Интерполирую прошлое - Экстраполирую будущее (дилогия) (СИ) - Мамлеева Наталья - Страница 43

Судьбы ученых того времени я могла только интерполировать, пусть и слабо, но их жизнь уже прошла (кто-то из поляторов мог сложить ее до меня), поэтому с экстраполяцией у меня не было никакого опыта. Естественно, давать экстраполировать свою судьбу Аз Хош больше не решался. И чего боится?

- Хош, - позвала я его как-то на занятии, - я вот не могу понять одного. Если я интерполирую жизнь ученых и попадаю к ним в прошлое, то почему с тобой вышло не так? Почему я увидела себя?

- Я же не знаю, что именно ты видела.

- Это не важно, - смущенно отвела взгляд я.

- Раз не важна ситуация, значит, не важен и ответ, - отрезал он и закончил занятие.

С ним было тяжело. Он был требовательный, жесткий, не давал мне отдыхать и собраться с мыслями, и при этом рядом с ним я не могла ничего сделать со своим пульсом. Мое сердце тоскливо сжималось, когда я бросала украдкой на ур Сента взгляды. К моему счастью, он этого не замечал.

Так прошли почти два месяца, и вот у нас остались последние выходные, а со следующей недели начнется сессия. Первокурсники с содроганием произносили это слово и уже готовы были поверить в шаманство, лишь бы амулеты помогли на экзамене.

В пятницу мы сидели на гражданской обороне и слушали лекции о химически опасных веществах. Настроение у всех было взбудораженное, многие недосыпали, поэтому преподавателя слушали вполуха.

- Что делать, если случится такая ситуация? Вы у меня дети еще ранимые, ни с чем не сталкивающиеся, но ничего, придет и на ваш век и война, и голод, и химические аварии на заводах, - с оптимизмом вещал преподаватель.

Вообще, на редкость оптимистичный мужик. Обо всех смертях он рассказывал спокойно, с толком, с расстановкой, будто такое встречается на каждом шагу. Иногда я боялась его жизненного опыта.

- В случае опасности на заводах начальник должен половину персонала отправить в бункер, а вторая половина обязана остаться на рабочих местах, если остановить производство не получится.

- Но ведь вторая половина умрет! - выкрикнул Баскинс. - Разве ее не жалко будет?

- Почему не жалко? - удивленно спросил преподаватель и добил своим ответом: - Жалко! Но куда деваться?

В ожидании предстоящей сессии его слова звучали как угроза. Уходили с лекции мы не в самом лучшем настроении.

- Я мечтаю, чтобы это все поскорее закончилось! Домой хочу, в клуб! - простонала Ники, когда мы возвращались в общежитие.

- А Чейс поедет с тобой?

- Нет, у него будет преддипломная практика, разделенная на две части. Первая будет в каком-то центре, а вторая - непосредственно с куратором на каком-нибудь задании, - со вздохом ответила Ники.

- То есть вы с ним не увидитесь?

- Не сыпь соль на рану. Он обещал приезжать на выходных.

Не завидую.

По пути нам попался Кайл, но я лишь махнула ему рукой в знак приветствия, и подходить друг к другу мы не стали. Наше общение прекратилось, я просто поняла, что он мне совершенно не интересен, а вот чтобы забыть Аз Хоша нужно не встречаться с ним лет десять, минимум. Или даже этого будет мало?

Я не хотела думать о причинах, почему любимый преподаватель велел остерегаться пятикурсника, мне он казался совершенно обычным и веселым. К тому же, он достаточно сдружился с Чейсом.

Но помимо всего этого, меня заботило то, что кто-то экстраполирует мою судьбу. Это те же люди, чей человек пробрался ко мне в комнату? И стоит ли мне опасаться каждого своего шага? Бояться своей тени?

В воскресенье у меня жутко болела голова, тошнота не проходила, поэтому подготовиться к истории я не могла. Не помогала даже чудодейственная вакцина, изобретенная на Экс-роле. Стоило мне взять в руки планшет с учебной литературой, как у меня перед глазами буквы начинали прыгать, а голова кружиться.

- Ави, что ты завтра на экзамене делать будешь? - обеспокоенно спросила Ники, и я пожала плечами, продолжая гладить лежащего под боком питомца. - Может, хоть слушать будешь?

Я согласно кивнула, и тут Абсент активизировался и, войдя в роль преподавателя, начал нам подробно расписывать исторические события вселенской величины, чтобы мы знали хотя бы азы. Особенное внимание он уделил тринадцатому билету. Но через два часа его вещаний у меня разболелась голова еще сильнее и никакие лекарства не помогали. Поэтому спать легла я с больной, но пустой головой.

На моё удивление мой дар этой ночью перенес меня в момент нашей встречи с Аз Хошем. Я вновь чувствовала его стальную хватку на моем запястье, когда он тащил меня к охране. Это всё было настолько реалистично, что на заднем плане даже промелькнула мысль: «А не вернулась ли я в прошлое?»

Но пробуждение развеяло все мои сомнения, добавив вопросов. Почему я перенеслась именно туда? Происходило ли там что-нибудь важное? Безусловно, Аз Хош многое для меня стал значить, и первая встреча с ним – часть моей жизни, но почему мой дар хотел, чтобы я увидела это всё вновь? Что же важное исчезало из поля моего зрения?

- Ави, пора вставать, - позвала меня Николетта, а потом Абсик потрепал за щеку своей маленькой лапкой.

Все пострадавшие конечности у него зажили. Интересно, он протянет с нами до пятого курса? А то с нашей травмоопасностью я начинаю ни на шутку переживать.

Нехотя я проснулась и после принятия водных процедур облачилась в клетчатое платье и отправилась на экзамен вместе с подругой. У аудитории, в которой проходил экзамен, собралась уже вся группа, когда туда неспешно вошли Аз Хош, присутствующий в качестве ассистента, и преподаватель Пат Хор – солидный мужчина лет за двести.

- Здесь сто тридцать билетов! Это выучить нереально! – простонал Баскинс.

В МГУ отошли от системы тестирования, считая её непродуктивной, и не используют биороботов (они никогда не дадут поблажки студенту, ведь они не знают его успехов на протяжении всего семестра), поэтому студентам приходилось общаться с преподавателями.

- Заходите в алфавитном порядке, - раздался через динамик голос ур Сента.

И почему моя фамилия в начале списка? Какая досада!

На негнущихся ногах я отправилась в аудиторию. Поздоровавшись с обоими преподавателями, подошла ближе к столу, подключив к компьютеру свой планшет. Случайным образом мне пришел номер билета и два вопроса. Интернет здесь не работал, так как на кабинете была особенная «глушилка» сигнала.

- Как? – спросил Хор, когда я отсоединила свой планшет.

Черт! Какой же номер был у билета, который вчера рассказывал Абсик?..

- Тринадцатый, - вспомнила я, и затравлено посмотрела на преподавателя.

- Как? – вновь переспросил он, а у меня сердце в пятки убежало. Неужели знает, какой билет мне пришел на самом деле?

- Тринадцатый, - дрожащим голосом повторила я, и мужчина вздохнул.

Ну всё, точно догадался о моей лжи! Что же сейчас будет?! Придется класть голову на плаху…

- Фамилия как?

Фух!

- Аято Аврора, - ответил вместо меня Аз Хош, прямо посмотрев на меня.

- Можно без подготовки? – закусив губу, спросила я.

- Конечно, присаживайтесь, - с воодушевлением кивнул Хор, и я примостилась напротив него, начав повествование.

Говорила я по существу и верно, как вчера и объяснял Абсент, поэтому я удостоилась высшей отметки.

- Замечательно. Теперь отдайте планшет Аз Хошу, он заполнит нужные графы в билете, и я подпишу, - улыбнулся историк.

Че-ерт, они не только в электронных журналах отметки проставляют, но и в билетах студентов, чтобы избежать ошибок!

Я с мольбой посмотрела на любимого преподавателя (уже без кавычек), протягивая ему свой планшет. Естественно, он увидел номер билета, поэтому в его глазах промелькнуло удивление. Он вскинул на меня взгляд, в котором читалось сомнение, а потом повернулся к коллеге. Я закусила губу от волнения.

- Вы не против, если я создам табель в отдельном файле, чтобы было удобнее?

Я чуть выдохнула, понимая, что Аз Хош сейчас спас меня. Хор нахмурился, но кивнул, а урджий быстро заполнил документы и подал планшет вместе со стилусом на подпись преподавателю. Тот оставил отпечаток пальца и расписался, после чего мне вернули технику.