Экс. Дилогия (СИ) - Ганжа Павел Александрович - Страница 156

  Похожим манером, наверное, в незапамятные времена образованные обыватели - мещане, студенты, старшие гимназисты - реагировали на начавшуюся Первую Мировую. С восторгом спорили о движениях армий, будущих сражениях, не задумываясь о том, что война перемелет миллионы судеб. Почему-то именно такая картинка представилась Антону. Однако здесь не жители первой четверти двадцатого века, а люди из пятого по новому летоисчислению. И не простые обыватели, пусть и образованные, а курсанты специализированного учебного заведения, готовящего кадры для спецслужб. Обязаны задумываться. Чего, очевидно, не происходило.

  Впрочем, Антон, видимо, был чрезмерно строг к товарищам. Ветров ведь их старше. Гораздо старше. И в силу биологического возраста - никто из однокурсников процедуру омоложения не проходил. И в силу абсолютного возраста. На эпохи. И психологически. Они не жили и не умирали в другом времени, не испытывали шок от обрушения картины мира, не начинали с нуля в новой эре. А экс будто чувствовал многотонный груз минувших лет на своих плечах, он придавливал к земле, заставляя ощущать себя стариком.

  Неподъемный багаж невеселого опыта, который имелся у экса, однокурсников не отягощал. Мелких подробностей биографий однокурсников Ветров не ведал, вероятно, у них были темные и горькие страницы, но никто из них точно не воевал. Возможно, участвовал в мелких стычках, разовых острых акциях, ликвидациях, но в настоящей войне ни один не участвовал. Однозначно.

  В Федерации, вообще, мало кто стремился обрести реальный боевой опыт. Виртуальный - сколько угодно, любителей прокачать навыки на тренажерах-симуляторах хватает. И в армии, и на гражданке. А вот туда, где на самом деле льется кровь и легко отдать богу душу, рекруты не рвутся. В ту же колониальную пехоту или абордажники желающих днем с огнем не отыскать. Эксу это доходчиво еще в клинике после разморозки разъяснили, приснопамятный "переводчик и психолог" Грег, в частности. И на армейский контракт подсадил. Незавуалировано поставив перед альтернативой: не хочешь подписывать - подыхай без лечения.

  Гуманное общество светлого будущего, человеколюбие, права граждан-субграждан и прочие дела. Недаром кандидатов в рекруты в опасные рода войск набирали по отсталым планетам, среди маргиналов и размороженных эксов. Среди тех, кому фактически деваться некуда. А в Академии из подобной среды обычно никого не брали, Антон - исключение. И однокурсники экса - явно другого сорта. Выходцы из семей субграждан первой категории, а Валтерс - обладатель полного гражданства. Пороха настоящей войны они точно не нюхали. Солдатскую лямку не тянули.

  А Ветров за два года беготни по лесам Лауры нанюхался. И натянулся. До кровавых мозолей. Да, там далеко не всегда интенсивность боестолкновений, была высокой, но Антону хватило. И вновь впрягаться в подобное ярмо не хотелось. Тем более, война с сепаратистами на аномальной планете, ограничивающей условия применения современных, самых страшных видов вооружения, явно должна была отличаться от начавшегося межсистемного конфликта. В лучшую сторону. И испытывать "прелести" столь масштабной войны на собственной шкуре Антон не желал. Абсолютно. Этим Ветров и отличался от однокурсников. Они воспринимали случившееся под другим углом зрения, почти как игру, не проецируя "прелести" войны на собственные шкуры. Пока не проецируя. Ничего, жизнь данное упущение исправит.

  Словно ощутив мысли Ветрова, гости перестали гомонить, как-то одновременно утихомирившись. Точно из них пар выпустили. Умолкли. И лишь Валтерс выдал своевременный сакраментальный вопрос:

  - Что теперь будет-то?

  "Всеобщий абзац и куча дохлых котиков! Готовьте завещания, ребятки!", - хотел было порадовать товарищей непритязательным юмором Антон, но решил не нагнетать и вслух произнес нейтральное:

  - Военное положение будет. И мобилизация.

  Предсказание Ветрова сбылось на сто процентов. Или сто сорок шесть. Военное положение объявили, мобилизацию - тоже. В начавшемся конфликте государств наступило некое затишье. Нет, никаких аналогий с периодом известной в истории "Странной войны" не прослеживалось, просто после массовых сражений у Вулкана, Аквалона и в системах Стеллы, Керинга и Глизе грандиозных космических баталий не было. Война вступила в позиционную фазу. Вулкан и Аквалон были захвачены, там шла методичная зачистка ханьцами отдельных очагов сопротивления. На других планетах было относительно спокойно. Даже на Небьюлосе и Дампнисе, куда Халифат десантировал несколько армейских корпусов и где ранее шли ожесточенные бои, интенсивность столкновений значительно снизилась. После первых свалок в космосе противники старались избегать входить в серьезный клинч, дело ограничивалось нападениями на конвои, маневрами и перегруппировками.

  Однако затишье не стало поводом для расслабления. Администрация Академии обрадовала курсантов третьего и четвертого годов обучения известием о том, что им предстоит ускоренный выпуск. В число счастливчиков попала и группа "Три-бета". Со слов майора Бертольда, им осталось доучиться текущий триместр, а затем - экзамены и распределение на службу. Якобы для укрепления контрразведывательной линии и усиления борьбы с саботажем, паникой и пацифистскими настроениями. Планируя подобную меру, академическое руководство на что-то рассчитывало, хотя чего там могли укрепить и усилить курсанты-недоучки без опыта полевой деятельности, без практических наработок, без агентуры для Антона и его приятелей оставалось загадкой. Даже знание-понимание пасовало, не в силах объяснить причины. Ну, не дыры же, образованные из-за больших потерь сотрудников спецслужб затыкать. И потерь-то этих среди силовиков еще не случилось. И кто ведает - случатся ли.

  В связи с решением академического начальства, Ветрову поневоле вспомнились легенды, прочитанные еще в прошлой - до криозаморозки - жизни. Легенды из времен Второй Мировой, точнее, Великой Отечественной, об ускоренных курсах подготовки летчиков. Используя меткое выражение из какого-то древнего кинофильма, по программе: "взлет - посадка". Конечно, те истории не слишком отличались от баек, да и аналогия была явно притянутой за уши, но такие мысли почему-то появились.

  Полувосторженный энтузиазм большинства курсантов, родившийся с информационным выбросом в начале конфликта, быстро испарился. А многие старшекурсники и вовсе откровенно скисли. Одно дело обсуждать превратности войны, стратегию и тактические маневры, будучи уверенным, что еще год-два проведешь за стенами Академии. Вдалеке от театра военных действий, на мирном Ньюланде под надежным прикрытием мощнейшей флотской группировки. И другой коленкор - когда знаешь, что через месяц-другой тебя могут отправить на планету, где ведутся бои. Или прикомандировать на корабль эскадры, участвующей в столкновении флотов. Благо, еще в действующие воинские части выпускников Академии не распределяют. Соответственно, оказаться на передовой в бронескафандре с импульсным разрядником наперевес под огнем вражеских ракетных и залповых установок курсантам не грозит. Если только выпускные экзамены не завалить. Тогда и на общих основаниях под мобилизацию угодить недолго.

  В мирное время срезавшихся на защите полевой практики или выпускных экзаменах старались не вышвыривать безвозвратно из конторы, дабы не растрачивать попусту обученный человеческий ресурс. Часто такие курсанты тем или иным способом вовлекались в периметр деятельности Бюро. Порой они состояли и на кадровой службе - в группах силовой поддержки или в охране важных объектов. Отъявленные неудачники сотрудничали с конторой в качестве заштатников. Но то - в мирное время. А ныне, с учетом военного положения, провалившегося на экзаменах курсанта вполне могли забрить в колониальную пехоту. Или, не приведи всевышний, в абордажники. Тем более что, невзирая на объявленную мобилизацию, граждане и субграждане Федерации в армию не рвались. Напротив, имело место массовое уклонение от призыва на военную службу. Притом, что пропаганда работала на износ.