Экс. Дилогия (СИ) - Ганжа Павел Александрович - Страница 131

  - Нет. Не так. Она не пришла - приходила. И не спрашивала. Вышла из леса к пятому посту, я как раз там был. И ко мне обратилась. Сказала напомнить полковнику про их разговор в лесу. А потом...

  Выдав на сей раз длинную, по меркам данного разговора, едва ли не парламентскую речь, охранник замолчал.

  - Что потом? - обреченно спросил Смит. Догадываясь, о чем сейчас ему поведает "гонец".

  - Исчезла. Раз, и в воздухе растворилась. А я сюда побежал, вас предупредить. А то ведь, бац, и исчезла. Будто и не было. Потому я и побежал. Сказать, что приходила, доложить. Ведьма ведь. И исчезла. У меня чуть сердце не остановилось. Оборачиваюсь, нет никого. Исчезла.

  Джереми понесло. На контрасте с односложными, точнее - однословными ответами минутой ранее, это выглядело... ненормально. И пугающе. Джереми, в отличие от того же Криса, косноязычием никогда не страдал. Рапортовал бодро и по делу. А сейчас опытный телохранитель лепетал, как пятилетний пацан, обнаруживший под кроватью чупакабру в шляпе. Загипнотизировала аборигенка его, что ли? С ведьмы станется.

  Слушать лепетание полковнику было неприятно, и он прекратил потуги охранника завершить доклад и объясниться.

  - Я все понял, спасибо, возвращайся на пост. Нет, погоди, - Смит поправил сам себя: - Езжай-ка лучше домой. Отдохни, расслабься, рюмку виски пропусти. Тебе сейчас не помешает. Вацлав, проводи его, а потом снова ко мне зайди.

  Выпроводив телохранителей, полковник нахмурился и потер виски. Своим приходом и напоминанием о просьбе колдунья посылала сигнал о том, что знает о неотправленном сообщении Антону. Не говоря уже о последующем традиционном исчезновении, от которого бойцов Смита психологически корежило. Ведьма незавуалировано намекала, что в курсе дел полковника. И, по сути, давила на него. Чего он, прямо скажем, не любил. И обычно старался поступать если не наперекор давлению, то, по меньшей мере, откровенно не складывать лапки. Или, если источник давления слишком могущественный, сделать вид, что уступил, затаиться и по-тихому гадить, вставлять палки в колеса.

  Однако тут был особый случай. Ссориться с местными экстрасенсами не хотелось. Категорически. Что-то было в них... настораживающее. Опасное. Да и вон как они одним приходом матерых, лютых бойцов в пугливых, эмоционально нестабильных субъектов превращают. Или уходом, с какой стороны посмотреть. Подобным ребятам даже по-тихому гадить... нет желания. Нагадишь, а потом жди откуда удар последует. И в чем он будет выражаться. Не ровен час, проклянут или что там они делают, и сам начнешь под себя гадить. Не снимая штанов. Тут ведь не коллеги из смежных структур, не заклятые друзья из Мухабарата и Второго Департамента и не контрабандисты с сепаратистами. С теми хоть ясно, чего ожидать можно и нужно. Ход мыслей знаком, приемы, методы. Поле деятельности спецслужб, преступников и незаконных вооруженных формирований полковнику знакомо. Там все чуть ли не родное. А в случае с аборигенами-экстрасенсами ни логики не уразуметь, ни мотивации, ни методов. Терра инкогнита. Откуда и что прилетит - не вычислишь. Почти как с Чужими.

  Колдуны, мать их!

  Разная мистика, обряды, ритуалы, заклинания - шмаклинания бывшего второго инквизитора бесили. Он чувствовал себя в данной игре дилетантом. Махровым, чугунным, феерическим. А с учетом того, что полковник непрофессионализм не переваривал органически с младых ногтей... впору было принимать успокоительное. Или что-нибудь покрепче. Пятьдесят грамм бренди сейчас бы не помешали. Жаль, что в кабинете алкоголя не припасено, а посылать кого-то из своих ребят за бутылкой Смит не стал. Потеря репутации.

  Тихо чертыхнувшись, Смит снова потер виски. Голова разболелась. Надо полагать, от интенсивных размышлений. Хотя тут размышляй не размышляй, прикидывай не прикидывай, а отправлять послание Антону придется. Пусть душа и не лежит. Перетерпит. Заводить столь странных и непонятных недоброжелателей полковник не собирался. Ему и старых приятелей - "демонов" хватит. Более чем.

  Курьер с носителем для Ветрова и прочими "посылками" благополучно улетел на Ньюланд. И жизнь Смита вошла в привычную колею. Красавицы колдуньи из племени больше его не беспокоили, охранники с квадратными от страха глазами в открытые двери не ломились, склады не горели, беспилотники стаями над объектами не курсировали, товар не бомбили. Напротив, товар покупался-продавался, включая репеллин и его производные, денежки на счета капали, враги и прочие супостаты не высовывались - никто на жизнь Смита не покушался. Текучка.

  Нетривиальными можно было назвать пару событий, и то натянуто. Из "леса" прибыл Радулеску и активно занялся разработкой охранника с непроизносимым монгольским именем. И тут банальный случай, если бы не предшествующая история с пожаром и стаями беспилотников. Плюс голубчика Вайса выпустили из "темницы" и оперативно замазали в паре сомнительных дел. Кстати, обошлись без трупов, крови и прочих неприглядных вещей. Смит таких пошлостей старался избегать. Некрасиво, избито, без фантазии. Убийства, разбои и прочую низовую уголовщину он считал моветоном. Вместе с тем, замазали Вайса сурово. В контрабанде тяжелого вооружения и подделке электронных счетов.

  Подобные шалости, с точки зрения государства, являлись не менее серьезными проступками, чем, допустим, банальное убийство с отягчающими обстоятельствами. И карались соответственно. Долгими сроками каторги. А то и пожизненной работой на астероидных рудниках. Причем данной категорией дел занималась не только полиция, но и БФБ, и контрразведка. А порой - и спецкомиссия Сената. Государственные интересы. Получи любой из упомянутых органов сигнал о том, что электронные счета подделывают или партию минометов и боевых платформ сепаратистам продают, рыть будут основательно. И рьяно. До потери пульса или отыскания виновных. А тут и не сигнал даже, а куча документов, со съемками в любых ракурсах, собственноручно написанными явками с повинной и чистосердечными признаниями. Практически готовые уголовные дела. Бери, предъявляй обвинение и в суд тащи. А потом на каторгу.

  Самое смешное, что полковнику не пришлось ничего придумывать, изобретать какие-то комбинации, искать контрабандистов, хакеров и так далее. У голубчика все было на мази, имелись заготовки, планы, люди. Он давно хотел провернуть операцию по покупке оружия у контрабандистов и продаже его затем мятежникам. С использованием поддельного счета и, естественно, фиктивных кредов на нем. То есть поимев двойной барыш на пустом месте. И просчитал голубчик все идеально. У него имелся непризнанный гений-хакер, способный в виртуале создать, уничтожить или подправить что угодно. И при первичной проверке обнаружить подделку было очень сложно. Даже со спецоборудованием. Вдобавок на Лауре авантюра с фальшивыми кредами имела дополнительные шансы на успех. Досконально проверить электронный счет в зоне переменной стабильности - задача практически невыполнимая. Тем более - для контрабандистов.

  Правда, лично седоволосый прохвост в данной операции не собирался светиться, а намеревался участвовать опосредованно. Распределив роли, поставив каждому конкретную задачу, чтобы каждый знал лишь то, что ему положено. И пусть никого полностью посвящать в детали операции Вайс и не думал, а его люди, которые должны были "покупать" оружие были бы свято уверены в подлинности счетов и денег, впоследствии голубчик намеревался подельников убрать. По-тихому закопав осведомленных об участии Вайса в сделке. Неглубоко - на семь-восемь футов. Для страховки. А то, не приведи всевышний, контрабандисты что-нибудь пронюхают. Мало ли. А ссориться с контрабандистами в планы голубчика не входило. Они - ребята обидчивые, мстительные. Особенно когда речь заходит о кровно заработанных. Контрабандисты скорее просят убийство близкого родственника, чем отъем крупной суммы денег. Тут же планировался наглый кидок на несколько миллионов. Счета-то липовые, деньги, соответственно, тоже.