Приказано выжить! (СИ) - Малыгин Владимир - Страница 80

- Дружину надо доукомплектовывать, не хватает нам людей. Весной ладьи уйдут, и в крепости никого не останется. - Опередил меня Изяслав.

- Верно. - Показал своё удивление, якобы впервые услышанной мысли. Пусть сотник учится думать, заглядывает вперёд, планирует свои действия загодя. - А мне такая мысль и в голову не пришла, значит, набирай ещё людей и, вон, пацанов можно поднабрать, пусть учатся понемногу. Подумай хорошо, и вечером на совещании переговорим.

Кивнул всем головой, пожелал успехов в постижении воинских наук подросткам, а что им ещё пожелать, и пошёл дальше. Проходя мимо стрельбища, посмотрел издалека на тренировку дружинников. Там как раз Ждан тренировал свою команду. Понравилась задумка старшего десятника - на круглый чурбачок укладывали доску, и дружинники пытались удержать на ней равновесие, одновременно с балансированием выцеливая мишень. Не выдержал и подошёл поближе.

- Это чья придумка? - Спросил повернувшегося ко мне Ждана.

- Да как-то само придумалось, все дружинники через это проходят. Как стали на ладье выходить, так и начали тренироваться.

- И как оно? Получается?

- Рано или поздно у всех получится. - Утвердительно ответил десятник.

- Вы ещё сделайте большое колесо и на него прикрепите мишени. Рядом выройте окопчик - посадите туда дружинника - пусть крутит колесо не высовываясь. Вот вам и тренировка будет.

Оставив задумавшихся над моим предложением бойцов, пошёл дальше, обходя всю крепость по кругу. Давно я не заглядывал к Стояну - что у него новенького в мастерских? А в мастерских вовсю гнали продукцию - формовали кирпич и черепицу, начали делать коньковые элементы. Степенно подошёл Стоян, поздоровался. Обошли по кругу огромный цех, осмотрели готовые запасы керамоизделий, вышли на улицу. Под навесами заскладированы поддоны с кирпичом и черепицей, но места ещё много - постоянный огромный расход на стройки не даёт создать запасы. А с весны начнём отправлять баржу в Новогород и Ладогу, да в Данциг обязательно будем возить. Плюс своё строительство.

- Справитесь?

- Справимся. Глянь вокруг - дома строят из кирпича, уже развезли по площадкам необходимое количество. Печи и камины - народу понравилось, и теперь, через одного, просят выложить - опять же, уже отпустили кирпича, сколько заказывали. В город каждый день отвозим подводами. А вот тот, что под навесами - складируем на весну. Так что точно - справимся. Добычу глины увеличим и подвоз. И всё будет хорошо.

- Хорошо. И ещё что хотел сказать. Подумай, каково должно быть денежное содержание у твоих работяг. Хочу всем мастеровым начать выплачивать еженедельное жалование. Отработал неделю хорошо - получи заработанное сполна. Плохо работал - старшина обрежет. Старшинам и начальникам цехов, таким, как ты - плата будет соответствующая занимаемой должности. Честь большая, но и ответственность ещё больше. Поэтому на старшин подбирай людей толковых и уважаемых. Думай, вечером на совещании обговорим подробнее.

Зашёл к плотникам, но у них всё в процессе переезда в новый цех и я даже не стал никого отвлекать разговорами - позже поговорим.

Дальше, на очереди, был гончарный цех. Заглянул в двери - крутятся круги. Стойки с готовой посудой вокруг. Места мало становится. Может, им отдать освобождающееся помещение плотников?

Прошёл до скотного двора, того, что у стены. Заглянул в двери - хорошо, чисто и пахнет свежим сеном и молоком. Кстати, а куда они выгребают навоз? Отлавливаю проходящую мимо девчушку и спрашиваю. Выслушиваю бойко оттараторенный ответ - всё вывозят в большую яму около огородов, а потом удобряют землю. Успеваю ещё спросить, пока девчушечка не убежала:

- Молока-то много надаивают? И что с ним делают? А то я что-то этот вопрос совсем из виду упустил.

Пожав плечиками, девчоночка сослалась на незнание и убежала, испросив разрешения работать дальше. А я направился во двор, в дверях столкнувшись, нос к носу, с Миленой.

- А я спешу. Мне девчонки уже успели доложить, что боярин ходит по скотнику суровый такой и про порядок спрашивает.

- Давай на улицу выйдем. - Отойдя не несколько шагов, прислонился к жердинам загородки для выгула. - Ты со второго скотника пришла?

- Оттуда. Торопилась девчонок своих защитить. - Улыбнулась светло.

- Пойдём, посмотрим, как там у вас дела обстоят. Здесь-то мне понравилось - чисто и тепло. А пока, расскажи мне, всё ли в порядке, кормов запасли ли вдоволь, а то, может, что и не успели? Крыши не текут?

- Кормов запасли вдоволь, коров только маловато. К весне, правда, будет больше - телята народятся. Да не переживай ты так - было бы что не в порядке, давно бы тревогу забила. И овечки приплод дадут, и свиное поголовье вырастет - на следующий год будет совсем хорошо. Народу пока хватает, да и детишки помогают, как могут.

- А молоко, сметана да масло?

- А вот с этим пока плохо - мало совсем. Молочко детишкам отдаём, да больным, кому Ива назначает. Так же и масло со сметаной. Совсем немного сыра варим из остатков - к весне как раз и созреет. В погреб спустись и посмотри, полюбуйся.

- Хорошо, понял я всё. Вот ещё что хотел сказать. Буду всех мастеров переводить на оплату труда. Как поработал - столько и получил. Ты подумай, сколько платить нужно людям за работу на фермах и в поле, а вечером, на совещании, обговорим. Все будут обсуждать этот вопрос.

Оставив ошеломлённую Милену осмысливать услышанное, осмотрел двор, и прошёл к огородам. Тут меня опять догнала опомнившаяся Милена.

- Да как я такое размыслить могу - никогда не было такого. Работали и работали, и никто об оплате не думал. Для себя же работаем?

- Для себя. Но труд всё равно должен быть оплачен. Вдруг кто поедет куда, а денег-то и нет. И что делать? Не везде живут так, как живём мы. Это у нас тут натуральный обмен, а возьми Новогород, или другие поселения - везде оплату потребуют. А где ты деньги возьмёшь? Вот и решил я - надо платить работному люду. Подумай, а вечером все будем советоваться и решать - кому и сколько . На огородах-то у тебя всё в порядке?

- Всё в порядке. - На автомате ответила Милена, обдумывающая мои слова.

- Вот и отлично, я пошёл дальше по крепости, а ты подумай хорошенько.

Заглянул к Головне, от него дошёл до Жарко. Без задних ног доковылял до своего крыльца, попросил Весею приготовить перекусить чего-нибудь и попить, а сам завалился на свою кровать, с блаженством вытянув натруженные ноги. Принесли мой перекус. Скрипя натруженными суставами поднялся и присел к столу.

Совсем другой разговор. Теперь можно и до ужина дотерпеть. Дел-то ещё… Надо зайти в лавку к Дрёме - посмотреть, как они разобрались с товаром.

Вечером после ужина на совещании бурно обсуждали мои предложения. Правда, поначалу народ мялся - дело новое да неизвестное, но постепенно втянулись в разговор и пошло обсуждение. Просидели почти до утра. Решали и военный вопрос, и обсудили все наши торговые дела и интересы. С великими спорами выработали дневную ставку по заработной плате, утвердив добавочные надбавки за тяжёлую и опасную работу. Постановили выплату пособий и пенсий. Так что моя клятва, данная в Кроме после боя, начинает потихоньку претворяться в жизнь.

Сивый только хватался за голову, выслушивая наши утверждённые постановления. Бедному казначею придётся теперь набирать толковых и, что самое важное, грамотных помощников - одному со всем не справиться. Монетный двор работает почти без перерывов, увеличивая запас монет. По моим подсчётам, до лета нам металла хватит, да и часть денег всё-таки будет возвращаться через лавку. Лавку, кстати, решили расширить до размеров торгового дома, как в Данциге. Всё произведённое в мастерских теперь будет сдаваться на склады, а оттуда уже будет распределяться на нужные торговые направления. Дрёму обязали наладить строгий учёт поступающего и продаваемого товара. Хлопотно, непонятно, непривычно, но отладим систему, и будет всё нормально.

Несколько последующих недель занимался вместе с волхвами, пропадающими в построенной школе. Начал что-то понимать в религии, которую называть языческой не поворачивался язык.