Колдоискатели (СИ) - Рут Мишель - Страница 63

Полметра вверх, к светлому пятнышку.

— Настя, давай ещё! — Демжис так дёрнул мою руку, что чуть не вырвал из сустава. Он тащил меня, хотя мог быть сам давно наверху… За ним я прыгала… Он — и есть прекрасное в моей жизни! Мой зеленоглазый бог…

Сердце и тело стали лёгкими, как газ, и мы понеслись вверх. Огромные лапы попытались преградить путь, но что-то ослепительно белое и крылатое метнулось наперерез — и они отдёрнулись, будто ожёгшись об сияние. Кувырок, другой, до головокружения — и нас с размаху впечатало во что-то очень твёрдое. Вокруг снова стало темно и холодно.

Глава 20

— Где-е мы… — застонала было я, но рот тут же зажала сильная рука. Демжис зашептал:

— Тихо! Прижмись к стене…

Только сейчас до меня дошло, что правый бок холодит каменная стена; с другой стороны нас покрывало что-то чёрное, упругое, но не твёрдое. Вроде плотной ткани.

— Как думаешь, мы выбрались из ада?

— Скорее всего. Тсс!

Но я не могла молчать, слишком велик был стресс.

— А где мы? Почему темно? Где Малг?

— Малга я не вижу. Вокруг нас какой-то дворец, а мы под материей в его центре.

— Что за чушь?

— Не ори, кругом люди! И они нам не обрадуются…

— Много людей?

— Десятки, а вдали может и сотни. Это здание очень большое. Будем прорываться.

— Ой!

— Тсс! — Демжис придвинулся вплотную и зашептал на грани слышимости: — Ничего не бойся, они безоружные. Не отвлекайся никуда, и на свою внешность тоже, слышишь?!

— А что…

— Тс! Я сейчас приму облик чудовищного зверя. Мы выскальзываем через прорезь в материи, и ты бежишь за мной. Не отставай!

— Я плохо бегаю…

Но Демжис уже не слушал, а полз. Я вцепилась ему то ли в рукав, то ли в штанину — в темноте не понять, и так мы поднырнули под край ткани.

В щель была видна огромная площадь, окутанная нежными розовыми сумерками, скорей всего рассветными — в лицо дунул чистый свежий ветерок. Да, мы явно вырвались из ада! Ура!

Но когда в поле зрения появились люди, которые неспешно шли большой группой мимо нас, у меня душа рухнула в задницу.

Это были мусульмане! А вдали, на фоне светлеющего неба, рисовались высоченные шпили минаретов. Не дворец это, а мечеть! Да не абы какая, а гигантская!

— Пшли! — выдохнул Демжис, и первым вынырнул из-под края ткани на белые гладкие плиты площади. Я рванулась за ним, с ужасом воображая нашу участь — неверные в мечети, да ещё и девка с непокрытой головой, наверняка подлежат ужасной каре за осквернение святыни! Но Демжис уже скакал вперёд, отрастив по всему телу длинные шипы, на четырёх мохнатых лапах, и оставаться без него не хотелось.

Мы перескочили через невысокий каменный барьер и галопом понеслись мимо людей в белых длинных одеждах. К счастью, ловить нас они и не подумали, напротив, с ужасом отшатнулись и завопили на все голоса.

Площадь была бесконечно огромной, и мне казалось, что мы не летим как бешеные, а еле тащимся. По счастью, в столь ранний час молящихся было не слишком много. Наконец мы добежали до изящной узорчатой колоннады и нырнули в её сень.

Я не удержалась и, на секунду притормозив, оглянулась. Посреди белой площади возвышался огромный, с пятиэтажку, чёрный куб, из которого мы выскочили. Кааба!

Мы в Мекке!

Ох уж эти высшие силы, удружили… Хотя, если это Аллах и его ангелы вытащили нас из ада — хвала им! И я по такому случаю готова даже принять мусульманство… Если живой отсюда выберусь!

Я в несколько прыжков догнала Демжиса — бежать было на диво легко, и мы понеслись по галереям и просторным расписным коридорам мечети, расшвыривая в стороны коврики и расталкивая попадавшихся на пути людей. Впрочем, они и сами спешили убраться с дороги. Женщины истошно голосили, вопли преследовали нас, в отличие от охраны. Хотя нет, вот завыла сирена, замелькали в проходах серые полицейские мундиры… Но мы уже пролетели сквозь выход.

Ещё одна площадь, поменьше, ещё один выход — Демжис двумя ударами могучих звериных лап разбросал охрану — и мы уже летим по улице. Вслед нам гремят выстрелы, и остаётся только истошно молиться Аллаху — не для того же он нас спас, чтоб через пять минут застрелить?

То ли со стрельбой по бегущим мишеням у арабов было туго, то ли, что вероятней, они боялись палить на улице, полной народу несмотря на ранний час, но мы благополучно унесли ноги от мечети. Прохожие, конечно, тоже вопили и разбегались, а иные, что посмелей, выхватывали телефоны и камеры и снимали нас. Давайте-давайте, когда ещё в гости заглянет иномирянин-метаморф!

Улицы в Мекке, прямо скажем, впечатляли. Гигантские небоскрёбы высились, как вавилонские башни, нарядные, в огнях. Правда, чем дальше от мечети, тем ниже и серей они становились. Демжис на перекрёстке свернул вправо, ещё раз вправо, заводя в пустынные проулки. Асфальт стал грубей, каменистей, лапы заныли от бега, засаднили подушечки. Чёрт, как же кошки и собаки в городах обходятся?

Демжис гнал, как бешеный, не оставляя времени на раздумья. Не успела я осознать, что же в моих мыслях не так, как мы опять свернули в какой-то совсем уж серый и разбитый квартал. Впрочем, оно и понятно — здесь ещё только строили. Над головой вверх щетинился частокол из кранов, гигантских, колющих небосвод. Стройки будущих небоскрёбов были огорожены жиденькими заборами из металлических листов. Через один из них Демжис с разбегу перемахнул, я за ним, и чуть не вывихнула конечности, приземлившись на кучу камней.

Рабочих ещё не было — или они были в другом конце этой мегастройки. Мы влезли в оконный проём и, поднявшись немного вверх, забились в дальнюю комнатку. Наверное, тут будет очередная громадная гостиница для толп паломников. Что ж, считай, мы — первые её постояльцы.

Отдышавшись и убедившись, что погони нет, мы наконец посмотрели друг на друга.

Демжис вернул себе человеческий облик, и вид у него оказался чрезвычайно унылый и виноватый.

— Настя, — осторожно начал он, — ты только не кричи, ладно?

— Не обещаю, — зловеще оскалилась я. В голове уже вырастала целая куча вопросов.

— Пожалуйста, — он умоляюще сложил руки. Глядя в его расстроенное лицо, я смягчилась.

Он оторвал рукав своей куртки, трансформировал в зеркало и протянул мне.

Я дёрнулась, как от удара — в зеркале вырисовывалась жуткая картина. Глаза были моими, человеческими, но губы сузились и растянулись, зубы тоже изменились — передние резцы стали мелкими, как у хищников, клыки выступили ещё сильней; из растрёпанных кудряшек торчали уши — и они были нечеловеческими, заостренными и пушистыми, покрытыми светло-коричневой шёрсткой. Эта короткая шерсть шла вниз, по шее, и… о нет, она покрывала всё тело! Кроме подушечек рук… сбитых и исцарапанных…

Только тут я осознала, что от Каабы бежала за Демжисом на четырёх конечностях.

Демжис растерянно смотрел на мою истерику, не зная, что делать, и тут же огрёб:

— Как это получилось?! Ты же вышел из ада нормальным! А я превратилась в какого-то зверя-мутанта! Почему! Ещё и в этой дурацкой мусульманской стране отчего-то вдруг!

— Может быть, причина в наших мыслях — кто о чём думал, когда мы рвались наверх…

— И о чём же думал ты? О прекрасных гуриях?!

Демжис смутился, подтверждая догадку.

— Я вспоминал красивые узоры и храмы. Всё правильно, туда нас и выбросило. А у тебя не получалось сконцентрироваться на духовном…

— Я думала о тебе!

— Бедная моя. — Демжис с риском для здоровья протянул руку ко мне — истерящей гигантской «кошечке». — Мы всё исправим, прекрати…

От почёсываний за ушком стало немного спокойней.

— Кстати, женщина-полукошка — это тоже интересно. Я бы даже хотел…

— Уйди, извращенец! Не до шуток! — я стукнула его по руке лапой. Без когтей, конечно.

— Тсс. Если серьёзно, я уверен, что мы скоро найдём богов. Надо ещё раз наведаться в этот храм…

— Мечеть.

— Да. Нам здорово повезло, что женщины здесь скрывают лица. Может, это и не случайно…