Путешествие с дикими гусями (СИ) - Русуберг Татьяна - Страница 45

Если Ян подстерегает меня здесь и захочет прикончить, то получится легко. Мы уже выяснили, что стрелок из меня, как из слепого снайпер. А пушка в кармане это так – соломинка подержаться.

Билет все равно покупать было не на что, так что я встал за деревьями, чувствуя, как потеет рука в кармане. Если что, выскочу на платформу прямо перед тем, как закроются двери. Влечу в вагон, и все. Знать бы вот только еще, когда придет поезд. Пойти посмотреть расписание духу у меня не доставало.

Постепенно на перроне затоптался народ – две бабульки и бухой мужичок. С Яном они явно не имели ничего общего. Наконец показалась желтая голова поезда. Я рванул в вагон сразу за бабками, прилип к окну – нет, вроде ничего подозрительного. Неужели снова повезло? Я плюхнулся на пустую лавку. Стрельба в лесу казалась нереальной, будто вырезанный из дешевого боевика кадр, который почему-то впечатался в мозг. Только тяжесть ствола в кармане убеждала – все это было. И еще царапины от веток на лбу и щеке – внезапно я почувствовал, что их щиплет. Наверное, пот затек. Я снова взмок, хоть выжимай.

Поезд останавливался часто и постепенно заполнялся людьми. Сначала я вздрагивал, каждый раз, когда открывались двери, и пристально следил за всеми новыми пассажирами. Но постепенно расслабился, поняв, что погони не будет – по крайней мере, пока. Показалось глупо сидеть, сжимая в кармане заряженный ствол, нацеленный на какого-то студента в здоровенных наушниках. Я осторожно разжал затекший палец и вытащил руку на свет. Ладонь мелко тряслась, и я сунул ее между сжатыми коленками. «Следи за станциями, - напомнил я себе. – Надо не пропустить пересадку. Остановка Хиллерод».

Назад в будущее. Германия

Наш следующий разговор с Яном состоялся, как он и обещал, через неделю. Только мне уже казалось, что я состарился на вокзале и в видео-кабинах «Дыры», где дни были неотличимы от ночи. Я выучился легко распознавать потенциальных клиентов по взгляду, движениям и деталям одежды. Мог мгновенно вычислить конкурентов – малолетних торчков на вокзале, бледных и неестественно успокоенных, спешащих заработать на дозу до ломки; штрихеров, тусующихся возле «секс кино» и гей-клубов; леди-бойз, стоящих в мини-юбочках у метро. Мой мир сузился, как труба телескопа, на линзе которого осталось только самое грязное и мерзкое, увеличенное до мельчайших тошнотворных подробностей.

Когда меня подняли пораньше одним хмурым утром, я просто решил, что кому-то из Франкенштейнов в лом стало подрочить. Но на воняющей прогорклым жиром кухне меня поджидал Ян, аккуратно стряхивающий пепел в чашку со сколотым краем. Я устало моргал на него, щурясь на свет. Зачем он здесь? Привел нового паренька? Но в кухне сидел только папаша Милош, на коленях которого уютно устроился сраный кот.

Ян смерил меня взглядом с головы до ног и ухмыльнулся, выпуская дым:

- Ты выглядишь, как потасканная грязная шлюха.

Я опустил глаза. Все верно. Я и есть потасканная грязная шлюха. Зачем ты меня разбудил, урод?

- Думаю, теперь ты готов меня выслушать, а, бл...дь?

Я кивнул. Слушать не сосать. Почему бы не послушать?

- Отвечай, ублюдок. Ты тут забыл, зачем нормальным людям язык?

Я понял, что разговор у нас будет тяжелый. И что Ян здесь для того, чтобы дотоптать то, что от меня осталось. Да еще и дерьмом сверху полить. Но мне уже было настолько пофиг, что я просто тупо говорил то, что хозяин хотел слышать, и послушно делал все, что мне велели. Лишь бы снова не побили. Я уже не был твердым внутри. Казалось, кожа слезла вместе с нервами, и осталось одно голое мясо, которое жрут двуногие черви. А мне не больно, потому что внутри пустота.

Жирный котяра злорадно наблюдал за моим унижением, изредка принимаясь вылизывать у себя под хвостом. Франкенштейн тоже не сводил с меня заинтересованного взгляда, и, хотя не понимал, конечно, ни слова, явно тащился от бесплатного спектакля – у него чуть слюни на майку не капали.

Под конец удовлетворенный моей покладистостью Ян спросил, посмеиваясь:

- Ну что, Денис-пенис, хочешь ко мне вернуться?

Я не думал, что он это серьезно, но покорно ответил, как меня только что научили:

- Да, хозяин.

Ян обернулся к Франкенштейну и коротко прокомментировал мой ответ по-немецки. Оба заржали.

«А что, - дошло тут до меня. – Милош вполне мог бы меня отдать. Наверняка он на мне уже успел срубить бабла больше, чем литовцу заплатил. Столько он никогда уже не заработает – я теперь не новичок, иду по цене остальных пацанов. Неужели Ян, и правда, хочет забрать меня обратно?! Неужели я смогу вернуться и снова увидеть Асю?!»

- Тогда попроси меня хорошенько, - Ян откинулся на спинку стула и с удовольствием затянулся. – Давай, покажи, чему научился у моих румынских друзей.

Я выбросил Асю из головы, как несбыточную мечту. Опустился на колени и сделал то, чего хотел хозяин. Теперь я мог делать это механически, не задумываясь и не напрягая мышц. Дело привычки и техники. Я даже мог изобразить увлечение процессом – почти искреннее.

- Зачет сдал, - наконец удовлетворенно кивнул Ян, застегивая ширинку. – Так и быть, заберу тебя с собой. Не пропадать же такому таланту в вокзальном сортире. Но смотри, - внезапно он притянул меня за ворот футболки, и тлеющий кончик почти докуренной сигареты оказался в миллиметрах от моего глаза, - еще раз взбрыкнешь, еще раз на тебя хоть кто-то пожалуется, и все! Тебе даже могилу рыть не придется. Я тебя на паззл разрублю и по кусочкам в канализацию спущу – никто не соберет. Ясно?

- Да, хозяин, - заученно отчеканил я, стараясь не моргать.

На этом Ян счел мою дрессировку законченной.

По возвращении на квартиру он первым делом велел Бобику обрить меня наголо – чтобы не дай бог не занес в гарем вшей. Я и в самом деле в последние дни неслабо почесывался. Потом меня час отмачивали под горячим душем. Бобик проконтролировал результат, печально поцокав языком над моими ссадинами и синяками. Потом выдал чистую одежду и даже белье. Старые тряпки отправились прямиком в мусорный контейнер. Удовлетворенный результатом, немец запустил меня к остальным.

Мне показалось диким, что в комнате со времени моего отсутствия ничего не изменилось. Но ведь для спящих здесь ребят прошла всего лишь неделя, а не целая жизнь, как для меня. Мой матрас еще никто не успел занять, кто-то только аккуратно накрыл его одеялом. И Асин... Он тоже пустовал.

Растолкать Ленку было делом нелегким – она спала, как вампир в гробу, – чтобы разбудить, надо кол загнать в сердце.

- Денис?! – голубые глаза удивленно распахнулись. – Господи, откуда ты?! Что случилось с твоими волосами?!

Вот нашла по чему убиваться!

- Где Ася? – перешел я сразу к делу.

- А она разве не с тобой? - удивилась Ленка, заглядывая мне за спину, будто девочка могла прятаться там.

- С чего ты взяла? Ты о чем?

- У-у, какие синячищи, - Ленкины глаза стали еще больше, когда она рассмотрела мои руки. – Ой, и на шее...

- Так что там с Асей? – я легонько тряхнул ее за плечи.

- Ну так... – девчонка провела по растрепанным со сна волосам, - она же вместе с тобой исчезла. Вот все и решили, что вы вместе. А где – про это нам ничего не сказали. Прошел только слух, что на тебя с Асей клиент пожаловался. Мы уж думали, что Ян вас... – она замолчала, покосившись в сторону матраса Диди. Тот дрых, накрывшись с головой одеялом, так что наружу торчали только розовые пятки. Странно, да? Сам черный, а пятки розовые.

- Так где ты был? – Ленка подавила нервный зевок. – Тебя что там, били? И где тогда Ася, раз она не с тобой?

Да, вот именно это мне и хотелось бы узнать. Я встал и подошел к двери. Осторожно постучал. Еще раз.

- Чего тебе? – осведомился Саша, открывая.

Он смачно грыз яблоко, от вида которого у меня бы обычно слюнки потекли, но теперь мне было не до жратвы.

- Можно Яна? – спросил я, глядя в пол. – Мне нужно с ним поговорить.