.

- Да вот, не смог отказать. Очень уж людям надоели условия жизни на материке. Ну а мы не против, крестьяне и ремесленники на Островах ценятся.

- Рабы?

- Да Боги с вами, господин барон, какие рабы! У нас такого непотребства нет, у нас все свободны, нет ни рабов, ни крепостных. Поэтому с материка к нам и бегут, вот только не многие добираются, путь-то не близкий, а на море оно всякое бывает. Ладно, ваша милость, я чего подошел-то… очень уж у вас меч интересный… не поделитесь, это где же такое чудо выковали?

- А вот это я у вас, капитан, хотел спросить.

- Не понял?!

- Этот меч я купил в первый день ярмарки. Кузнец, у которого я его приобрел, сказал, что купил его вместе с другим металлоломом на перековку, а принесли его именно с вашего корабля. Вид он имел конечно непрезентабельный, весь обгоревший и закопчённый, но это оказалось только видимостью. А сам меч, просто великолепен.

- Ну, если кузнец вам не соврал, то надо у боцмана поинтересоваться, что это н такое чудо и на гвозди решил пустить. Не откроете тайну, за сколько брали?

- Десять серебрушек. –сказал я и рассмеялся, наблюдая за вытянувшимся лицом капитана. Ну еще бы, самый плохой клинок стоит пять золотых, а тут за такое чудо десять серебряных монет. Второй приступ смеха у меня вызвал «большой петровский загиб» в исполнении капитана и последующий за ним рык:

- Боцман, твою душу через клюзы, а ну ко мне, бегом, твою мать! Извините, ваша милость, мне надо срочно поговорить с этим сыном ослицы.

- Я вас прекрасно понимаю капитан. Только подскажите, где я тут могу перекусить, а то уже живот подводит.

- Конечно-конечно. – капитан подозвал какого-то молодого паренька. – Ян, проводи господина барона в кают-компанию, да угости его там как следует, по-нашему, по-морскому обычаю. Он принес нам удачу.

Я ночью, как говорят моряки, «барометр упал», а на нас налетел шквал, к утру перешедший в самый настоящий шторм. Корабль кидало по волнам как игрушку. Капитан приказал убрать всех людей с палубы в трюм и ограничить потребление пресной воды. Пираты восприняли это распоряжение совершенно спокойно, ну, оно и понятно, пищу в море найти можно, а вот пресную воду…

Трое суток волны игрались с кораблем. Несколько раз корсары пытались поставить штормовые паруса, но хватало их лишь на несколько минут. За это время барк лишился трех из четырех своих мачт и нескольких матросов, которых смыло за борт. Бывалые моряки уже начали успокаиваться, говоря, что в это время года шторма долгими не бывают и еще несколько часов и море успокоится. Но мне от этого было не легче. Я уже давно подготовился к любым неприятностям, сняв с себя все железо и спрятав его в сумку, даже свою верхнюю одежду и ту убрал, оставшись только в белье и привязав себя к узкой койке, иначе лежать было невозможно и был немаленький риск, на очередной волне слететь и переломать себе все кости.

Моряки оказались правы, даже в каюте я почувствовал, что ветер начал стихать, а волны, хоть и оставались такими же большими, но стали более, пологими, что-ли, по крайней мере теперь судно уже не проваливалось, а более-менее плавно скользило по ним, хотя качка уменьшилась не значительно. Боцман как раз высвистал очередную смену на палубу, наверное, капитан решил попытаться еще раз поставить штормовые паруса, когда в правую скулу корабля кто-то нанес сильнейший удар. Судно застонало как живое и накренилось. А потом последовало еще несколько ударов, раздался какой-то скрежет и корабль замер, при этом оставаясь безжалостно избиваемым волнами. С палубы донесся чей-то крик: «Рифы! Все наверх!».

До самого рассвета мы просидели на палубе, молясь всем богам, чтобы корабль выдержал и его не разметало по торчащим со всех сторон острым скалам. Нам сказочно повезло, судно стонало, дрожало, но крепилось, а с рассветом море успокоилось, и мы смогли оглядеться. В паре километров от нас виднелся какой-то остров. Мы оказались у входа в глубокую бухту, перекрытого рядами рифов. Капитан приказал рубить плоты и перебираться на берег. В ход пошло все, и остатки мачт, и палубный настил, и пустые бочки из-под воды и солонины. Я помогал как мог, но толку от меня было мало, мне кажется, что я больше мешал, но матросы с улыбками принимали мою помощь, хотя и старались по-быстрому от меня отделаться.

К полудню море совершенно успокоилось, пираты спустили сколоченные плоты на воду и началась эвакуация с обречённого корабля. Первыми на берег свезли женщин и детей, раненых и больных. Затем занялись перевозкой воды и продуктов, а потом с корабля убрали всех лишних, оставив только немногих рыбаков и плотников. Меня, как и всех остальных, свезли на берег, где на широком песчаном пляже уже появился небольшой палаточный городок. А пираты занялись разгрузкой судна, хотя даже мне было ясно, что спасти корабль уже не удастся. Надеюсь, они знают что делать и мы не застрянем на этом острове до конца своих дней.

Почти неделю длилась разгрузка судна, моряки снимали все, начиная от оружия и ценностей, до немногих сохранившихся парусов и такелажа, они даже палубу разобрали и принялись за сам корабль, любовно снимая каждую доску, каждый брусок и каждый гвоздь. На берегу уже кто-то установил походную кузню, несколько мужиков ушли в ближайший лес и под руководством корабельного плотника занялись рубкой подходящих деревьев. Без дела никто не сидел, даже детям и тем нашлось занятие, они бродили по пляжу и собирали каких-то моллюсков, выброшенных штормом на мелководье, попутно стаскивая к кострам плавник. Только я оказался не у дел, правда не на долго. По просьбе капитана я сопровождал ту саму девушку-лекарку в лес, где она собирала какие-то, одной ей известные растения и корешки, с помощью которых и лечила всех больных и пострадавших. Наблюдая за девушкой, я про себя ухмылялся, а ведь маркиз и его свора не так уж были и неправы. Девушка конечно не колдунья и не магичка, но задатки очень хорошего искателя в ней есть. Ведь она собирает именно те растения, что пропитаны магией Жизни, почему-то совершенно не реагирую на все остальное. Даже палатку, по ее распоряжению, поставили там, где я вижу устойчивый канал этой энергии. Совсем не мудрено, что с таким ее видением, ее пациенты оживают и выздоравливают прямо на глазах. Несколько раз я порывался поговорить с девушкой, но боялся ее спугнуть, опасаясь, что после всего пережитого она перепугается и замкнется, так что каждый раз откладывал этот разговор «на потом». А вот сегодня все же решился. Девушка как раз осторожно выкопала один из цветов, что во множестве росли рядом, но он буквально светился, от переполнявшей его энергии.