Путешествие с дикими гусями (СИ) - Русуберг Татьяна - Страница 54

Наконец в Гамбургской квартире нас осталось всего трое: я, Зоя и Дагмар. И когда за нами снова приехал автокемпер, я понял: никто нас не спасет.

Безопасное место. Дания

Проснувшись, я не сразу сообразил, где нахожусь. Снизу - топчан, сверху - пушистый плед с тиграми. В поле зрения - тесная каморка. Пылесос, швабры, халаты, полки, заставленные всякой всячиной. В окошко под потолком сочится серенький утренний свет. Постепенно в памяти возникла ночная прогулка, закончившаяся в кафе «Мечта». Ага, наверное я в подсобке! А где студент? Не забыл же он меня тут... Хотя рядом с Изабэль и не такое забудешь.

Я свесил ноги с топчана и выбрался из-под пледа. А вот и мои кеды – орудие медленной пытки. От одной мысли о том, что надо впихнуть в них свои мозоли, меня передернуло. Я подобрал обувку с пола и поплелся на поиски Ника и уборной в одних носках. Студент обнаружился за столиком перед баром. Он сидел, уткнувшись в экран ноутбука, и прихлебывал из дымящейся чашки. По витавшему в воздухе аромату я определил крепкий кофе. Так, первая миссия выполнена. Осталась вторая. Найти сортир.

- А где тут туалет?

Ник аж подпрыгнул, чуть не свернув комп на пол.

- Черт, Денис! Ходишь тихо, как привидение. Кстати, а что ты в одних носках?

- Кеды жмут, - пожал я плечами. – Так как насчет туалета? А то я обделаюсь щас.

Конечно, в таком заведении сортир не мог быть обычным. Туалетную бумагу, скажем, пришлось добывать из пасти дракона. А сидушка, стоило опустить на нее зад, начинала мигать разноцветными огнями, как летающая тарелка. Не говоря уже о том, что сам толчок торчал посреди пещеры с сокровищами. Наигравшись со стульчаком, я, зевая, выполз в зал.

- Кофе? – спросил Ник, кивая на возникшую на столе новую чашку и булочку с джемом.

Вот это, блин, сервис. Такое ощущение, что с Ником я только и делаю, что жру. Растолстею так скоро.

- А соку можно? – оборзел я.

Изабэль куда-то исчезла, так что сок мне принес повар-латинос. М-м, любимый апельсиновый.

- Я звонил в полицию.

У меня зубы клацнули – это я укусил мимо булочки.

- Ты же сам просил сделать это как можно скорее, - виновато добавил Ник.

- Угу, - я набил рот булкой. Да, просил, ясен пень. Только все равно как-то не по себе. Может потому, что пути назад теперь нет?

- Нас будут ждать в Национальном Центре Расследований в девять, - студент испытующе посмотрел на меня. - Этот отдел как раз занимается торговлей людьми. Они напрямую сотрудничают с Интерполом.

Жесть, Интерпол! Это что-то такое крутое из боевиков. Кажется. И прямо-таки целый отдел по торговле людьми?

- Денис, - продолжал между тем Ник, ероша и так торчащие кверху волосы, - я должен тебя предупредить, что скорее всего тебя снова задержат. Из-за того инцидента со стрельбой. До выяснения обстоятельств.

Я кивнул. Опять тюряга? Ха, нам не привыкать. Лишь бы копы Яна нашли. И ферму накрыли.

- А у них тут в СИЗО тоже обед из трех блюд?

У студента от удивления аж шевелюра наверх поехала:

- Э-э... Если честно, понятия не имею. Но обещаю проследить, чтобы тебя кормили хорошо.

На этой светлой ноте мы оставили повара закрывать кафе и отправились сдаваться полиции.

В допросной нас ждала целая делегация: тетка-следователь, ее длинный помощник-очкарик плюс еще одна тетка из коммуны, неодобрительно косившаяся на Ников фингал. Мурыжили меня жутко долго – не только потому, что пришлось рассказывать все сначала, но и потому, что половину времени занимал перевод туда-обратно. Не знаю даже, кто из нас больше устал – я или Ник. В начале мои слова копы восприняли довольно скептически. Но когда на стол лег Янов ствол, аккуратно упакованный студентом в прозрачный пластик, тон разговора резко изменился. Следовательша с очкариком сделали стойку и вцепились в меня мертвой хваткой – я только успевал отвечать на сыплющиеся с двух сторон вопросы.

Передо мной выложили туеву хучу фоток всяких мужиков. Ни Яна, ни Саши среди них не оказалось, но я узнал одного клиента, на которого и показал. Пришлось, ясно дело, расписывать, когда, где и как. Не знаю, почему этот бык особенно копов интересовал – может, был он какой-то местной шишкой, и под него копали, а может, маньяком каким. Я за этим фраером ничего особенного не заметил, кроме того, что от него всегда уходил без носков – коллекцию он собирал, с...ка. Я уже заранее к нему надевал самые старые и рваные, а этот урод и тащился – чем грязнее, тем ему больше вставляло. А у Яна фиг потом новых допросишься.

История о носках следовательшу с очкариком улыбнула, а тетка из коммуны начала дергать глазом. Она с самого начала сидела с такой мордой, будто перед ней труп расчленяют, - бледная и задыхающаяся, а теперь по кофточке у нее стали расползаться мокрые круги – из-под мышек.

- Денис, ты поможешь нам составить фоторобот Яна? – перевел мне Ник слова очкастого. – Нам понадобится фото, чтобы объявить его в розыск и отослать запрос интерполу. Мы, конечно, пробьем по фамилии из того паспорта, что ты видел, но, скорее всего, она тоже фальшивая. И еще тебе нужно пройти медосмотр.

- Это еще зачем? – удивился я. – Со мной уже все в порядке. Даже без таблеток.

Ник посовещался со следовательшей и повернулся ко мне:

- Медосмотр поможет определить следы насилия, - он отвел глаза. – Результаты могут быть использованы обвинением в суде. Но ты можешь отказаться, если, - студент снова поднял взгляд и закончил осторожно, - тебе это... ну... Короче, все поймут.

Я нахмурился: чего он там лопочет?

- Так эти самые... следы копы же сфоткали. В Эсбьерге, в СИЗО.

Снова пришлось Нику поработать переводчиком.

- Они пошлют в Эсбьерг запрос, - объяснил студент. – Но на тех фото наверняка только внешние повреждения. А врач может обнаружить внутренние.

Я вспыхнул, как целый коробок спичек. Блин, чего им всем далась моя задница! С другой стороны, какая разница? Все, что могло случиться, уже случилось.

- Питер говорит, - кивнул на очкастого Ник, - что медицинское заключение поможет тебе избежать э-кхм... – студент смущенно откашлялся, - физиологических подробностей, если тебе придется давать показания в суде.

Мне все это уже настолько обрыдло, что я мечтал только, что меня запрут наконец в тихой камере и принесут туда обед.

- Скажи им, я на все согласен. Только пусть они побыстрей отправят людей на ферму. Там шестеро ребят сейчас должны быть.

Меня действительно заперли. Но о тишине пришлось только мечтать. Камера оказалась на двоих, и одна койка в ней была уже занята каким-то малолетним скинхэдом с татуировкой прямо на морде, а морда – кирпичом. По началу лысый пытался общаться, но отвечал я ему исключительно по-русски и исключительно указаниями, куда ему пойти и что там сделать. Как ни странно, он понял и прилип к маленькому телеку, приткнувшемуся на полочке над столом. А мне осталось только ждать.

Ник навестил меня тем же вечером. Сообщил, что копы прочесали лес у Грибскова с собаками.

- И что? – спросил я, чувствуя, как сердце замирает где-то в желудке.

- У меня есть хорошая новость и плохая новость, - взъерошил хаер на лбу студент. – С какой начать?

Вот садист!

- С хорошей.

- В общем, полиция нашла то место, где между тобой и Яном произошла драка. Следы крови, борьбы есть. Но никакого тела.

- Значит, этот гад не сдох-таки? И что в этом хорошего?

- То, что ты никого не убил, - Ник вздохнул и принялся терзать свой пирсинг. – Пока.

- В смысле?

- Это вторая новость, - студент отпил колы из банки, которую притащил в комнату для свиданий – это уже становилось традицией. – Полицейские нигде не нашли пулю, которую ты выпустил. А гильза есть, и на пальцах у тебя следы пороха. Экспертиза показала.

- И чо? – пожал я плечами.

- Вполне вероятно, пуля осталась в Яне, - Ник испытующе смотрел на меня.

- А вот это прекрасная новость! – я тоже нажал на колу. – Может, урод еще загнется в той норе, куда заполз.