Зенит Левиафана. Книга I (СИ) - Фролов Алексей - Страница 72

- Помогу ли я тебе? - переспросил Вёлунд и сквозь его непроизвольно растянувшиеся в улыбке губы прорвался громоподобный смешок. - Разумеется, нет!

- Почему же? - Аудун требовательно посмотрел на него. Что ж, подумал он, никто и не говорил, что будет легко.

- Я много крепостей построил, - заметил кузнец. Он прошел к лавке, что притулилась у одной из стен крытой части кузни, и грузно сел на нее, но не как старик, а как сильно уставший мужчина. - И знаешь, для чего я их строил? Чтобы их никто никогда не смог взять. Ни подобные им, - он кивнул в сторону суетящихся рядом трэллов. - Ни подобные нам.

Вёлунд действительно хорошо понимал, кто пришел к нему. Но не знал, не мог знать - зачем. И конечно - им овладело любопытство, иначе этого разговора вообще не было бы. Иначе он поступил бы так, как Аудун во время оно поступал с дерзкими просителями, которые смели что-то от него требовать, не имея возможности предложить нечто достойное взамен. Просто перерубил бы от плеча до бедра.

Но Вёлунд не выказывал признаков агрессии, а значит - решил услышать. И тут Аудун понял, что все-таки может кое-что предложить кузнецу. То, чью ценность невозможно переоценить. Правду. Истинную подоплеку происходящих событий, историю столь глубокую и полную боли, что в нее нельзя не поверить. А ведь лишь это и остается таким, как он - древним богам, отрекшимся от всего и замкнувшихся в своем маленьком уютном мирке. Тем, кто когда-то творил историю, теперь остается лишь слушать ее.

- Ты изменишь свое мнение, - твердо сказал Аудун, глядя в глаза Вёлунда, два очага, в которых дремало пламя, некогда породившее мир. - Изменишь, когда узнаешь, зачем Эйрику Арендал.

- Не Эйрику, - невозмутимо поправил его Вёлунд. - Тебе. Зачем тебе Арендал.

- Незачем, - признался Аудун. - Как и Шиен, как и Скагеррак и Ставангер, которые мы возьмем после. Ни один из этих городов не имеет для меня ни малейшего значения. А вот что...

- Аудун! - резкий окрик Лейва оборвал его буквально на полуслове. Воин повернулся в сторону крика, пораженный самой ситуацией. Ведь эриль не был ни глупцом, ни безумцем, он отлично понимал, насколько важен разговор с Вёлундом и не посмел бы помешать им, если бы не случилось что-то... исключительное.

И вновь в нем шевельнулось странное чувство, он уже встречался с его отголоском - в тот момент, когда заметил, что эриль раскинул руны. Теперь чувство стало сильнее, оно подошло в упор и настойчиво требовало внимания.

Аудун направился к Лейву, рунический шаман поднялся и посмотрел на него. Бледно-синие глаза эриля изменились, будто что-то выпило из них всю силу, вмиг обесцветив. Тут неведомое чувство накатило с новой силой и Аудун понял, что ему ничего боятся. Это не опасность, это возможность.

- Твой враг, - тихо проговорил эриль обессиленным голосом. - Он сейчас в Утгарде.

- Где? - переспросил Аудун, подходя к Лейву вплотную. - Где ты сказал?

- В... - шаман сглотнул. - В Утгарде. В мире за пределами мира.

- Что за.. - начал Аудун и тут же понял, о чем говорит эриль. Так нордманы могли назвать лишь одно место. Лимб.

Его взгляд вспыхнул так резко и ярко, что рунический шаман непроизвольно заслонил лицо рукой и хотел отступить, но Аудун схватил его за плечи и притянул к себе. Он с силой тряхнул эриля, чтобы заставить его сфокусироваться на своих словах.

- Веди меня туда, в Утгард! - рявкнул он. В его голосе зазвенели нотки, о существовании которых он уже порядком подзабыл. Вёлунд за его спиной криво усмехнулся и продолжил наблюдать, не скрывая своего любопытства.

В этот же момент запыхавшийся донельзя, но все еще невредимый Гуннар поднял руку, останавливая яростный натиск Регина. Тот тоже тяжело дышал, но выглядел гораздо лучше соперника и было ясно, что рано или поздно он победит в этой схватке. Беловолосый кивнул в сторону Аудуна, который припер эриля к стволу дуба. Регин нехотя опустил клинок и обернулся.

- Я... я не могу, - залепетал Лейв.

- Не лги! - прорычал Аудун, его медовые глаза продолжали наполняться нестерпимым золотым блеском. На короткие мгновения он перестал владеть собой, потому что так было надо. - Ты слишком много знаешь, чтобы не знать дорогу в Утгард. Должен быть ритуал! Должен!

Он вновь встряхнул Лейва, да так, что у того лязгнули зубы. Эриль телосложением лишь немногим уступал тому же Регину, а в росте был равен Аудуну. Но сейчас в руках воина он казался тряпичной куклой. Он не смел сопротивляться, понимая, что если начнет это делать, руки Аудуна лишь сильнее сомкнутся на его ключицах и попросту переломают кости.

- Ритуал есть, - закивал шаман. И тут Аудун понял, что боится эриль вовсе не его. Он боится как раз самого ритуала, боится того, что его могут заставить провести этот ритуал. - Но... Дар.

- Что? - вновь проревел Аудун. - Что - дар?

- Дар требует жертвы, - выпалил шаман. Он тяжело и часто дышал, глаза еще больше расширились, оставаясь бесцветными. - Чем больше дар, тем больше жертва. У меня нет столько сил, неоткуда взять.

Аудун медленно разжал пальцы и шаман со стоном соскользнул вниз, к подножию широкого ствола.

- Так тебе нужна сила? - тихо спросил он. Глаза его больше не наливались светом, он дошел до той фазы, когда металл перестает краснеть, раскаляясь, и замирает на одном цвете - белом. - Я дам тебе силу.

И прежде, чем Лейв осознал, что собирается сделать Аудун, прежде, чем кто-либо из присутствующих понял это и сумел помешать (кроме, разве что Вёлунда, который за минувшее время даже с места не двинулся), воин бросился в сторону, схватил проходящего мимо трэлла и едва различимым движением вскрыл ему горло скрамасаксом.

Он тут же зажал рану на шее трэлла, другой рукой сомкнув его челюсти. Трэлл часто заморгал полными ужаса и непонимания глазами, он еще не успел в полной мере осознать, что с ним произошло, но смерть уже вцепилась в него стальными когтями.

- Вот сила, что нужна тебе, - прошипел Аудун, подтаскивая трэлла к Лейву. - Жертва, которой хватит с излишком.

- Я не... - эриль побелел. Он стоял возле дуба, вытянувшись, как на военном смотре, напоминая скорее гипсовую статую филигранной работу, чем живого человека.

Аудун понял, что рунический шаман никогда не приносил людских жертвоприношений. В отличие от него самого.

Традиции нордманов были суровыми, но подобные ритуалы претили их родовому закону. На миг Аудуну стало жаль эриля, ведь он собирался заставить его, в буквальном смысле - заставить, прибегнуть к запретному колдовству, к заигрыванию с силами, что лежали выше его понимания. Но иначе Аудун не мог. Не мог упустить возможность добраться до своего врага и выспросить с него за все.

- Скорее! - вновь зашипел Аудун, неотрывно глядя на Лейва глазами, в которых желтизна золота сменилась белизной солнца. - Он умирает. А если умрет - я приведу к тебе следующего. И так будет, пока ты не проведешь ритуал!

Жестокие слова заставили Лейва взял себя в руки. Он перестал трястись от ужаса и кивнул, видимо осознав, что воин не шутит и действительно будет убивать трэллов Вёлунда одного за другим, пока эриль не сделает то, что от него просят. Хотя трэллов тут не так уж и много, они видели всего двоих, и за кого возьмется Аудун потом?..

Эриль подхватил с земли рассыпанные камешки с рунами и сгрузил их в один из многочисленных мешочков на поясе. Не сел - упал на колени, вскинул голову, пытаясь что-то увидеть в небе сквозь дубовую крону. Затем кивнул сам себе, его губы беззвучно зашевелились.

Лейв достал из-за пояса нож, особый нож с рукоятью из дерева, что растет далеко на севере, и с черным будто стеклянным лезвием. Он посыпал нож резко пахучим порошком и стал выводить им знаки на земле. Из под его руки выходили идеально ровные линии, сплетавшиеся в невообразимые геометрические узоры. По углам треугольников и в центре кругов эриль вписывал тайные ставы, некоторые были знакомы Аудуну, другие заставляли сердце биться чаще в приступе благоговейного страха с примесью непередаваемого восторга. Он смог   разобрать несколько гальдрамюндов, и даже отдельные руны - Хагалаз, Турисаз и Соул.