В поисках потерянного разума, или Антимиф-2 - Кара-Мурза Сергей Георгиевич - Страница 67

Сейчас, спустя века, повторяется то же самое. Европа и так страдает от нашествия Азии, от турков, арабов, африканцев. Я был, например, в Брюсселе два раза с перерывом в шесть лет. В конце 90-х это был обычный город, сейчас я не встретил за полтора часа на улице (не считая центра) ни одного белого лица. Я не расист, все люди - братья, просто дело в том, что приезжие местную историю не знают и не уважают, поскольку это не их история, а следовательно плюют на нее, причем, буквально. Брюссель загажен. И это та самая столица, которая учит нас как жить! Не хватало им еще и наших братьев с юга. И что, они нам спасибо говорят за то, от чего мы их ограждаем? Нет, они нас ругают за нарушение прав человека в Чечне!

История уже знает один печальный пример убийства собственного часового: разорение крестоносцами Константинополя. Ведь Византия была не только культурным центром Восточной Европы, но и буфером между Европой и пассионарной Турцией. Когда Византия пала, европейцам пришлось общаться с турками напрямую, и радости от этого не было никакой. На то, чтобы теперь уже Турцию сделать европейской, понадобилось несколько веков! До сих пор пожинаются плоды той победы над Константинополем. Некоторые европейские интеллектуалы называют тот штурм самой большой и трагической внешнеполитической и военной ошибкой Европы в истории. Но, то интеллектуалы, а простые люди и политики готовы совершить подобную же ошибку с Россией, только гораздо более серьезного масштаба. Если вместо России возникнет вторая Югославия, второе Косово или Босния-Герцеговина, Европу затопят десятки миллионов эмигрантов, и тогда ей конец… Европе нас надо холить и лелеять, беречь и охранять.

Описанное выше отношение Европы к России - это матрица, которую, как уже сказано, нельзя разрушить никакими фактами. Европейцы и не желают слушать никаких фактов. И не только фактов, они не интересуются ни нашей культурой (любой русский сможет сходу назвать 5-10 великих представителей каждой европейской нации, но лишь образованный европеец назовет максимум 5 великих представителей русской культуры), ни нашей политикой, ни нашей экономикой. Как-то раз мне пришлось беседовать с журналистом известной итальянской газеты, он высказал желание вникнуть в то, что происходит в России с момента прихода к власти Путина. Через 20 минут я уже понял, что ничего понимать он не собирался, ему нужны сказки. Подобно детям, европейцы не любят слушать что-то новое, они любят, чтобы мамочка рассказывала одну и ту же сказку - про КГБ, про то, как тут все плохо, как всех зажимают и арестовывают, про отсутствие прав и свобод… Как мне объяснил один европеец, они оказывается так самоутверждаются! Маленький ребенок в любой стране уверен, что язык, на котором он говорит, единственный в мире, его папа и мама самые лучшие, а его страна самая большая и прекрасная, потом он, конечно, встречает иностранцев, слышит языки, но это не страшно до тех пор, пока он не увидит глобус. Вот тут-то его ждет страшный удар, страшное разочарование. А Россия с ее территорией… Это наносит страшную рану по нарциссизму. Можно сказать, в этот момент и рождается европеец, который всю жизнь лечит свою душевную боль сладким бальзамом о том, что «лучше меньше да лучше», что «лучше быть цивилизованным, чем большим»…

У нас сложился даже целый институт таких сказочников - психотерапевтов, которые называются «правозащитниками» и которые за неплохие гонорары от изданий и гранты от фондов регулярно снабжают Европу свежими порциями чернухи про то, как у нас медведи ходят по улицам. Ну, это профессионалы. А есть просто любители… Вот, журнал «Эксперт» несколько лет назад проводил опрос менеджеров -японцев, американцев, корейцев, шведов, работающих в России: что они думают о русских. Те отмечали наши душевные и профессиональные качества, но все как один сказали, что их удивляет, что «русские не любят свою страну». Видно, на корпоративных вечеринках стоны по поводу «этой страны», для того, чтобы понравится иностранному начальству - это часть ритуала.

Я побывал в десятке европейских стран и у меня в запасе немало историй про Россию, рассказанных европейскими друзьями. Один меня спрашивал, как ему снять в Москве в предстоящей поездке «правильную проститутку», ведь в основном все представительницы древнейшей профессии - это сотрудницы КГБ… Другой утверждал, что все самолеты «Аэрофлота» - заразные… Откуда-то ведь они это взяли? А я догадываюсь откуда. Самую замечательную историю я услышал в Бельгии от русского эмигранта. В середине 90-х парень из Молдавии, еще с советским паспортом, решил подзаработать в Европе… Работал, денег не получил, паспорт украли, кинули… Но юноша решил, что будет выживать на новом месте, в нищую независимую Молдову возвращаться не хотелось. Поработав чернорабочим, он скопил сумму, пришел к адвокатам, которые занимались получением видов на жительство. Политического беженца из него сделать было нельзя, так как нет следов диссидентской деятельности, а вот «пострадавшего по религиозным убеждениям» - запросто, благо смуглый. Из проволоки изогнули серп и молот, накалили в огне и прижгли парню ягодицы. Пока они заживали, чтобы придать вид давности, юноша учил основы еврейской культуры и бытовые фразы языка. Все, через месяц у него уже был бессрочный вид на жительство. Рассказ, как «русские пытали его за то, что он еврей», с демонстрацией ягодиц в клеймах, имел успех.

Так что же делать? Неужели все безнадежно, неужели Европу никогда не убедить, что мы не дикие варвары? А может, поднапрячься, может перестать плеваться на улицах, научиться улыбаться в магазинах? Всего лишь немного дрессировки, и мы сможем… А может, уступить в вопросе с Чечней, в вопросах с таможенными пошлинами? Может, они поймут, что мы добрые и не хотим зла? У России еще есть, чем жертвовать, не все еще разбазарили…

На самом деле давно пора понять, что пока мы смотрим на них снизу вверх, они будут смотреть на нас сверху вниз, пока мы отступаем, они будут наступать. Пока мы ищем одобрения и заискиваем, они будут презирать, пока мы будем тешить их байками о нашей неполноценности - они будут их слушать и верить. Пока мы не научимся себя уважать, они нас уважать не будут. Ни за какую работу для Европы, ни за какие уступки мы никогда не будем иметь благодарности. Нас ценили в те редкие моменты истории, когда мы действительно вырывались в авангард европейских и мировых процессов, когда мы выигрывали войны против их же диктаторов, когда мы полетели в космос.