Штурмовые ветеринары (СИ) - Чеботарёв Ярослав Геннадьевич - Страница 13

— Лекция прерывается, а следующая пара отменена. Все проследуйте в учебную операционную, будет проведена внеплановая показательная операция!

В течение следующих двух часов профессор с доцентом кафедры делали операцию. Лена ассистировала в качестве медсестры. Котенку собрали из осколков две передние лапы и нижнюю челюсть. Челюсть из четырех обломков вообще была просто произведением хирургического искусства.

Следующий месяц Лена часами, пропадала в стационаре кафедры, выхаживая котенка, ставя капельницы, выпаивая из пипетки. Студенты посмеивались над ней:

— Во долбанутая! Денег сколько в него угрохала!

— В выходные приезжает, всю кафедру задолбала просто.

— Богатая, с жиру бесится!

А потом, когда котенок поправился, Лена приехала его «выписывать из больницы» вместе с хозяйкой, девочкой лет пяти. Радости девочки не было предела:

— Ой, Кузенька, миленький мой! Прости, что я дверь на балкон не закрыла. Поедем домой, я тебя молочком напою.

— Это соседка моя, по дому. Балкон не закрыла, а этот непоседа и выпрыгнул. Прибежала, рыдает, Кузенька разбился, я не уследила, тётя помоги! Я его в машину и сюда. Пришлось связи задействовать, чтоб декан профессора уговорил расписание изменить, но оно того стоило.

Глава 7. Стальные яйца Шилова и ночь сражений

Я отправился в другой ряд телятника, что бы найти Антона. Повернув за угол, я увидел, что он движется гусиным шагом перед загонами с телятами и что-то старательно ищет на земле.

— Мойша, вы-таки шо, копейку потеряли или где? — издевательским тоном поинтересовался я.

— Заткнись, умник, шарик от аппарата Шилова укатился? — огрызнулся Тоха.

— Плохо дело, — посочувствовал я. — Как говорил бегемот из приключений Фунтика: «этот шарик — последний!

— Помоги лучше, юморист хренов!

— Да я быстрее в аптеку сбегаю и со старого аппарата свинчу, — ответил я и поспешил в аптеку.

Аппарат Шилова — незаменимый инструмент сельского ветеринара, имел всего одну, но невероятно уязвимую деталь — два маленьких стальных шарика, которые играли роль клапанов в насосе[4]. Они были около двух миллиметров в диаметре и очень легко терялись, делая инструмент бесполезным. Вообще в комплекте должны быть пара запасных шариков, но что-то подсказывало, что и они давно утрачены. Я нашел в аптеке старый аппарат, разобрал его, но заветных «яиц» внутри не было, меня уже кто-то опередил. Повезло только с третьим экземпляром, там нашелся один шарик. Я схватил его как заветную жемчужину и поспешил к Тохе.

Поиски Антона тоже увенчались успехом и к моему возвращению он уже «прокачал» аппарат и возобновил вакцинацию.

— Тебе еще много? — поинтересовался я.

— До конца ряда и вроде все, — ответил Тоха. — А что?

— Помощь нужна, тяжело одному рога прижигать.

— Ну, перекури минут десять, я скоро закончу, — отозвался Тоха.

— Не вопрос, я чутка, осмотрюсь пока.

Я направился обратно к кормовому складу. Мое внимание привлекла длинная металлическая лестница, лежавшая вдоль стены склада. Я прикинул, что её длины вполне хватило, что бы взобраться на крышу склада и повторить вчерашний подвиг Антона с выходом на связь. Подойдя ближе и внимательно осмотрев лестницу, выяснил, что она довольно кустарно сварена из полудюймовых труб. Я взялся за неё и попробовал поднять. Получилось не сразу, вес был большой, но через 10 минут акробатических упражнений и выкрутасов, мне удалось установить её к стене и взобраться на крышу сарая. Усевшись на краю крыши, я достал верную Motorolla T-192 и принялся водить перед собой в поисках сигнала. Через пару минут на экране возникла заветная «палка» и вслед за этим на телефон посыпались смс. Более всех прочих меня интересовали два абонента. Беговая и Ася, выбор между благосклонностью которых меня особенно мучил последнее время. Все было примерно так, как в стихотворении Саши Черного:

Это было в провинции, в страшной глуши.

Я имел для души

Дантистку с телом белее известки и мела,

А для тела —

Модистку с удивительно нежной душой.

Разница была в том, что совершенно не понятно, кто дантистка, а кто модистка в этой странной паре. Первыми шли смс Аси, переполненные лиричных ответов, на мои прошлые смс (что-то типа такого):

Я:

Мой поцелуй летит по ветру,

Скользнет случайно по щеке.

Мы вновь увидимся с рассветом,

Так снится в этой тишине…

Она в ответ:

Стою одна, ловлю мгновенье.

Луна во мраке, как в реке.

И ветра вдруг прикосновенье,

Скользнуло нежно по щеке…

Смс от Беговой напротив, носили суровый, прагматичный характер:

«Была у Магистра, обещал отправить, жди на подмогу. Не пей без закуски! Я».

Я написал обоим изящные ответы, а после послал стихотворение Свете, моей любимой преподавательнице английского языка, с которой меня тоже связывали поэтичные отношения (и незаслуженное «отлично» в зачетке). Самым неожиданным и важным оказалось сообщение от моего однокамерника Вована:

«Пятницу выезжаем тебе, готовь бухло, Беговую возьму».

«Наполеоновские планы, скучно точно не будет» — подумал я и спустился по лестнице…

Пока я отсутствовал, Антон закончил вакцинацию и мы занялись обезроживанием оставшихся телят. Вдвоем дело пошло веселее, мы без лишних травм довольно быстро закончили и отправились в доильный корпус.

— А, справились, молодцы! — среагировал на наше появление главврач Саша. — Сейчас надо пойти больных проколоть по корпусам. Спросите скотников, если появились новые хромающие, их надо выбраковать и перегнать в карантинный корпус. Завтра к нам еще одна проверка приезжает, теперь по вашу душу. Будет главврач СББЖ и Петрович лично.

— А почему по нашу? — поинтересовался Тоха.

— Посмотрят, как вы тут работаете и сколько еще студентов прислать. Я так понял, СББЖ хочет вас задействовать еще для каких-то работ в других хозяйствах района, поэтому нужны дополнительные люди. В общем, завтра сами спросите.

— Хорошо, — согласился я, — давай список животных и мы пошли.

* * *

После выполнения задания, Саша задействовал нас для главного дела любого ветеринара — заполнения журналов. Как гласит народная ветеринарная мудрость: «Чем больше бумаги, тем чище жопа» и мы это испытали на своей шкуре. Большинство записей были однообразны и различались только датой и временем. Мы сидели, как древние монахи-писари, и тупо копировали строчку за строчкой, а Саша заверял записи своей подписью. За этим занятием мы провели оставшееся до ужина время. Перед уходом Саша спросил:

— Ребята, вы правда собрались сегодня в ночь выйти?

— Да, придем, подежурим, — ответил Тоха. — Я так понял, надо в случае чего в родилке помочь с отелом, а другой работы нет?

— Да. Тут раскладушки есть, можно поспать по очереди. Или в компы порубиться, если спать не хочется, — обрадовался Саша. — Вы меня очень выручите, мне еще много всего доделывать перед проверкой.

— Хорошо, мы сейчас, сходим, пожрем, часа три в гостинице подрыхнем и к одиннадцати подтянемся? — предложил я.

— Отлично, я вас жду.

* * *

За ужином Антон принялся делиться собранной за день информацией:

— Я тут у телятницы, тети Светы, узнал легкий способ в город выбраться. У неё муж на КАМАЗе возит семечку на маслозавод. Говорит, в ближайшие дни несколько раз в день машины в город идут. Договориться не проблема, можно деньгами, можно за бутылку.