Зенит Левиафана. Книга I (СИ) - Фролов Алексей - Страница 95

Вновь поднялся ветер, они молча смотрели вдаль еще с полчаса, пока Гуннар не решился заговорить.

- Вот, почему Регин пошел за тобой, - он кивнул, но не своим словам, а своим мыслям. - Этого я тоже не понимал. До сего момента.

- А ты догадался, кто он? - Аудун с интересом посмотрел на беловолосого. Всплывшие было воспоминания и связанные с ними чувства вновь были загнаны в самые глубокие казематы памяти и скованы стальными цепями. Он снова мог мыслить и действовать рационально.

- Более-менее, - хмыкнул Гуннар. - Я понял, что он бог. И примерно понял, какой именно. Теперь все встало на свои места, - он пристально посмотрел на Аудуна. - Я тоже пойду с тобой за море.

Конунг не смог удержаться от смешка. Он склонил голову на бок, рассматривая Гуннара точно чудо природы.

- А тебе это зачем? - он прищурил правый глаз и изогнул левую бровь, выражая наигранное недоверия.

- Не зачем, - пожал плечами Гуннар. - Мне вообще тут не место, в этом мире. Однако ж я здесь. Долго не понимал, почему тут оказался, но теперь, кажется, понял. Я тут для того, чтобы помочь тебе. В этом, если хочешь, мое предназначение. А там, откуда я родом, к предназначениям люди относятся со всей серьезностью.

- Так ты человек? - Аудун продолжал испытующе смотреть на беловолосого.

- Более-менее, - повторил тот, вновь пожав плечами. - Я слишком долго бежал от выбора, пытаясь сохранить нейтралитет, как меня учили. Пришло время в очередной раз нарушить этот постулат.

- Что-то мне подсказывает, что ты и так не слишком хорошо его соблюдал, - конунг, наконец, сменил выражение лица и просто улыбнулся.

- С чего ты взял? - теперь настал черед Гуннара демонстрировать недоверие.

- Все просто, - Аудун вздохнул и вновь посмотрел на море. - Иначе ты не оказался бы здесь. В этом безумном мире, который в конце концов даже меня сумел изменить.

***

Вторая неделя бездействия подходила к концу. Аудун чувствовал себя если не на все сто, то условно на семьдесят-восемьдесят, что его вполне устраивало. Асвейг и Ларс уверенно выздоравливали от ранений, полученных при штурме Ставангера. Свей, отяжелив свои кошели обещанной оплатой, изъявил желание и впредь продолжать службу в хирде конунга Аудуна. Тот не возражал.

Его воинство насчитывало уже две с половиной сотни воинов. Он и сам был удивлен, но слава знаменосца, ставшего конунгом и поразившего железное сердце Ругаланда, сделала свое дело. Многие пришли с севера, пара кораблей под черными парусами прибыла из самого Тронхейма. То был славный ярл Йорген, который, вопреки значению собственного имени, прославился как искуснейший поединщик. Согласно легендам, что распевали скальды по всему северу, Йорген сразил триста хирдманов на хольмганге. Но даже если цифра была завышена впятеро, мастерство ярла Тронхейма не могло не вызывать уважение.

Хирд Йоргена состоял из пяти десятков отменных бойцов, все они одевались под стать своему вождю в черные плащи и черные худы. Все носили шлемы с полумасками и предпочитали клинок любому другому виду оружия. Они пришли на седьмой день после взятия Ругаланда и это было очень кстати.

- Прости, если не вовремя, но ты хочешь это знать! - Лейв буквально ворвался в бражный зал, хотя понимал, что за закрытыми дверями Аудун с Эйвиндом и Асвейг  явно не байки травят.

- Говори, шаман, - пробормотал Аудун, не отрываясь от созерцания разложенной на столе карты. Это была не простая карта, ее составил эриль Рунольв из Хёугесунна на основании сведений, собранных им за почти три десятилетия. Эриль опрашивал торговцев, пиратов и авантюристов в медовых залах по всей нордманской земле, не брезгуя даже самыми невразумительными сведениями.

Он сопоставил сотни рассказов и сумел нарисовать карту морских течений Южного моря. А еще на карте, пусть и довольно условно, но все же были обозначены берега, что лежали на западе, по ту сторону морской бездны. Разумеется, никаких гарантий достоверности, но было бы глупо не воспользоваться возможностью.

- Я вопрошал руны, - начал Лейв, откашлявшись. - В общем, твой враг собирается выйти в море.

- Что? - Аудун тут же забыл о карте и посмотрел на шамана. - Повтори!

- Я сказал, что он сбирается выйти в море, - послушно повторил эриль. - Судя по всему, он двинется на север, вдоль побережья. Потом вернется обратно. Если выживет.

- Выживет, можешь не сомневаться, - процедил конунг и его кулаки непроизвольно сжались. - Еще что?

- Уверен, что корабль будет двигаться именно вдоль побережья. - Шаман приблизился к столу и взглянул на карту. Он не решился повернуть карту так, чтобы ему было удобно на нее смотреть, поэтому сильно выгнул голову. Несколько мгновений он изучал пергамент, затем ткнул пальцем в середину рваной линии, обозначавшей берег неизвестной земли. - Отсюда, - он провел пальцем вдоль линии снизу вверх. - Сюда. Руны дали мне видение островов, древних островов, где почти никто не живет. Точнее не могу сказать.

Внезапно Лейв поморщился и отступил от стола, прижав пальцы к вискам. Аудун уже видел это, такое случалось с эрилем, если в своих гаданиях (или, как он говорил, вопрошениях рун) шаман заходил слишком далеко. Конунг полагал, что в таких приступах нет ничего хорошего и однажды это может доконать Лейва.

Он поджал губы и уставился на карту, а потом резко ударил по столу кулаком, так что эриль подпрыгнул на месте, а Эйвинд инстинктивно выхватил нож.

Бражный зал погрузился в омут тишины, хирдманы опасались неуместным словом лишь сильнее распалить гнев конунга. Все отлично понимали, что Аудуну не терпится выступить на запад, но он все еще переживал последствия раны от отравленного клинка, да и нужного количества воинов у него не было, не говоря уже о нужном количестве драккаров.

- Позволь сказать, - осторожно проговорила Асвейг, кладя ладонь на сжатый кулак Аудуна. Пальцы конунга медленно, но все же разжались. Он поднял на нее глаза, полные бессильной злобы. - Можно отправить корабль им наперерез. Если эриль не ошибся в направлении и конечной точке...

- Руны не лгут, - процедил шаман. Он прислонился к одному из резных столбов, поддерживающих крышу бражного зала. Головная боль все еще терзала его, но снести профессиональное оскорбление он не мог.

- Тем лучше, - спокойно продолжила воительница. - Тогда их можно перехватить. Пошлем снеккар. С нордманским снеккаром ни один корабль не сравнится в скорости. Особенно если карта верна и удастся воспользоваться попутными течениями.

- Верно! - Эйвинд аж просиял. Молодой хускарл часто поражал Аудуна тем, что хотя был довольно мудр и невероятно храбр в бою, все же не забывал при этом оставаться мальчишкой. - И я знаю, кого лучше послать! Так, чтоб наверняка. Людей Йоргена. У них как раз и снеккар есть. Сам ярл вряд ли пойдет, я слышал, как он говорил, что мечтает биться плечом к плечу с конунгом Аудуном. Но если ты попросишь...

Повисло минутное молчание.

- Он прав, - прервала тишину Асвейг. Воительница скрестила руки на груди, губы разошлись в хищной улыбке. - Йорген не откажет тебе, а его рубаки очень хороши, я как то видела их в деле.

Аудун посмотрел на воительницу, затем перевел взгляд на Эйвинда, явно довольного своей идеей, и остановился на Лейве. Шаман уже высыпал в рот содержимое одного из своих многочисленных мешочков и, скривившись, запил медом. Подрагивающие брови, инстинктивно сведенные к переносице, и губы, обезображенные приступом боли, почти сразу разгладились, приняв естественный вид.

- Лейв, - обратился к нему конунг. - Тот амулет, которым берсерки Хортена блокировали твое колдовство, он при тебе?

- При мне, - протянул эриль. Он уже понял, о чем его попросит Аудун, но явно не хотел об этом думать. На лице шамана отразилась смесь испуга и непонимания. - Ты хочешь...

- Да, дай его мне, - Аудун протянул руку и посмотрел на эриля. Взгляд его и вся поза не подразумевали иной возможности и шаман, порывшись в переметной сумке, достал амулет. Он медленно, несколько медленнее, чем следовало, протянул серебряный кругляш конунгу.