Я ви ги (ЛП) - Джейс Кэмерон - Страница 7

— Ангел Скорби, — произнесла я его имя. — Как так случилось, что такой человек, как так, принадлежит к семье Скорби?

Он потрепал меня по голове и не ответил. Это был сложный вопрос, но я хотела знать о нём больше.

— Тебя не беспокоит то, что мы дали жизнь монстру? — спросила я. Меня это не беспокоило. Но я должна была быть уверена, что он чувствует то же самое.

— Монстр или нет, она наша дочь, — ответил Ангел. — Мы будем на её стороне, будем поддерживать любой ценой. Она станет легендой. Белоснежка Скорби…

…Когда я поднял глаза от своей Песочной книги, у Якоба Карла Гримма в глазах стояли слёзы. Мы смотрели, как страницы на наших глазах превращаются в песок, и понимали, что с этой минуты данный маленький дневник навсегда похоронен глубоко в нашей памяти. Это было самым сложным после того, как кто-то прочтёт вам историю из песочной книги, потому что только вам решать, что делать с ней дальше: уничтожить и больше никому и никогда о ней не рассказывать или передать другим поколениям в другой Песочной Книге. Или сделать так, как делал он: изменить сказку и сделать для неё счастливый конец — в конце концов, история Королевы закончилась хорошо.

— Ты плачешь? — спросил я его.

— Плачу? Ха! Я просто выпил последний стакан и теперь хочу спать.

— Так тебя не тронула эта сказка? — спросил я.

— Это теперь не важно. Мы прокляли их, и я хочу, наконец, оставить всё позади.

Он поднялся и собрался уходить.

— Стой, — окликнул его я. — Я рассказал тебе прекрасную историю. Тебе не кажется, что ты должен дать мне что-нибудь взамен?

— Чего ты хочешь, наивный Песочник?

— Явиги, — ответил я. — Тебе ведь несложно сказать, что стоит за этим именем.

— Какой же ты упрямый, Песочник, — вздохнул Якоб и открыл пустую страницу моей Песочной Книги. Он начал писать указательным пальцем, чтобы не произносить ничего вслух перед владельцем Трактира и невидимыми посетителями в углу.

И написанное им вызвало улыбку на моём лице.

«Явиги» оказалось аббревиатурой трёх известных имён. Морфей использовал первые буквы каждого имени и составил из них одно слово.

Явиги — не что иное, как «Якоб Вильгельм Гримм». Я — из Якоба, ВИ — из Вильгельма, а ГИ — из Гримма. Разве это не лучший способ назвать Страну Сновидений? Это действительно был мир Якоба и Вильгельма.

— Теперь доволен, Песочник? — хмыкнул Якоб.

Я улыбнулся и кивнул, снова избегая зеркала позади владельца Трактира. Чёртовы зеркала.

— Надеюсь, сегодня вечером ты даруешь мне хорошие сны, Песочник, — бросил Якоб через плечо и направился к выходу.

— Эй, Якоб, — крикнул я. — Ты когда-нибудь слышал фразу: «Величайшая хитрость дьявола состоит в том, что он убедил мир, будто его не существует»?

Якоб замер на месте и обернулся.

— Где ты это услышал? — обеспокоенно спросил он.

— Я прочёл это во вступлении к дневнику. Фраза показалась мне бессмысленной, вот я и решил спросить, — ответил я.

— Держись подальше от таких одиноких вступлений, Песочник, — посоветовал Якоб. — Они полны лжи и собьют с толку такого наивного человека, как ты. Придерживайся настоящих дневников столетней давности, — Якоб был очень-очень пьян. Он развернулся и вышел.

Я посидел ещё минуту, глянул в тёмный угол, где звякали стаканы, и тоже направился к выходу.

Выйдя под снег, я вытащил из сумки маленькое зеркальце и глянул в него.

— Мэри, Мэри на стене, — произнёс я. — Кто на свете всех хитрей?

— Вы, моя Королева, — ответило мне зеркало.

Я посмотрел в зеркало и увидел, что вернулось моё истинное лицо.

— Вы узнали истинное имя Мира Сновидений?

— Естественно, Мэри, — ответила я. — Теперь я могу контролировать его огромную часть.

— А что насчёт Вильгельма? Он по-прежнему на стороне Семерых Потерянных?

— Похоже на то, — сказала я. — Он даже создал для детей что-то вроде колыбельной. Она содержит намёки на правду о многих из нас, которые не должны умереть с годами.

— Боюсь, моя история выйдет наружу, моя Королева, — произнесла Мэри.

— Давай не будем забегать вперёд, — сказала я. — Мне предстоит долгий путь: надо определить, кем являются Семеро Потерянных, и найти их.

— Как пожелаете, моя Королева. Я поражена, что Якоб не заподозрил, что вы и есть Королева.

— Не заметил. Он же был пьян, — усмехнулась я. — И я больше не стану использовать это заклятие для изменения внешности. Мне постоянно приходилось избегать зеркал в этом Трактире. Я могла раскрыть себя, если бы Якоб увидел моё отражение.

— Все, что вы пожелаете, Ваше Величество, — рассмеялась Мэри.

Ну что, читатели дневника? Видите, как легко мне было обдурить вас в самом начале и заставить поверить, что я и есть Песочник Гримм?

Никогда не забывайте: величайшая хитрость дьявола состоит в том, что он убедил мир, будто его не существует.

Заметки

[

←1

]

Фраза приписывается известному французскому поэту, критику и переводчику Шарлю Пьеру Бодле́ру.

[

←2

]

Известная детская молитва перед сном в XVIII веке. В контексте современности — отсылка к тексту песни «Enter Sandman» группы Metallica.

[

←3

]

«Деметра» назывался корабль, на котором Дракула, литературный герой романа Брэма Стокера, отправился из Трансильвании в Англию. По прибытию в пункт назначения Дракула покинул корабль, обратившись волком. На судне осталось только тело мертвого капитана, привязанное к штурвалу, а вся команда пропала.