Капитан Райли (ЛП) - Гонсалес Фернандо Гамбоа - Страница 81

43  

Медина Лараче, казалось, ничем не отличалась от танжерской. Все те же домики в мавританском стиле, те же белёные стены, те же извилистые переулки, те же женщины в чадрах и мужчины в джеллабах, каких можно встретить на улицах северного соседа, что тоже раскинулся у подножия пологого холма, спускаясь к самому морю.

Ритм жизни в этом портовом городке был поспокойней, чем в Танжере. Уличная торговля велась не так бойко, а люди и даже животные передвигались не торопясь, с ленцой. Однако спокойствие вдребезги разбилось, когда на улице появилась женщина с непокрытой головой. Задрав подол, она босиком неслась по улице, словно за ней гнался сам дьявол. Следом за ней хромал, ругаясь на чем свет стоит, какой-то тип под два метра ростом с винтовкой за плечом. Третий приезжий с янтарно-желтыми глазами и разбитым лицом замыкал процессию, сжимая в руке пистолет и поторапливая впереди идущих.

— Я не могу идти быстрее! — не оборачиваясь ответила Кармен.

— Ещё чуть-чуть! — уговаривал Райли. — Вон до того угла, а там — сразу направо!

Соседи, не привыкшие к такому шуму и торопливому стуку шагов по мостовой, ошалело выглядывали в окна и двери. Любому, кто пошел бы за троицей, пришлось бы лицезреть изумленные лица и глаза, смотрящие им вслед.

Свернув за угол, женщина внезапно обнаружила, что бежать дальше некуда.

— Здесь нет выхода! — в тревоге воскликнула она, указывая вперёд. — Впереди только море!

— Я знаю, не останавливайся! — ответил Алекс, пряча свой «кольт» и вырываясь вперёд.

Вслед за капитаном «Пингаррона» они пересекли Пуэрта-дель-Муэлье, отделяющую стену медины от Атлантического океана и, не сбавляя шага, пулей влетели в чайную с видом на залив, перепугав посетителей своим всклокоченным видом и оглушительными проклятиями.

Особенно был удивлен тучный мужчина в шерстяном берете с кисточкой, сидевший спиной к ним за столиком в глубине зала. Он тут же вскочил и бросился навстречу.

— Алекс! — воскликнул он, широко улыбаясь и протягивая руку.

— Джек! — радостно воскликнул Райли, горячо обнимая его. — Как же я рад тебя видеть, дружище!

— А уж как я рад! — воскликнул тот, сияя от счастья. — Я уж думал, что больше никогда тебя не увижу.

— Ты был почти прав, — фыркнул Алекс. — За нами по пятам гонится военная полиция.

— Военная полиция? — переспросил Джек, отступая на шаг назад. — И что же ты натворил на этот раз?

— Клянусь, что на этот раз натворил не я, — ответил Алекс, кивая на свою спутницу. — Или, скажем так, не совсем я.

Старпом «Пингаррона» посмотрел за спину Райли. Нищенка, стоявшая у двери, удивленно глядела на него, а здоровенный детина с винтовкой в руке следил за улицей.

— Привет, Кармен.

— Джек? — удивилась она. — Что ты здесь делаешь?

— Об этом я собирался спросить у тебя, — ответил он и, повернувшись к капитану, добавил: — Я думал, ты собираешься только предупредить ее.

— Слишком долго объяснять, потом расскажу.

— А Марович? Где ты его нашел? — и, присмотревшись получше, Джек добавил: — Он ранен?

— На самом деле это он нашел нас, но это тоже слишком долгая история, — ответил Райли. — А сейчас нужно смываться, пока нас не обнаружила полиция.

— Да, я уж вижу... — проворчал старший помощник «Пингаррона». — Выходит, я — ваша последняя надежда на спасение, если не ошибаюсь?

— Похоже на то, — кивнул Алекс, кладя руку другу на плечо. — У тебя все готово?

— Можем отплыть в любую минуту, — ответил Джек, указывая за окно. — Судно пришвартовано прямо здесь.

— В таком случае, не будем терять времени, — заявил Алекс, направляясь к выходу. — Я уже достаточно проторчал на чертовой суше.

Десять минут спустя, любуясь безупречным солнечным диском, медленно погружающимся в Атлантический океан, они сели в шлюпку и погребли со скоростью в пять узлов в направлении сухогруза сорокапятиметровой длины, который вяло покачивался посреди гавани Лараче, изрешеченный от носа до кормы множеством отверстий размером с кулак. Дымовая труба исчезла, словно откушенная чьей-то огромной зубастой пастью. Над тем, что прежде было капитанской и рулевой рубками, было сооружено что-то вроде шалаша из досок и листов железа, а разбитые иллюминаторы наспех заколотили кусками картона.

Кармен пришлось дважды прочитать название, написанное на носу большими белыми буквами, прежде чем она смогла поверить, что это действительно хорошо знакомое ей судно, которым Алекс так гордился и хвастался при любой возможности.

— Что, черт побери, случилось с твоим судном? — спросила она, стараясь перекричать шум двигателей, поражённая плачевным состоянием «Пингаррона».

— Мы имели несчастье встретиться с немецкой подводной лодкой.

Кармен с открытым ртом уставилась на Райли, не зная, что сказать.

— Просто не могу поверить! Так у вас еще и проблемы с нацистами?

— Не со всеми. До сих пор были только с одним из них.

— Будь у нас чуть побольше времени... — печально посетовал за его спиной Джек.

Кармен озабоченно посмотрела на обоих.

— Это как-то связано с тем, что случилось с нами? — спросила она.

— Как ни странно, думаю, что нет.

— Но тогда — почему?

— Потом, Кармен, — перебил он, кладя руку ей на колено. — Когда мы поднимемся на борт и выйдем в открытое море, я отвечу на все твои вопросы.

Уже наступила ночь, когда Райли, наконец-то приняв душ и переодевшись в чистую одежду, сидел за чашечкой горячего кофе, любуясь видом из окна капитанской рубки, кое-как восстановленной силами экипажа.

Собранная из отдельных кусков, вырезанных из других частей судна, новая рулевая рубка была довольно шатким сооружением, призванным защищать штурвал и навигационные приборы от дождя, однако, стоило ему лишь раз взглянуть на небрежные сварные швы и клепки, как стало ясно, что при первом же шторме приборы неизбежно зальет вода. Но уже одно то, что рубку удалось отремонтировать менее чем за двадцать четыре часа при помощи подручных материалов,означало, что команда заслуживает всяческих похвал и капитан может ею гордиться. Кстати, один из членов этой команды в эту самую минуту стоял у штурвала, щурясь на горизонт.

— Капитан, — произнесла Жюли нежным голоском, — мы в двадцати километрах от берега. Берём курс два-девять-пять?

Райли сделал очередной глоток и посмотрел на компас, прежде чем принять решение.

— Нет, я думаю, мы отошли достаточно далеко, чтобы не опасаться полуночных сюрпризов. Поверни на ноль-один-ноль и немного прибавь скорость — но только немного. Мы никуда не торопимся.

— По вашему приказу взят курс ноль-один-ноль, — доложила она, поворачивая штурвал вправо. — Ах, да, вот ещё что, капитан!

— Да?

— Я так рада... — улыбнулась Жюли. — Мы все так рады, что вы снова на борту.

Алекс молча кивнул и положил руку на плечо француженки, выражая свою признательность; затем вышел из рубки и направился в кают-компанию.

Там за столом он застал своего старшего помощника и немецкую пару. Сесар находился в машинном отделении, Кармен принимала душ, а Марович отдыхал в своей каюте, после того как Эльза перевязала его рану, которая, к счастью, оказалась сквозной и чистой, ни кость, ни артерия были не задеты.

Райли с тяжелым вздохом занял своё место за столом, поставив на него чашку с дымящимся кофе.

— В конце концов, я вам уже рассказал о своих похождениях... А теперь расскажи мне ты, Джек, как у нас дела на борту?

Галисиец почесал подбородок, вспоминая недавние события.

— Сказать по правде, нам еще повезло, поскольку ни двигатели, ни топливный бак, ни рулевое устройство при обстреле не пострадали, — начал он. — По крайней мере, судно на ходу, и мы можем им управлять. Кроме того, ты сам видишь: мы, как смогли, восстановили обе рубки, так что теперь можно стоять у штурвала, не страдая от переохлаждения.

— Должен признать, вы отлично выполнили свою работу. Что ещё?