Плохиш (СИ) - Субботина Айя - Страница 42

А потом был сырой колючий март: с проливными суточными дождями, светло-серыми днями и графитовыми ночами. И Влада – в новой жизни, где ему не могло быть места. К счастью, чтобы наблюдать за Неваляшкой ее разрешение не требовалось. Наблюдать – и держать себя на коротком поводке всякий раз, когда она в слезах возвращалась домой после встречи с матерью, когда спешила из метро и, споткнувшись, падала в лужу, чтобы после работы спать в химчистке, свернувшись калачиком в кресле. Она пыталась жить сама, как умела. Точно так же, как и он, справлялась со своими демонами: каждый новый день – новая война.

И Неваляшка доказала, что может с гордостью носить это прозвище. Сама, во всем, маленькими, но упрямыми шажками шла вперед к своей цели. Без его помощи. Значит, сможет. Значит, сильная. И все же – беззащитная, неуклюжая, рассеянная. Он даже не пытался понять, каким же образом функционирует ее голова, что в ней вмешается столько противоречивого.

Мужчин в ее жизни не было. Несколько раз подвозили домой какие-то субтильные парни, любого из которых Стас с легкостью переломил бы надвое. Но Влада никого к себе не подпускала. Вежливо прощалась, держа дистанцию «никаких рук и поцелуев» - и ныряла в подъезд старенькой многоэтажки, где снимала «однушку». Стас знал, что рано или поздно, но ее придется отпустить – отвернуться и пойти в обратную сторону. Но до тех пор – смотреть и не трогать, чтобы больше не сломать.

Чтобы не пропустить первый эфир, он поменял билеты на самолет. Пофигу, что сразу после посадки, даже не заезжая в гостиницу, придется ехать на конференцию. Теперь, когда он научился справляться со своей «синусоидой», это будет лишь небольшим дискомфортом. Переживет. Но Неваляшка на целых две недели выпадет из поля его зрения... и Стас собирался воспользоваться этой паузой, чтобы, наконец, отойти в сторону. Он и раньше частенько мотался то в Европу, то в Штаты, на Туманный Альбион или к японцам. Но на этот раз пауза будет длинной. И теперь он готов «отпустить»: прошлое и Неваляшку.

— Какая карамелька, - улыбаясь от уха до уха, прокомментировал Владу Бес. Утро они, традиционно, проводили в клубе: Стас занимался счетами и управлением, а Бес просто жил неподалеку и любил начинать день с чашки фирменно Настиного экспрессо.

Неваляшка в самом деле выглядела охренительно: улыбчивая, светлая, иногда поправляющая волосы. Стас подавил фантазию, в которой наматывал эти волосы на кулак и оттягивал голову назад, чтобы безраздельно владеть ее ртом. Покорять его губами, языком и...

— Точно не хочешь, чтобы я поехал? – еще раз переспросил Бес.

— У тебя там недоебаня немка что ли? – довольно резко спросил Стас. Лицо Влады сменил затяжной рекламный ролик. – Сказал же – еду сам. Ты остаешься за главного.

Жаль, не увидеть ее лицо, когда Неваляшка получит подарок.

В том, что Влада не откажется от «Порше» Стас даже не сомневался. В ее голове все шарики и винтики работали так, как нужно. Она не из тех женщин, которые отказываются дорогих подарков только, чтобы сохранить вид «сильной и независимой», втайне надеясь, что их будут уговаривать принять подношение. Она и так знает, что сильная, и не будет доказывать это таким иррациональным способом. И знает, что машина – это не роскошь, а средство передвижения.

— Слушай... - не унимался Бес.

Стас скрипнул зубами, поднялся, перебросил через плечо спортивную сумку.

— Ты не будешь против, если я на следующих выходных завалюсь к тебе за город?

— Да нет, но там еще стройка полным ходом. Отопление не знаю, успеют ли сделать. И часть дома недостроена.

— Да нас будет пара человек, мы на выходные – и назад. Шашлычок, музычка...

— Никаких проституток, - предупредил Стас.

— Слушаюсь и повинуюсь, - охотно принял условие Бес. – Присоединяйся, как приедешь.

Стас сделал неопределенный жест рукой – и вышел.

[1] «Гелик» - одно из сокращенных названий автомобиля Mercedes-Benz G-класс «Gelendvagen»

Глава двадцать первая: Влада

«Зебра» был недавно открывшимся ночным клубом неподалеку от телецентра и Влада, как ни старалась, не смогла найти еще одно «нет» для Вики. Тем более, что подруга отмечала там повышение по службе и ее новый «папик» расстарался на славу: заказал целый стол со всем самым дорогим, что только можно было найти в меню. Правда, на этот раз «папику» не было еще и сорока, и Вика держалась за него уже почти полгода, что для нее было настоящим подвигом.

— Можешь пригласить своих друзей, ты же именинница! – накануне днем тараторила Вика. – Все равно гудим с размахом.

Влада поблагодарила за участие, но отказалась, пообещав лишь свое присутствие. Правда с оговоркой, что приедет на час позже: освобождалась она только после восьми, а еще нужно было сделать скидку на первую поездку за рулем собственной машины.

К тому времени, как припарковалась у клуба и вошла внутрь, Влада чувствовала себя разбитой и уставшей. Потому что весь день, как дурочка, ждала звонка от Стаса. Надеялась, что он, в свойственной себе лениво-безразличной манере поинтересуется, понравился ли «Кайен», а потом предложит вместе куда-нибудь сходить. А потом – чего уж врать самой себе – закатает ей обещанный секс. Казалось, что именно так и должно быть. Что именно так – правильно.

Но не сложилось. Мечта брякнулась на землю и разлетелась на кусочки.

И сейчас Влада медленно протискивалась в наполненный разноцветным неоном зал, стараясь лавировать в прущей навстречу густой толпе тел. Она уже пропустила пару крепких ударов локтями, и чуть не схлопотала в ухо, но продолжала упрямо топать вперед. Придет, посидит час – и пойдет отсыпаться. Завтра в студии нужно быть к пяти утра, для съемок снаружи.

Пытаясь увернуться от прущего, словно танк, не обремененного фитнесом потного парня, Влада сделал маневр влево – и со всего размаху «клюнула» носом в твердую мужскую грудь. Шарахнулась назад от вспыхнувших в глазах искр, зашаталась, взмахнула руками.

— Оп! – Крепкая рука перехватила ее за запястье, потянула на себя и прижала к груди, не дав упасть. – Падать мы не будем, все хорошо.

Ноздри пощекотал свежий и ненавязчивый запах дорого одеколона, пальцы на ее руке были жесткими и длинными, ухоженными, но точно не похожими на руки какого-то клерка среднего звена. Голос – веселый, «с чертиками».

Пока Влада перебирала эти подробности, парень успел отвести ее в сторону от реки потных и подвыпивших человеческих тел и, стоило ей попытаться освободиться, отпустил.

— Спасибо, - пробормотала Влада, тупо рассматривая тугие мышцы под темно-синей футболкой «в облипку». Подняла взгляд выше: широкие плечи, мускулистые руки. Суховатый, подтянутый. – Я прошу прощения, что зацепила...

— Да все в порядке, котенок.

Она покривилась от того, как запросто прозвучало это его «котенок». Сделала еще шаг – и парень снова привлек ее к себе, на этот раз плотно обхватив руками. Засмеялся куда-то в макушку: высокий, очень высокий.

«Как Стас», - краем глаз рассматривая его наглухо забитый черно-белым трайблом «рукав».

— Так, куда тебя отвести, котенок? Провожу, а то растопчут же.

Влада не стала сопротивляться – лучше с таким провожатым, чем в самом деле растянуться курам на смех. Назвала номер столика, надеясь, что как обычно ничего не напутала. Парень, обнимая ее одной рукой за плечи, а второй уверенно распихивая толпу, двинулся вперед.

— Тебя как зовут, котенок?

— Влада, - бросила она.

— Значит, Ладушка, - заключил парень. – Ну а я Бес. Будем знакомы, Ладушка.

Она собиралась сказать, что пусть оставит свои прозвища при себе, но передумала. Какая разница, как ее будет называть незнакомый парень, которого она видит первый и последний раз в своей жизни.

— Ты же ведущая, да? Видел тебя сегодня на «Третьем».

Влада кивнула. И подумала, что кивок – это самое идиотское, что вообще можно сделать в такой ситуации. В грохоте музыки, у него под подмышкой. К счастью, вот и нужный стол, и развеселая, орущая, чтобы перекричать музыку, компания. И Вика, которая сперва помахала рукой, а потом выразительно уставилась на ее спутника.