Не климат выбирали, а судьбу (СИ) - Фрейдзон Овсей Леонидович - Страница 26

— Ерунда, справишься, вон, стиральная машина отработала, сбегай, пожалуйста, перекинь бельё в сушилку и сделай потом бутерброды на ужин, а мне надо заниматься.

Быт Веру совершенно не тяготил, Галь с удовольствием выполнял любую домашнюю работу, которая ему только была по плечу, не чураясь и кухни, готовя для любимой жены обеды, справляясь у мамы о способах готовки, а также искал в интернете популярные русские блюда, стремясь разнообразить разносолами их питание.

Вера искренне радовалась стараниям мужа доставить ей удовольствие приготовленной пищей, душевному внимательному отношению к ней, и всегда с благодарностью принимала его заботу о замученной студентке, понимая, что ещё не много и её лафа закончится.

И, вот, наступило первого декабря — Галь вышел на работу.

Молодая женщина сразу же заметила перемену в муже и в их домашнем распорядке.

Её больше не поджидали свежие приготовленные обеды, приходилось самостоятельно запускать стирку и сушить бельё.

Оказывается, на хозяйку квартиры наваливалась куча разнообразных обязательств — нужно было думать о заготовке продуктов, уборке и всяких домашних мелочах, на которые у неё времени почти не оставалось, да, и первые месяцы беременности давались ей не легко, кроме постоянной тошноты, она чувствовала боли в пояснице и головокружения.

К концу первого месяца работы, Галь всё чаще начал задерживаться на службе, и даже, порой дома вечерами, продолжал копаться в бумагах и рыскать в компьютере, про постоянные телефонные звонки от начальника и коллег и говорить не приходилось, они буквально задёргали Веру, вызывая справедливое возмущение:

— Галюш, у них есть совесть, когда это уже прекратится, мало того, что тебя сразу же захомутали по полной на службе, так ещё и дома нет от них покоя, ты ведь не мальчик, а опытный бывший полицейский, что они тебя дёргают и дёргают…

— Поэтому и дёргают, что я опытный.

Пойми, моя хорошая, враг нам совершенно не даёт продыха, нельзя расслабляться ни на один день, ведь кроме двоюродных братьев, живущих на территориях, вокруг нас находятся полтора миллиона арабов с таудат зеутами (паспортами), а среди них тоже хватает потенциальных врагов или людей, способствующих террористам.

— Гальчик, я высоко оцениваю твои способности и значимость твоей работы, но ты и меня пойми, ведь в университете сейчас такая напряжённая пора, кроме работы над дипломом, я ведь вхожу в группу профессора Таля, а там у нас завертелась такая карусель, что некогда в гору глянуть, ведь наш аппарат собираются послать в ближайшее время на американской ракете в космос.

Муж оторвался от папки с бумагами.

— Веруш, я горжусь тобой!

И вновь опустил глаза к заполненным буквами листам.

— Да, плевала я на твою мнимую гордость мной!

Отставь свои документы в сторону, в конце концов, ведь я с тобой разговариваю, и, между прочем, я не только студентка последнего курса, а твоя беременная жена, которая очень плохо себя чувствует и до которой тебе в последнее время совершенно нет дела!

Вера даже не поняла, как такое случилось, что она вдруг сорвалась и впервые за всю историю их взаимоотношений накричала на парня.

Галь захлопнул папку и защёлкнул на ней скобы и только после этого поднял глаза на жену, явно собираясь с мыслями, желая погасить конфликт в зародыше:

— Ты во многом права, но только правоту высказывают не в таком духе.

Можно было бы, просто рассказать мне о своём плохом самочувствии и более того, надо не мучиться, а идти к врачам, для этого они и существуют, чтобы следить за нашим здоровьем.

Начнём исправлять ситуацию с того, что уже завтра я начну подыскивать нам в дом подходящую работницу, чтобы убирала, готовила и выполняла всякие другие мелкие обязанности по хозяйству.

Ты, должна мне пообещать, что срочно посетишь врачей, тут речь идёт уже о жизни двух любимых людей — о моей несравненной жене и нашем будущем ребёночке.

Если тебе не трудно, подай мне, пожалуйста, новую пачку сигарет, а то старая у меня закончилась.

Парень нервно смял в пальцах пустую пачку, приняв от Веры новую, распечатал и глубоко затянулся сигаретным дымом.

— Веруш, я три года был полностью вычеркнут из жизни нормального человека, и во многом, благодаря тебе к ней вернулся.

Но, моя жизнь не только смотреть на твои успехи, радоваться твоим достижениям и поощрять твоё пристрастие к поэзии.

Пойми, моя хорошая, я хочу быть полезным не только тебе и себе, но ещё и обществу.

Хочу заниматься любимым делом, при этом, чувствовать свою значимость на службе, быть там необходимым, а не думать о том, что я, нарыв на теле общества, получая от него пенсию и неважно, что я в своё время пострадал на государственной службе.

— Галюш, миленький, прости меня, пожалуйста, я явно погорячилась, если бы ты только знал, как мне сейчас стыдно.

— Тебе нечего стесняться своих слов, ты сказала правильные вещи, просто это надо было сделать другим тоном и может быть чуть раньше.

Давай, каждый вечер введём себе за обязательство или правило, отставлять на пол часа все свои важные, любимые и даже срочные дела, и посвящать хоть короткое время обсуждению между собой текущих семейных, необходимых и даже мало значимых вопросов.

Сконфуженная от справедливых слов мужа Вера, зардевшись, спросила:

— А, как на счёт секса, это любимый, важный или срочный вопрос?

Молодые люди рассмеялись.

— Веруш, важней и серьёзней вопроса у нас не должно быть, но ты же в последние дни, всё ссылалась на усталость, плохое самочувствие…

— А ты был не очень настойчив, а ведь женщине хочется, чтобы её упрашивали, домогались и даже, слегка насиловали.

— С каких это пор тебя стало надо насиловать или упрашивать?

— Ну, начнём с сегодняшнего дня, я побежала в душ, а ты иди греть простынь, я не люблю секс в холодной постели.

Как всегда, после бурных проявлений страсти, сон к Вере не шёл и она, выскользнув из-под тёплого одеяла, переместилась в салон и, усевшись в кресло с ногами, укутавшись в плед, застыла со своим верным блокнотом и ручкой — семейная жизнь на поэзии никак не отразилась, может быть только в ней появились новые нотки.

  Выйду с тобой в море причуд

  к счастью на белом кораблике…

  Нашу любовь выпить хочу,

  долго смакуя по капельке.

  Пей же, ну, пей с губ моих сок… —

  ах, поцелуи дурманные!

  Капли любви свежей росой,

  страстным наполнят желанием…

  Выйдем с тобой в море причуд

  к счастью на белом кораблике…

  Нашу любовь, терпкую чуть,

  Выпьем, смакуя по капельке…

  Лёгкий разлад стает, как сон —