Капитан Райли (ЛП) - Гонсалес Фернандо Гамбоа - Страница 83

— Ну хорошо, я слушаю, — сказал он. — Но вы хоть расскажите толком, что, в конце концов, происходит?

Все трое переглянулись, и Джек снова заговорил.

— Вопрос не в том, что происходит, Алекс. Вопрос в том, где.

— Не понимаю.

Галисиец потер пальцами переносицу, чтобы снять напряжение.

— Как я уже сказал, Хельмуту удалось починить рацию, — продолжал он, стараясь говорить как можно спокойнее. — Так вот, когда мы направлялись в Лараче, я попросил нашего немецкого друга проверить, в рабочем ли состоянии аппарат «Энигма» или же вышел из строя во время кораблекрушения.

— Ну, и что же дальше? — спросил Алекс.

— В... видите ли... — робко пробормотал тот. — Дело в том, что я несколько часов изучал кодовую книгу, которую вы нашли на «Фобосе»... — тут он на миг замолчал, увидев, что в глазах Алекса мелькнула тень сомнения. — Помните, такая маленькая книжка в синей обложке, найденная в сейфе?

— Помню. Такая маленькая, с нацистским орлом на обложке.

— Она самая, — кивнул Хельмут. — Так вот, мы настроили аппарат на частоту, указанную в книжке, и тут же нам стали приходить бесконечные сообщения из Берлина, которые они посылают на свои корабли в открытом море. И тогда, применив ключ к аппарату «Энигма», соответствующий вчерашней дате, мы расшифровали все эти тайные сообщения нацистского флота.

— Значит, он все-таки работает! — воскликнул Алекс, обрадованный этой единственной хорошей новостью.

— Да, конечно. И прекрасно работает. Вот только... — Джек махнул рукой.

— Что — только? — нетерпеливо спросил Алекс.

— Видишь ли, Алекс... — он опасливо оглянулся, видимо, ожидая, что его перебьют. Однако все молчали, и тогда, глубоко вздохнув, он продолжил: — Одно из полученных нами сообщений как раз и было направлено на «Деймос». Оно содержало приказ выключить рацию, чтобы не быть запеленгованными, и оставаться в точке 36º 30´ северной широты и 25º 00´ западной долготы. — С этими словами Джек протянул ему листок бумаги с текстом и написанными карандашом координатами. — Позавчера до полуночи. В это время они должны полным ходом направиться в Портсмут, соблюдая все меры предосторожности при входе в залив, и достичь цели через четыре дня.

Алекс молча смотрел на Джека, стараясь совместить новые сведения с уже известными. Вернее, с тем, что, как он думал, ему известно...

— И эти координаты...

Джек ответил раньше, чем Алекс успел договорить.

— Это точка в тридцати милях к югу от острова Санта-Мария, в Азорском архипелаге.

Капитан, произведя в уме кое-какие расчёты и взглянув на карту, чтобы посмотреть, где примерно находятся Азорские острова, уставился на листок с текстом, словно мог что-то понять в написанных по-немецки строчках.

— Но это же совершенно бессмысленно! — воскликнул он наконец, обращаясь к Хельмуту. — Вы, должно быть, неправильно расшифровали. Азорские острова — в самом центре Атлантического океана, на расстоянии почти двух с половиной тысяч миль от Англии. Ни один немецкий сухогруз не пойдет этим маршрутом в Портсмут. Это же все равно что идти из Барселоны в Неаполь через Бейрут. Просто абсурдно!

— Я знаю, — согласился Хельмут. — Но сообщение расшифровано правильно.

— Не может такого быть, — повторял Алекс, качая головой.

Тогда Джек кивнул Эльзе; она подошла к столу, заваленному картами, вытащила одну из них и протянула ее Джеку, и тот разложил ее на большом столе.

К удивлению Алекса, это оказалась не навигационная, а старая карта Национального Географического общества, которую он купил когда-то давно в Лондоне, там был изображен весь Атлантический океан, от Северного полюса до Антарктиды, от берегов Америки до побережья Европы и Африки.

Затем над этой двухметровой картой склонился кок «Пингаррона» с карандашом в руке.

— «Деймос» вышел вот отсюда, — он нарисовал небольшой крестик чуть выше портового города Киль в Германии. — Остров Санта-Мария находится примерно вот здесь, — он нарисовал еще один крестик рядом с Азорскими островами.

— А Портсмут — вот здесь, — устало вздохнул Райли, тыча пальцем в английский город.

Джек посмотрел на него и тоже вздохнул.

— Это не тот Портсмут, — сказал Джек.

Алекс растерянно заморгал, не в силах понять, что имеет в виду его друг.

— То есть как не тот Портсмут? — озадаченно спросил он, разглядывая Великобританию. — А что, есть ещё какой-то? А я и не знал. — признался он, подняв глаза. — Но в любом случае, до британского побережья все равно далековато...

Хоакин Алькантара положил на карту свою огромную руку, накрыв всю Западную Европу.

— Алекс... — прошептал он. — Ты не там ищешь.

— Что? — слегка растерялся тот.

— Вот, смотри, — сказал он, указывая карандашом значительно правее лежащей на карте руки.

Кровь застыла у Алекса в жилах, едва он увидел, куда показывает Джек. Невидящим взглядом он следил за рукой старшего помощника, ведущей прямую линию к западу от Азорских островов, через три тысячи девятьсот миль, к побережью Северной Америки. Америка... Вот оно что!

А именно — к маленькому прибрежному городку в штате Нью-Гэмпшир, всего лишь в семидесяти километрах от его родного Бостона. Мирный рыбачий городок, знакомый с детства, где он часто бывал вместе с родителями, рядом с которым, к величайшему его ужасу, отчётливо виднелась надпись, выведенная крошечными чёрными буквами: «Портсмут».

44  

В каюте воцарилось гнетущее молчание, плотное и унылое, словно туман, воздух, казалось, так сгустился, что стало нечем дышать.

Алек Райли, неподвижный, как мраморная статуя, не сводил глаз с прочерченной карандашом линии, тянувшейся от малозначительного острова Азорского архипелага до побережья Нью-Гэмпшира.

Прошло несколько минут, прежде чем он, взяв наконец себя в руки, снова заговорил.

— Я хочу... — произнес он, вцепившись в волосы обеими руками, — хочу, чтобы вы объяснили, как пришли к такому выводу.

— К сожалению, — с расстановкой произнес Джек, указывая на лежащие перед Алексом листки, — здесь все написано черным по белому. Четыре дня перехода до объекта — это, если идти полным ходом, составит две тысячи двести миль, которые и отделяют Азорские острова от восточного побережья Соединенных Штатов. А кроме того, еще и совет «соблюдать максимальную осторожность при входе в залив», адресованный капитану «Деймоса»... Речь здесь может идти лишь о заливе Мэн, и никаком другом. Маршрут не оговаривается, но, как ты и сам прекрасно знаешь, — уныло вздохнул Джек, — есть только один город под названием Портсмут, расположенный на берегу залива, и это — залив Мэн.

Райли молча рассматривал разноцветную карту, пытаясь найти какое-либо другое объяснение всем этим доводам, из которых напрашивался совершенно однозначный вывод. Однако в глубине души он уже знал, что Джек прав и по какой-то совершенно непостижимой причине Адольф Гитлер действительно решил уничтожить этот мирный рыбачий порт, не имеющий никакого политического значения, расположенный всего в нескольких десятках километров от родного Бостона.

— Но ведь в Портсмуте нет ничего такого, что стоило бы разрушать, — заявил он, стараясь убедить не столько остальных, сколько себя самого. — Там только одна маленькая верфь и несколько вспомогательных заводов. Там нет ничего, что могло бы окупить атаку такого масштаба. Почему нацисты так стремятся уничтожить настолько незначительный город? Это же просто бессмысленно!

— Совершенно бессмысленно, — согласился старший помощник.

Алекс поднял глаза и встретился с печальным взглядом Джека.

— И потом, Соединенные Штаты не воюют с Германией, — продолжал капитан. — И Рузвельт, и Гитлер делают все, чтобы не допустить какой-либо неосторожности, которая могла бы спровоцировать конфликт. Со стороны нацистов, чьи ресурсы почти полностью сосредоточены на русском фронте, было бы полным безумием нападать на Соединенные Штаты и вынуждать их ввязываться в войну. Это же форменное самоубийство!