Бесконечность любви, бесконечность печали - Батракова Наталья Николаевна - Страница 78

-      Я сам, - остудил ее пыл шеф и стал просматривать бумаги.

Не зная, чем себя занять, Зина осмотрелась по сторонам.

-      Я таких палат еще не видела! - не сдержала она удивления. - Круто! Жалюзи, кондиционер, холодильник, телевизор... А там что? Санузел? Я загляну?

Ладышев молча кивнул. У Андрея Леонидовича зазвонил телефон. Глянув на дисплей, он сбросил звонок, посмотрел на часы, вздохнул, перевел аппарат в режим «без звука» и спрятал во внутренний карман пиджака. Скрыть от шефа нервозность не удалось.

-      Вы спешите? - догадался тот, не отрываясь от бумаг.

-      Нет, все в порядке. Подождет.

-      Гостиничный номер, а не палата! - восторженно поделилась впечатлениями вернувшаяся секретарша. - И душевая кабина есть! Дорого? - не удержалась она от вопроса.

-      Пока не знаю. Но, думаю, недорого, - пожал плечами шеф. -Хотя все относительно.

-      Андрей Степанович помог? - предположила Зина. - Дай Бог ему счастья! Жаль, вы заболели. Погуляли бы на свадьбе.

У Поляченко снова заработал мобильник. Вернее завибрировал, но так громко, что ему ничего не оставалось, как достать телефон и снова сбросить звонок.

-      Извините, - виновато произнес он.

-      Перезвоните, - спокойно посоветовал Ладышев. - Вдруг что-то срочное? Мне здесь еще работы минимум на полчаса, - приподнял он пухлую папку.

-      Да, спасибо! Я выйду, - Поляченко направился к входной двери.

-      Лучше туда, - Ладышев показал на санузел. - Там вас никто не услышит. И вы никому не помешаете.

Благодарно взглянув на шефа, Андрей Леонидович последовал ого совету.

-      Ничего не случилось? - спросил Вадим Сергеевич у секретарши. - Что-то скрываете, чувствую.

-      Ничего, - успокоила Зина. - Но... Короче, у Андрея Леонидовича какие-то нелады с женой. А еще я сегодня узнала... - понизила она голос и придвинулась ближе. - Охранник проговорился: Поляченко ночует в офисе. А теперь вот квартиру ищет, это ему из агентства звонят, - показала она взглядом на дверь санузла. - Даже I к' знаю, чем помочь. Не могу же я предложить пожить у меня, пока он в ссоре с супругой... Тем более анонимка пришла.

-      Какая анонимка?

-      Мол, Андрей Леонидович секреты фирмы продает, у него есть любовница и так далее. Похоже, жена старается насолить. Только по чушь полная, уж я-то знаю, что никого у него нет.

И откуда ты знаешь?

Потому что я его каждый день вижу. Ну... почти каждый день, поправила она себя. - Поверьте, если бы у Поляченко кто-то появился, я первая заметила бы. При всем его умении скрывать чувства меня не обманешь. Так что там скорее другое. Подозреваю, Андрей Леонидович решил расстаться с женой.

Дослушав ее, Ладышев задумался. Значит, за время его болезни семейная ситуация у начальника отдела безопасности не улучшилась, а скорее наоборот, усугубилась.

«Не одному мне не везет, - подумал он. - Печально».

-      А это что? - Ладышев перешел к папке с почтой и достал лист с грифом медицинского ведомства.

«Пересмотр итогов аукциона! - сразу поняла Зина. - Как я забыла убрать?!»

-      Туда сегодня Красильников поехал, - постаралась она успокоить шефа.

-      И что? - спросил он, изучая текст письма.

-      Ну... как я поняла...

-      Зина, не тяни резину, - голос шефа стал строже.

-      К концу дня позвонила оттуда одна чиновница, стала орать, -пожаловалась секретарша. - Мол, не Красильникова приглашали, а Ладышева. Обозвала нас шарашкиной конторой. Не знаю, чем там все закончилось. Доложу вам, как только с Красильниковым поговорю.

-      А как ее фамилия?

Впрочем, Вадим мог об этом не спрашивать. Он уже успел прочитать в конце текста: «Балай Л.С.»

«Вот она, месть, - усмехнулся он. - Ну и черт с ней! Оборудование не заказано и не проплачено. Как чувствовал, вернее знал, что такие, как Людмила Семеновна, слов на ветер не бросают».

-      Уточни, что там решили, и потребуй официальное письмо об отмене итогов аукциона, - отложив бумагу, дал он указание.

Спокойно. Чем искренне удивил Зину.

-      А побороться?.. - неуверенно произнесла она. - Насколько я знаю, в коммерческом отделе не так много предложений на начало года...

-      Вот именно: на начало года, - подчеркнул Ладышев и взял следующий лист.

«Все идет к тому, что надо наращивать производство, - между тем рассуждал шеф. - Встану на ноги - полечу в Германию. Предварительные переговоры прошли успешно, интерес имеется. А нам можно и нужно самим производить на месте то, что востребовано в СНГ. Площадка есть, проект и умные инженерные головы - также в наличии. Когда всякие Балаи встают на пути, это только помогает понять, куда двигаться дальше».

-      А еще лучше... Завтра к двенадцати жду Красильникова вместе с главным инженером.

-      Так ведь их сюда не пропустят! - напомнила Зина и робко посоветовала: - И вам бы выздороветь сначала, а потом работать.

Сказала скорее для проформы, так как хорошо знала шефа: если загорелся идеей, а, судя по вспыхнувшей в глазах искре, так оно и есть, то уж не остановится. Сам с головой окунется в новое дело и других затащит. Хотя для него сейчас это единственный выход - не останется времени наличные переживания.

Досадливо поморщившись, Ладышев задумался. Попав в креативный стрим, он действительно упустил из виду: в больнице объявлен карантин.

-      Ладно, я им сам позвоню. А эти, - показал он взглядом на только что прочитанное письмо, - не дождутся. Выздоровею!

Открылась дверь, и в палате появился Поляченко. Расстроенный, сразу заметно.

-      Зина, ты не могла бы спуститься в буфет? - неожиданно спросил Ладышев. - Шоколадок купить.

-      Вам?! - округлила глаза та.

Нельзя сказать, что шеф равнодушен к сладкому, но пристрастия к шоколаду у него точно не наблюдалось. Как у любой запасливой хозяйки, вазочка со сладостями и дежурная коробка конфет у Зины всегда имелась под рукой, но только для гостей. Для себя лично шеф никогда ничего подобного не просил.

-      Не мне, - понял ее недоумение Ладышев. - Медсестрам. Штучек пять возьми.

-      А... Поняла! Я быстро! - подхватилась Зина.

Как только она скрылась за дверью, Ладышев отложил папку с письмами и предложил: