Звёздное кружево: Любовь «от кутюр» - Бельфор Марион - Страница 11

— Сэм часто вспоминал о Кубе, я хотела сказать — о Каспаре. И его мать тоже. Она очень переживала за него. Надо будет обязательно написать ей, какой он милый и обаятельный, ни капельки угрюмости или заносчивости. Настоящий джентльмен. Я думаю, моя свекровь все время боялась, что вся его жизнь полетит псу под хвост, как выражается их поколение. Она так обрадуется, что у него все хорошо.

— А почему она этого боялась?

— У него были все условия, чтобы пойти по кривой дорожке. Отец — пьяница, лишенный наследства собственным отцом. Из-за того, что совершил мезальянс. Да еще, говорят, выбрал себе такую женщину, что ее не признали бы и в менее благородном семействе. Как-то свекровь зашла к ним, не из любопытства, она вообще ничего не знала о ситуации в семье Каспара — он был всегда молчаливым мальчиком, — просто принесла свитер, который Каспар забыл у них во время каникул. Отец валялся в стельку пьяный, мать выглядела не лучше, шастая по дому в неряшливом виде — растрепанная, в башмаках на босу ногу. Да и сам дом был такой же неухоженный, неуютный. Если бы не бабушка, которая могла оплачивать образование Каспара, скорее всего, он повторил бы судьбу отца.

— Боже, а я и не знала! — потрясенно прошептала Франческа.

Так вот в чем была причина того, что он не хотел связываться с ее отцом! Он напоминал ему о его собственном отце и тяжелом детстве.

— А его отец еще жив? — спросила притихшая Франческа.

— Нет. Примерно через год после нашей с Сэмом свадьбы мы прочитали в газете о его смерти. Там сообщалось, что лорд Лэньон, наследник Лэньона, известный как мистер Беррингтон, погиб под колесами автомобиля. Так что титул теперь перешел Каспару.

Франческа недоверчиво посмотрела на Харриет:

— Лорд Лэньон, наследник Лэньона?

— А вы не знали? Ах, что я, конечно же, не знали. Каспар наверняка и сам об этом никогда не думал. Отвергнутый собственным дедом из-за несоответствующего положения его матери, он тоже не стремился к сближению. Он всегда жил так, словно того вообще не существует. А сейчас, после стольких лет скитаний, Каспар, верно, и не знает, что его отец умер.

Франческе потребовалось время, чтобы собраться с мыслями. Каспар — потомок английских аристократов?! Но как похожи их с Каспаром судьбы! Оба отца алкоголики. Его отец заключил брак ниже своего общественного положения, и ее мать тоже.

— А как отец Каспара мог стать лордом, если его собственный отец еще жив? — недоумевающе спросила Франческа.

— Потому что старый маркиз носит титул лорда Лэньона и передает его по наследству. Два его старших сына погибли на Второй мировой войне. — Харриет кашлянула. — Лорд Лэньон всегда слыл эксцентричным, а теперь, когда лишился всех своих сыновей, впал в полный маразм. За стариком ухаживает только один, такой же старый, как и он, слуга. А когда-то Лэньоны были одной из самых богатейших фамилий и вели роскошную жизнь.

— Каспар должен вернуться, когда умрет дедушка? — озабоченно спросила Франческа.

— Он никому ничего не должен. Да и кто может его принудить? Мне кажется, все зависит от того, как составлено завещание и что там осталось от состояния. — Харриет ласково посмотрела на ее обострившееся личико и ободряюще улыбнулась. — Каспар сообщил нам, как вы к нему попали. Не волнуйтесь, он не из тех, кто уедет и бросит вас здесь. Могу поспорить. А вы не хотите рассказать мне немного о себе?

Франческа, тронутая ее вниманием, поведала ей свою историю.

— У вас с Каспаром много общего, — задумчиво сказала Харриет, когда Франческа умолкла. — Вы должны хорошо понимать друг друга. По крайней мере, лучше, чем те, у кого было счастливое детство.

— Возможно. Но у нас есть и огромное различие. Он получил отличное образование, а у меня нет никакого. А где они учились, ну, ваш муж и Каспар?

И ее нисколько не удивило, что это была одна из самых престижных школ Англии.

Тут показался Каспар, и Харриет поспешно попрощалась.

— До ужина! — сказала она с сердечным рукопожатием.

Встреча с давним другом повергла Каспара в задумчивое настроение. Франческа не приставала к нему. Ей тоже было о чем подумать.

За ужином на Си спрей Франческа еще раз убедилась, как много было у всех троих общего и каким изгоем была она, хоть они изо всех сил и старались вовлечь ее в свою беседу.

Сэм и Каспар наслаждались обществом друг друга. Годы оказались не властны над их дружбой, уходящей корнями в общее детство. Они по-прежнему были близки как братья, которых судьба разнесла по свету, но не разрушила их родство.

Семейство Скотт-Ли только начало свой вояж и поэтому могло надолго задержаться на Доминике. Почти все время все четверо проводили вместе.

Как-то, проснувшись ранним утром, Франческа увидела на полочке перед кроватью большую коробку. Должно быть, Каспар поставил ее сюда, пока она спала. Поднявшись, она обнаружила рядом конверт с ее именем. В нем лежала открытка с поздравлением ко дню рождения. Наверное, Каспар подсмотрел эту дату в паспорте ее отца, который за всю жизнь не поздравил ее ни разу. День рождения всегда был для нее обычным днем в череде многих других. Ее руки дрожали от нетерпения, когда она развязывала ленточку и открывала коробку.

Из ее груди исторгся восхищенный возглас, когда она увидела, что там внутри.

— Каспар! Каспар!

В мгновение ока проскочив узкий переход, она уже чуть было не ворвалась в его каюту. Но тут открылась дверь душевой, из которой выглянул Каспар. Одна его щека была тщательно выбрита, другая — в мыльной пене.

— Ты здесь! — обрадованная Франческа бросилась к нему, но он быстро закрыл дверь, оставив только щелочку.

— Спасибо! Ух, какое спасибо тебе! — прыгала у двери Франческа.

— Погоди, малышка, я не одет, — он захлопнул дверь, и Франческа едва дождалась, когда она снова откроется.

Он вышел завернутый вокруг бедер большим полотенцем и со смехом сказал:

— Мои поздравления, малыш!

Еще минуту назад она бросилась бы ему на шею, но ожидание слегка поумерило ее пыл, и она стояла перед ним как глупый ребенок, который не знает, как выразить свою радость и благодарность. От растерянности ком встал у нее в горле и на глазах выступили слезы.

— Господь с тобой, что случилось? — испугался он, когда слезы полились по ее щекам.

Франческа только помотала головой. Ну как объяснить ему, что просто она бесконечно счастлива. Не в состоянии произнести ни слова и испугавшись, что он неправильно поймет ее, она развернулась и бросилась назад, в свою каюту. Каспар последовал за ней. Он показался на пороге, когда она, отвернувшись, сморкалась в его большой красный платок.

— Прости меня, — еще всхлипывая, проговорила она. Наверное, я сумасшедшая. Но я плачу из-за лучшего подарка в своей жизни.

Каспар развернул ее к себе, положив свои сильные руки на ее обнаженные хрупкие плечи — она выскочила прямо в ночной рубашке на тонких бретельках.

— Ничего себе, ну и странная же у тебя реакция! — Он понапрасну старался быть ироничным.

Тогда он привлек ее к себе и обнял. Франческа прильнула к его груди и закрыла глаза, вдыхая свежий аромат его кожи. И ничего на свете не было восхитительнее этого объятия.

Оно длилось недолго. Но за это время она сумела понять, как счастлива должна быть Харриет, что может найти утешение в объятиях своего мужа, когда чувствует себя несчастной или подавленной. Эти мужские объятия были убаюкивающими и успокаивающими… но и возбуждающими.

Между ними возникло вдруг какое-то напряжение, и его ощутила не только Франческа. Но она так и не успела прочувствовать, что это за взаимовлияние, потому что Каспар с легким вздохом отстранился от нее и сказал преувеличенно бодрым тоном:

— На сегодня ты освобождаешься от всех служб, юнга. Сейчас добреюсь и приготовлю завтрак. Чего желаешь? Омлет с ветчиной подойдет?

Произнося эту тираду, он медленно отступал в проход к душевой.

— Так точно! — уже вслед крикнула Франческа, стараясь подражать его тону.