Штурмовые ветеринары (СИ) - Чеботарёв Ярослав Геннадьевич - Страница 19

Схватив меня за руку и крепко сдавив, она яростно выдохнула мне в лицо:

— А ну-ка, пойдем в комнату, у меня к тебе разговор имеется, забухать ты еще успеешь!

В следующую секунду она уже тащила меня внутрь, прежде чем я успел что-то сказать…

Глава 10. Второй шанс

Беговая затащила меня в помещение, где мы жили с Антоном, и тут же резко захлопнула дверь. В этот миг она представляла собой одновременно прекрасное и устрашающее зрелище. Волосы растрепаны по плечам, кулаки сжаты, глаза пылают гневом. В голове у меня пронеслась мысль, что именно таких валькирий видели викинги в свой последний миг перед смертью. Полминуты висело напряженное молчание, Пчелка ожидала, что я начну первым, но потом не выдержала:

— Ты ничего мне не хочешь сказать?

— Я по тебе скучал… — неуверенно начал я.

— Как ты мог так поступить? Как ты посмел?

Ноздри Беговой раздувались от гнева, она продолжала сжимать и разжимать кулаки. Я начал лихорадочно вспоминать, что же такого жуткого успел «посметь».

— Ты же вроде бы обиделась. Сказала, что не хочешь меня видеть. Что отнимаю много твоего времени и тебе нужно сосредоточится на учебе, — я лихорадочно стал вспоминать вслух.

— Я тебя ждала, как дура, чтобы помириться. Картошки с охотничьими колбасками нажарила, пива купила, девчонок всех из комнаты разогнала до утра. А ты не пришел! Молча не пришел и телефон выключил! — Беговая в ярости стукнула в стену кулаком, так что на обоях и штукатурке осталась заметная вмятина.

— Стоп. Подожди, а как я должен был узнать, что ты меня ждешь и хочешь помириться?

— Тебе Нина вернула твою тетрадь по патфизе? Ты что в неё на паре не заглядывал? Там у тебя записка вложена, приходи в восемь вечера, жду в комнате!

— Тетрадь вернула, но я с первой пары домой поехал, в тетрадь и не заглядывал. Она так дома в рюкзаке и лежит, — до меня стало постепенно доходить, какой великолепный шанс я просрал в понедельник.

— И ты вот так взял и пропал. Ни смс, ни звонка, ничего! — Беговая продолжала наступать, но напор постепенно стихал.

— Подожди. А почему ты послала записку в тетради, а не смс? Я понимаю, мы учимся на разных потоках, но можно было на один этаж спуститься во время перерыва? Или просто позвонить? — во мне теперь стало закипать раздражение по поводу ситуации, достойной глупой комедии. — А если бы записка выпала из тетради и её кто-нибудь нашел?

— Не выпала бы! Я её на скотч к последней исписанной странице приклеила! — раздраженно возразила Пчелка. — Я думала, так будет романтичнее.

— Знаешь, что? В следующий раз пошли почтового голубя или еще лучше брось бутылку с запиской в море! Вот где настоящая романтика!

— Да ты представляешь, на что я пошла, чтобы сюда поехать? Я к декану на прием явилась и потребовала сюда отправить. Он меня сначала послал, сказал, что работа тяжелая и будет только парней отправлять. А потом через одну пару вызвала меня секретарь в деканат. Захожу к Магистру в кабинет — а там эта Барби сидит, ноготки полирует. Тут мне Федор Николаевич и говорит — поедешь мол, как просила, только вот вместе с этой, чтобы приглядывать за ней и удрать не давать!

— Подожди-подожди. А она-то зачем сюда попросилась? — удивился я. — Ради Тохи?

— Ага, аж бегом! Папаша её сюда сослал в наказание. Она забила на занятия и рванула с подружкой в Москву тусить на неделю. Денег кучу по клубам просрала, а на обратном пути уже на подъезде к дому в аварию попала. Машина в хлам, у самой только царапины, а подруга в больнице, со сломанной ногой. Ну, после всего этого цирка её батя и рассвирепел. Приехал к Федору Николаевичу и попросил, что бы её на работы в учхозе определили, говно чистить. А Магистр не растерялся, вспомнил мой утренний визит и предложил ссылку куда подальше. К вам в колхоз, бля!

— Херасе, настоящий триллер прямо. Интриги, аварии, неожиданные сюжетные ходы, — удивился я. — И что теперь?

— А теперь я вот нянька, с правом по шее врезать, в случае чего, — отозвалась Беговая и плюхнулась на кровать.

— Ты на счет врезать поаккуратнее, — я указал пальцем на вмятину в штукатурке. — Без фанатизма давай.

Беговая устало зевнула. Я заметил, что вспышка её гнева закончилась так же внезапно, как и началась. Такое бывало и прежде, но я не ослаблял бдительности, зная, что все может легко повториться. Выждав еще пару секунд, я продолжил беседу:

— Так ты приехала сюда, только для того, что бы сообщить, как ты на меня обижена и какой я идиот? Вместо того чтобы написать это в смс?

— Ты и правда редкостный дурак, — не выдержала Пчелка. — Теперь я приехала нянькой, для нашей гламурной зоозащитницы. А то, что мне помочь обещал, забыл?

— Ничего не забыл, просто обстоятельства так сложились.

— Хочешь сказать, ты на лекции не добровольно вызвался поехать?

— Добровольно. Но на тот момент ты меня видеть не хотела, вроде как.

— Потому что учиться надо! В тетрадь перед парами заглядывать, а не в облаках витать! — снова стала заводиться Беговая.

Я поспешно попытался сменить тему:

— Как добрались?

— Эта трында ныла всю дорогу, что устала, что ей жестко, холодно и дует от окна. Пацаны дрыхли почти всю дорогу. Я тоже подремала чуток. Магистр сказал, что мы максимум на три недели тут, больше пропускать вредно. Я посчитала, что ты когда вернешься, успеешь выполнить все, о чем я тебя просила.

— Стратегический подход, — заметил я. — А моё мнение ты спросить, видимо, забыла?

— Ты виноват, а я предоставлю тебе отличный шанс загладить свою вину, — уже совсем дружелюбно ответила Беговая. — Ты же не упустишь свой шанс?

Она сделала шаг ближе, неожиданно, крепко схватила мою голову руками и впилась в губы удушающее долгим поцелуем. Затем резко толкнула так, что я упал на кровать и больно стукнулся затылком о стену. В следующую секунду она исчезла за дверью.

— Пошли уже пить! — донеслось из коридора. — Ночь будет светлая!

Я пару минут приходил в себя, затем нашарил в сумке бутылку домашнего вина и выполз следом. Перед моими глазами предстала идиллическая картина: Вован задумчиво тянул портвейн из горла, Тоха что-то рассказывал в лицах, а Лена хихикала над его рассказом. Юра слушал и задумчиво курил. Только Пчелка развила бурную деятельность по перетаскиванию своей и ленкиной сумок в выделенную им комнату. Меня вдруг пронзила неожиданная мысль:

— Стоп, ребята, а кто вас в гостиницу пустил и где Роза Петровна? Она нам ключи не оставляла и вообще старалась вечером все закрывать. И пьянки с веселухами наглухо запрещала. Как это вы тут устроились?

Беговая достала из кармана ключ и помахала над головой:

— Она мне ключи оставила, я с ней договорилась. Умею производить на людей хорошее впечатление и общий язык находить, а не как некоторые. Я бы вам даже от сортира ключи не доверила, — пояснила она.

— Ничего себе, вот дипломат, — удивился Тоха. — Может у тебя и от общаги у нас в универе ключи есть и ты можешь возвращаться когда захочешь?

— Может и есть, но я тебе не дам, — отрезала Беговая. — Люди, я предлагаю не устраивать пикник, а перебазироваться в комнату к парням. Там попросторнее, если кровати к стенам развернуть, то будет очень уютненько. Вы идите, сумки заносите, а я сейчас пошустрю закуски в сумке и сразу к вам.

— Ой, а мне переодеться нужно, я с тобой! — подхватила Лена.

Её голос был очень приятным, она хорошо пела и действительно блистала на самодеятельной «студенческой весне». Подхватив сумочку, она скользнула следом за Пчелкой.

— Ну, и как поговорили? — участливым тоном поинтересовался Вован.

— Настоящие джентльмены подобные вопросы не обсуждают, — ответил я, пародируя Тоху. — Ладно, пошли обживаться.

Мы затащили сумки, кое-что распаковали, достали кружки и продолжили дружеский вечер. Вован сообщил, что изначально декан планировал прислать их нам на замену, но потом изменил решение. Точно так же как и нам, им толком ничего не рассказывали, только сообщили примерный срок пребывания. Я уже собрался изложить собранную нами информацию про колхоз «имени Индианы Джонса», когда открылась дверь и вошли Лена с Пчелкой. Лена была одета в обтягивающий топик и шортики, а Беговая во фланелевую пижаму удивительно уютного домашнего вида. Изображенные на пижаме плюшевые мишки усиливали её сходство с девочкой-школьницей из японских аниме, но под «теплой ламповой» мимишностью по-прежнему скрывалась брутальная мощь. Лена уселась на угол кровати, а Пчелка бросила на пол подушку и плюхнулась сверху, сложив ноги «по-турецки».