Московское боярство (СИ) - Макеев Максим Сергеевич - Страница 35

   Собрали всех суворовцев да воспитанниц Смольного, построили с воспитателями, Федей, я встал сбоку, и сфотографировались на память. Как раз проявить успеем, да сделать снимков в рамках стеклянных по количеству семей из которых заложники были. Пока корел общался с ребятами, собрали фотографии, рамки, сделали список ребят. Хорошо получилось, красиво.

   Федя тоже оценил по утру наши потуги на почве фотофиксации. Так прям и сел в сугроб с фотографией в руках. Она здоровая, два листа А4, да складывающаяся, на манер диптиха. На одной стороне - текст, на другой - сама фотография. Текст гласит, что, мол, это в феврале 866 года, в городе Москва, первый курс Суворовского училища и Смольного института, плюс Государь, плюс воспитатели, плюс Федор Карелин-старший изображены на снимке. Меньше сделать не получилось, качество фотографий не идеальное, лиц иначе не разглядишь. А вот тут Федя все разобрал и офигел. Попытался опять на колени бухаться, подняли, отряхнули, да кулак под нос сунули. Нечего тут штанами снег протирать и пример дурной подавать. Потом нагрузили остальное на сани. Федя смотрел за погрузкой барахла с тоской, как выяснилось, считал про себя, сколько он теперь должен. Мы его успокоили, мол, вы нам бобра подарили, а это - отдарок. Приоткрыли один короб - там лежат фотографии для его односельчан. Федя чуть инфаркт не получил, от вида количества одинаковых фотографий. Инструмент его ввёл в окончательный ступор и непонимание, кто кому, собственно, дань платит?

   - Ты, Федя, не так это все расцениваешь. Вот смотри, я с тебя дань сеном брать буду, золой от него, точнее. А сколько ты серпом сена заготовишь? Мизер! На коня, считай, только и хватит. А косой, что я тебе дал - много сделаешь. А значит, и золы много будет, долг отдадите - мы же торговлю-то не прекратим? Выходит, и тебе и мне прибыток.

   - Эвона как хитро получается, - Федя почесал затылок, - и с другим инструментом так, получается?

   - Ага. Лопата добрая да тяпка с граблями - на сено больше времени останется да на поиск бобрят, кирка - камней много брать за раз, нам на оценки нести, и всё так. Понял теперь? Это, Федя, не дань, это - инвестиции! - от нового слова Федя окосел, как от шаманства, - И ребята ваши, что мы воспитываем, это... Я тебе сейчас скажу, только ты это пока при себе держи, даже жене не говори, хорошо?

   - Клянусь! - выдал Федя.

   - Вот дети ваши - это тоже инвестиция, в будущее вложение. Как выучим мы их, легче нам будет торговлю вести да контакт с вами налаживать. Больше торговли - больше прибыток всем. Понял? Подумай над этой мыслью...

   Федя кивнул серьёзно, попрощался со мной, и направился к БТРу. А у меня цель посложнее - я намеревался искоренять гламур в Москве. Считай, неподъёмная задача-то! А бороться надо - Ярило ко мне на днях заявился, и сказал, мол, всё, выучился уже науке вашей, пора в Гребцы. Я ему пару примеров написал, проверить знания. Тот лоб морщит, решить не может. Прижал его к стенке, Ярило давай жаловаться, что жена его со свету тут сживёт, весь мозг съела тем, что живут бедно, хочет в хоромы свои возвращаться. А вот дружинники с семьями наоборот, присматриваются на момент влиться в общество. Вот Ярило и решил, пока у него семейная жизнь не рухнула да подчинённые не разбежались, надо собирать манатки и быстренько выдвигаться в сторону Свири. Потому и занялся я разработкой плана борьбы с гламуром. Может, рога-то пообломаю Жуляне, да и легче всем станет? Пришёл в актовый зал, попросил мурманского парнишку позвать ко мне Жуляну да Ярило.

   - Доброго утра тебе, Государь, - Ярило вошёл с поклоном.

   - Поздорову будьте, - с глубоким поклоном, елейным голосочком произнесла "чудо в перьях", пришла в самых лучших нарядах (всех сразу, судя по всему), и в самом модном макияже, под сантиметр "штукатурки" на ней.

   - И вам не хворать. Так, Ярило, мне с супругой твоей поговорить надо, наедине. Разговор тайный, да серьёзный. Подождёшь снаружи? Если что, вон в окошко все видно будет, не переживай, - сын купеческий кивнул и вышел.

   Жуляна томно посмотрела на меня. Ишь ты, решила что я тут интима от неё требовать буду? Типа, раз Государь, так всё можно? Не на того напала!

   - Жуляна. Я вот что тебе сказать хотел... Ты что, дура, в конец оборзела!? - я со всей силы ударил кулаком по столу, встал, возвышаясь над "гламурной" барышней, - Ты как себя ведёшь!? Ты что себе позволяешь!? Какого хрена вырядилась как чучело!.. Нет, нет чучело! Павлин! Тот, у которого под самыми красивыми перьями обыкновенная куриная задница! Да кто тебе вообще позволил так себя вести да срывать международный контракт! Мозгов совсем нет!? Хочешь, себя, меня, мужа с отцом, всех под плаху подвести!!?

   Ну и так далее. Жуляна сидит в шоке, такого явно не ожидала. А я просто вспомнил книжку, которую в будущем читал. Там описан был способ, которым можно "вскрыть" человека, помыслы его, желания. Способ заключался в выведении человека из равновесия, доведении до белого каления, а там он уже сам все вывалит. Главное - в морду не получить, а то некоторые не будут долго разговаривать, сразу в рыло оформят, диалога не выйдет. Тут у меня та самая ситуация - "чудо в перьях" мне точно тумаков не навешает. Вон, сидит, глаза пучит, они у неё уже сантиметров по пять в диаметре. Не долго такое длилось, минут десять, пока я на неё наезжал. Без оскорблений, само собой, но громко, орал как резанный. Даже вон Ярило в окошко с мордой скорбной пялится, переживает. Жуляна глазами ещё похлопала, а потом привстала, упёрла кулаки в стол, и как давай на меня в ответ орать!

   - Да кто ты такой! - хрясь по столу чуть не сильнее чем я, - Как ты со мной разговариваешь! Думаешь, раз князь, то все можно! Вы все мужики такие! Вам баба лишь игрушка да корова дойная да родильная!...

   И давай теперь уже меня прессовать! Я аж на стул присел, ничего себе напор! Мелкая, худая, разукрашенная под клоуна, а орёт, что твой мамонт во время брачных игр. Сквозь поток ругательств и оскорблений в мой, Государя Российского адрес, начала в речи Жуляны проклёвываться мысль. Она была о наличии в нашем девятом веке мужского шовинизма в лице его ярких представителей - меня, мужа, отца её, тестя, и далее, по списку! Слов она пока таких не знала, но саму суть передала верно. Я сидел оторопевший, Ярило сначала в дверь ломился, как её вопли услышал, потом в окошко стучится, наблюдая за тем, как его супруга на Государя орет да наезжает, потом его Лис со Святославом увели, хитро поглядывая в окно, они в курсе были моего плана. А Жуляна все орёт, уже и руками у меня перед лицом машет. Выговорилась, замолчала. Я на стуле, она надо мной висит, в глазах ярость, ручки в кулачки сжаты, и над головой у меня занесены. Я с интересом смотрю на неё. В глазах начало отображаться понимание, на кого она орёт. Сначала осознала, потом - удивилась собственной смелости, затем страх в глазах появился. А потом опять злость:

   - Ааа-а-а-а! Делайте, что хотите все! Плевать я на вас хотела! - закончила Жуляна, махнула рукой, и уселась на стул, уселась и... заплакала.

   Все, теперь можно и поговорить. Начал тихим голосом задавать небольшие уточняющие вопросы. Та сквозь слезы огрызается, но отвечает. В итоге сложилась картина того, как она до жизни такой докатилась. У отца она одна дочка, он в ней души не чает. Всю жизнь вокруг неё няньки, мамки, девки, честь оберегают девичью да развлекают. Подружек настоящих нет - невместно, редко кто казался достойным её отцу общаться с его "золотцем". Как первая кровь упала, девушкой стала, добавились новые развлечения - косметика да наряды, шубы да тряпки, жемчуга да каменья. А девка-то не дура, ей хочется нормальной, полноценной жизни. Чтобы и дело какое было, и уважение, и друзья искренние. А как уж жить нормально, если за тобой толпа народу чуть не в санузел ходит? Начала на зло отцу становиться "гламурной" - капризы сплошные, желания дурные, "дайте денег на наряды". Думала, отцу надоест её так сильно оберегать, а тот наоборот, мол, хочешь доченька, все сделаю, все достану. И наряды, и косметику, и каменья с жемчугами. Братья её по торговой да военной части пошли, свои семьи завели, а она живёт, как птица в клетке. Золотой, но все же клетке. Потом засватали её за Ярило.