Каменные сердца (СИ) - Мельников Иван Викторович - Страница 104

Сам же шериф, вдвоем с Диего, пробрался в гостиницу с тыла. Частенько он пользовался черным ходом «Флэта», сматываясь от нечаянно нагрянувшей женушки, знавшей о блуднях мужа, но ни разу не поймавшей его на горячем. Как известно, у любого женатого мессиканца обязательно должна быть интрижка на стороне.

**

Кирна различила скрип ступеней на запасной лестнице и резко захлопнула дверь ногой. Аксель скорчил угрожающую харю и покрутил пальцем у виска. Девица лишь осклабилась в ответ, а в следующий миг чудовищный грохот заставил цыгана повалиться за тумбу у дверного проема.

**

Подкрадывающиеся полицейские настолько опешили от внезапно наступившей темноты, громкого стука двери и щелчка замка, что по инерции нажали на спусковые крючки своих орудий. Арбалетная стрела помощника застряла в полотне, а вот сноп картечи из шерифского обреза изрешетил дверь на уровне груди. Из многочисленных дырочек на бледные лица полицейских пролился тусклый свет. Они оказались фактически безоружны и на некоторое время оглушены. Но это не остановило Гонсалеса, наоборот, он ломанулся мимо дрожащего Диего и с ревом навалился на дверь.

**

Дверное полотно взорвалось щепками, стена напротив — тоже. Кирна зажмурилась. Когда она открыла глаза, то увидела цыганина, волокущего мешок с трупом. В дверь, сотрясая весь этаж, ударило что-то тяжелое. Девица не слышала слов Акселя, несомненно, относящихся к ней, лишь угадывала по движению губ — в голове работала бригада кузнецов, не меньше. Вот сейчас цыганин обозвал ее чокнутой сучкой, теперь потребовал отлипнуть уже от стены и помочь ему. Кирна редко терялась в бою, но нынче ей было простительно — давно она так не пила, да и бессонные ночи над умирающим Сагертом не прошли бесследно.

В коридор выглянул Том, оценил ситуацию и нырнул обратно. Кирна подхватила тяжелый мешок, и тут звучание мира вокруг вернулось. Вопли с лестниц, треньканье варгана, ворчанье цыганина (тот напряженно тащил два особо раздутых мешка), треск выбиваемой двери.

— Аскель! — истошно завизжала Элейн. — Я не хочу подохнуть из-за вас, тугодумов!

Матерки цыганина стали чуть различимее, но не настолько, чтобы Принцесса их разобрала.

С вновь прибывшими полицейскими Ник намеревался провернуть тот же фокус, то есть объявить территорию зараженной, но едва он вывесил к ним хоботастую противогазную харю, как мужики открыли пальбу и ринулись по ступеням вверх. Валехо мгновенно и окончательно протрезвел, развернулся и припустил по коридору прочь от агрессоров. Грюн собрался уже продемонстрировать пример уместного, достойного воина, поведения, но не успел. Лестница надсадно хрустнула и обрушилась вместе со штурмующими. Дикарь поцеловал один из своих амулетов, плюнул на головы неудачников, а затем вальяжно направился за Николасом.

Инженер оглянулся на грохот — с той стороны угроза покамест миновала. А вот от запасного выхода доносилось жуткое рычание, перемежающееся бранью, и глухие удары. Аксель с Кирной завалили дверь где-то по пояс и как раз готовились припереть на баррикаду последние мешки. Валехо пробежал мимо и уже рядом с поддавшейся дверью, заполошно крикнул в щель: «Кто там, мать вашу?»

— Властью Конфедерации Свободных Городов приказываю бросить оружие! И открой уже гребаную дверь! С тобой говорит шериф, ублюдок! — Руис был вне себя от злости. Сначала его вынуждают впустую разрядить обрез, потом хлипкая с виду преграда не поддается, хоть он и сбил об нее плечо, а сейчас какой-то мудак смеет вот так запросто спрашивать: «Кто там?»

— Шериф-ублюдок? Похоже на то! — Аксель прыснул в кулак. К счастью, прежде чем он развил свою мысль, снова встрял Николас.

— Вы-то мне и нужны, шериф! Срочно доставьте сюда три куба песка и минимум двадцать ведер воды! В здании яды! — Валехо самозабвенно импровизировал, прикидывая сразу, сколько времени понадобится команде полицейских для подвоза означенного. Нельзя запрашивать чересчур много, иначе потеряется эффект панической спешки.

— Кто вы? — Руис сбавил тон. В отличие от Диего, он проникся услышанным.

— Инженер войск радиационно-химическо-биологической защиты! Поторапливайтесь! Один из наших уже умирает! — в этот момент Владилен весьма кстати хрипло простонал: «Пииииить!»

Шериф кубарем скатился по лестнице, захватив по пути Диего.

Спустя несколько минут Николас и Аксель, притаившиеся у окна, выходящего на крошечную площадь перед парадной дверью «Саладо-Флэт», увидели первые признаки того, что уловка Валехо сработала. По кривой улочке трое полицейских гнали впряженных в бочку ослов, нещадно молотя животинок по бокам.

— Эх, и точно, водичка-то у них неподалеку! — сокрушался Ник. — Надеюсь, с песком посложнее получится задачка.

— Может, еще перевернется, — предположил цыганин, теряя интерес к людскому кипешу под гостиничной стеной.

Гораздо важнее было понять, сколько еще Владилену прыгать. Аксель осторожно заглянул в номер. Том притулился у самой двери, стараясь слиться с окружающей обстановкой, а Птицын буйствовал.

— Ну как, новоиспеченный наш знахаренок, долго старик колбаситься будет? — цыганину удалось застичь мальчишку врасплох, чем он и воспользовался, дополнив вопрос щипком за ухо.

Шкет ойкнул, попытался достать ухмыляющуюся Акселеву рожу кулачком, но тот отпрыгнул, и Том вывалился в коридор. Правда, грохнуться об пол цыган ему не дал — подхватил под живот, но вдруг опомнился (такая предупредительность по отношению к маленькому засранцу ему не пристала) и отпустил. Том восстановил равновесие, бросил на Акселя укоризненный взгляд.

— Дурак! — голосок у мальчика потерял обычную насмешливость, окрасившись девчачьими капризно-кокетливыми интонациями. — Предвещаю одно: если через полчаса дед не успокоится, он тупо свалится от истощения. Доволен?

Элейн тихо отступила от двери. Она случайно стала свидетельницей этой глупой сценки, которая напомнила ей детство. Мальчишки всегда задираются, дергают девчонок за косы, позже за лямки кофточек и лифчиков, а те пытаются безуспешно всыпать обидчикам, обычно оказываясь в их объятиях. Цыганка покрутила головой. Нет, насчет Тома она не была уверена, но Аксель-то точно не гомик, уж кому, как не ей, знать! То есть… а ведь сегодня Элейн, сражаясь с пацаном над Туве, ощутила какие-то уплотнения на его груди. Под мешковатой футболкой трудно определить точно, но там, ей-ей, прощупывались округлости женского тела. К тому же нормальный парень от удара по яйцам, даже слабого и неуклюжего, каким он получился у Принцессы, завоет и сложится пополам. А малец вообще не обратил внимания на пинок по драгоценным причиндалам — уперся в косяк ногой и давай лопотать. Занятно. Элейн присела на подоконник, вороша в памяти всевозможные подробности, связанные с Томом, и очнулась, только когда «пацан» ворвался в номер и поторопил на выход.

Как выяснилось, Владилен Михайлович около пяти минут назад рухнул на кровать, пробормотав: «Джо летит на север», — и захрапел. Под руководством Николаса цыгане превратили Птицына в песчаный холмик на носилках (так полагалось транспортировать отравленные объекты) и гуськом высыпали на улицу. На почтительном расстоянии толклись зеваки, оттесняемые кордоном полицейских. Шериф подошел чуть ближе. Валехо, с облегчением срывая противогаз, направился прямо к нему, ввел в курс дела и дал рекомендации по устранению последствий применения ядохимикатов. История нарисовалась следующая: нлошники прознали, что в «Саладо-Флэт» у ксгшников назначена встреча с видным инженером, накрыли явку, положили всех и запустили таймер на ядобомбе. Содержимого хватило бы на полгорода, при хорошем ветре — на весь. Конечно, конфедераты ждали своих неподалеку, а когда те не вернулись, нагрянули в гостиницу. Тут Ник утер лицо рукавом.

— … и вынуждены устранять последствия сработавшего устройства, — закончил Валехо. — Но не волнуйтесь, все теперь в порядке. Помещения достаточно хорошенько промыть щелочным раствором. Мыльным попросту. Удачи!

И пока шериф не прочухался от обрушившегося на него потока заумных слов, Николас пустился догонять цыган, уже довольно далеко ушедших от отеля.