Московское боярство (СИ) - Макеев Максим Сергеевич - Страница 62

   Вперёд выходит... Опять баба! И со словами:

   - "Жарко у вас тут как-то"- сбрасывает на подставленные её спутниками руки шубу. Её примеру следуют остальные. А под шубой... Платье, приятно облегающее манящие формы, да белоснежная рубаха с галстуком и всё с тем же серпом и молотом на шее. И на плечах - звезды горят, по две на каждом у бабы рыжей, по одной - у остальных двух. Причём разного размера, чёрненькая девушка с малыми звёздочками, светленькая - с большими. Майор и младший лейтенант, так получается, если на армейские звания из будущего переводить. Ну и лейтенант впереди, это Магда.

   У вояк и купцов от вида наших "послов" челюсти упали, те, что ещё в силе мужской, как то ёрзают непонятно, слюни подбирают, им, наверно, кольчуги да шубы многослойные, у кого как, сидеть мешают. Ну так на то и рассчитывали!

   - "Шлёт тебе Государь Российский своё приветствие и посылает дары!" - провозглашает рыжая баба, и по её (!) команде Чёрные воины выносят коробки.

   В первой торчат рукоятки мечей. Простые, без каменьев и драгметаллов, утилитарные. Но вот рыжая достаёт один меч, вместе с ножнами, вынимает лезвие, и кладёт на руку плашмя, чтобы все видели. Все разглядели - и ахнули. Мечи знатные, булатные, с синеватым отливом, это от добавки толики примесей из новой лаборатории металлургической нашей, так крепче да ржавеет меньше. А народ тут в оружии разбирается, вон как глазки забегали! Я это по фото вижу, челюсти они так и не подобрали от вида наших баб, а глаза уже бегают, прибыли считают.

   - "Это подарок тебе, князь, для лучших твоих и самых преданных воинов!", - по стенам народ вздохнул по-разному, кто-то радостно, кто-то печально, у остальных знаки доллара в глазах крутятся.

   - "Продавать такое нам Закон наш не велит, только в подарок" - вещает рыжая и под вздох всеобщего разочарования, переворачивает клинок. У самой рукоятки на лезвии штамп, с одной стороны серп и молот, с другой - сокол атакующий, Рюрика знак. Князь на кресле ёрзает, ручки потные тянет, но нельзя, этикет пока не позволяет вскочить со стула, он только кивает важно.

   - "Тут их десять", - от названной цифры часть сидящих по стенам людей схватилась за сердце, - "чтобы воин твои защищали тебя крепко да в обиду не дали".

   - "А это для княжны твоей", - продолжает рыжая, пока Черыне воины распаковывают новый ящик. С него снимают ткань, и снова вздох, на этот раз просто офигевший. Внутри полутораметровое зеркало, в простой, моренной дубовой раме, на подставке крепкой, чугунной, массивная конструкция получилась. Сзади Чёрный вояка, ойкнув, начинает что-то отдирать от зеркала. Ну да, забыли бирку снять, наклеили по привычке. На это никто внимания не обращает, вся пялятся на себя в зеркало, а кто не попадает - шеи гнут, что те лебеди.

   - "Поверни, чего народ зря напрягать" - тихо произносит Чёрный воин рядом с рыжей, и другой что отдирал бумажку от рамы, слегка толкает её. Зеркало неслышно вращается, ещё бы! Там подшипник хитрый стоит, специально делали! Во вращающемся, рассылающем солнечные зайчики от ламп и окошек, зеркале перекошенные от удивления и зависти лица торгового и военного люда. Постепенно оно замедляется, теперь в него видно послов.

   - "А это вам в дом, чтобы светлее было", - рыжая показывает новую коробку.

   Опять вздох, из коробки достают удивительное - здоровое, пятьдесят на пятьдесят сантиметров, стекло. И судя по размеру коробки и их количества, таких стёкол привезли много. Народ в шоке, шепотки и разговоры прекратились.

   Дальше пошло не так эффектно, но тоже добавило в копилку послам непонятности. Манекен с доспехом достали, под Рюрика делали по рассказам тех, кто его видел в живую. Кстати, по фото понятно почему он Рюриком зовётся. У него или нос или сломал, или от рождения такой, но смотрит строго вниз, и напоминает он коршуна, орла, или сокола, что, наверно, и дало прозвище. На местном наречии как раз "рёрик" птицу хищную называют. А так у него другое имя, но уже и не помнит никто, как дядьку звали при рождении. Олег говорил, что, вроде, мама с папой его Чеславом назвали, а как на самом деле - то не ясно. Дядьке-то уже под пятьдесят, если не больше, бородища седая, кто там вспомнит?

   Доспех поставили к зеркалу, князь косоглазие сейчас заработает. Одним на коробку с мечами косится, вторым - на доспех. И послам пытается время уделять взглядом. Рыжая достаёт новую "штучку".

   - "Наша делегация прибыла для заключения полновесного договора и дружбе и сотрудничестве, границах и торговле. Торговля у нас только на государственном уровне осуществляется, поэтому и с Новгородом хотим торговать только через тебя, Рюрик..." - конец предложения потонул в возмущённых и разъярённых криках - народ осознал, что сейчас сказала рыжая.

   - "...К нам купцы ходить только с твоего разрешения смогут, других не привечаем. Потом, может, изменится что. Чтобы ты, князь, понимал, что мы предложить можем, вот тебе каталог", - рыжая сует Рюрику книгу толстую, с фотоматериалами и текстом на двух, пока, языках.

   Мне надоело, если честно, переписывать постоянно на словенские эти черты да резы, поэтому в каталоге три строчки на словенском, остальное, подробное описание - на русском. При виде книги Рюрик чуть скривился, махнул рукой, откуда-то появился мужичок неприметный и взял её. Этого товарища взял в оборот Влас, со словами: "Вот тут языку научишься", сунул тому русско-словенскую "Азбуку". Дядька закивал, и бережно взял в руки оба тома. Как выяснилось, книга тут тоже на вес золота, вот и переживает "писарь".

   "За сим передают тебе для изучения проект договора. Собственно, всё" - рыжая протягивает кожаную папку, опять "писарь" её забирает.

   - "Государю вашему от меня блага всяческие желайте!" - наконец включился Рюрик, - "То что сказано и писано - изучу, а пока пир давайте...".

   Договорить князь не успел, рыжая его почти перебила, о том мы специально договаривались. Ведь надо показать, что мы независимые да гордые, и что послы наши только Российской власти подчиняются.

   - "Государь наш нас на пять дней отправил да ещё дел поручил. Поэтому пировать не будем, пока, а вот как прочтёте, изучите, да согласие своё дадите - тогда и праздновать станем. Как удумаете, нас на "Варяге" и найдёте", - заявила рыжая, изобразила, именно изобразила, поклон, и отошла в другим послам.

   - "Где?" - ошарашено спрашивает варяг Рюрик.

   - "На "Варяге", лодка так наша называется" - как можно уже догадаться, это моя идея.

   Ну не "Три апостола" же лодку называть? Вот и красуются латунные буквы на борту корабля, правда, кроме москвичей, их прочитать никто не может.

   В итоге посольство разворачивается да двигается к выходу, оставив в недоумении князя и остальных новгородцев. Вот так, нашим палец в рот не клади! Уходили наши из избы, где начинался форменный бардак. Купцы, вояки, князь - все кинулись орать друг на друга. Ибо условия, что мы обозначили, были по крайней мере странные, если не сказать - оскорбительные, для торгового сообщества в первую очередь. Где же это видано, чтобы князь монополией на внешнюю торговлю владел, даже с одним контрагентом? Вояки у него есть, денег ему дают, вот пусть и крутится. А остальное оставит на людей более в торговом деле соображающих. Ну и прибыли, соответствующие, пусть в нужных карманах оседают, а не в княжеской казне. А то ещё мысли всякие дурные в голову придут, вроде ограничения в Новгороде власти купцов да торговцев...

   Под эти крики наши вышли на улицу. Там своя свадьба - Олег с дружиной, люди Рюрика, все изучают телеги хитрые. Их поблагодарили за охрану, три пустых повозки отправили обратно, а две штуки и шестёрка всадников-послов отправила в город. У наших теперь миссия неофициальная, я бы сказал, личная. Хотя и со смыслом тайным - они к отцу Жуляны едут.