Не климат выбирали, а судьбу (СИ) - Фрейдзон Овсей Леонидович - Страница 47

Галь взял в ладони обнимающую его за шею руку и прижал к груди.

— Офируш, ты славная девушка и отличная сотрудница, но на сей раз, ты вряд ли сможешь оказать мне необходимую помощь.

— Я, думаю, что всё же смогу тебе помочь и себя при этом порадовать!

Она обошла кресло и опустилась на колени, уверенным движением распуская молнию на брюках мужчины.

— Ты с ума сошла, а вдруг…

— Глупенький, я, что не понимаю, дверь на замке.

Девушка высвободила вздыбившийся член из ширинки и приникла к нему губами.

Она умело ласкала языком головку, поигрывая шкуркой ствола, совершая губами поступательные и круговые движения, быстрые ловкие руки проникли под рубашку мужчины и нежно гладили его по мускулистой волосатой груди.

Прошло совсем не много времени любовной игры Офиры, и, Галь излился горячим фонтаном прямо в рот девушки, которая легко справилась с этим потоком, не смущаясь, проглотив весь тягучий напиток.

Они быстро привели себя в порядок и Офира налив себе сока, села на колени к мужчине.

— Ну, что ты надумал всё же в связи с этим заданием?

Галь, задумавшись, машинально гладил и мял упругие грудки девушки, которая наслаждалась в этот момент соком манго.

Мужчина оторвал руку от девушки, до этого гладившую упругую грудь, и, уверенным движением развернул Офиру лицом к своему и вгляделся в карие, преданно глядящие на него глаза.

— Скажи, у тебя кто-нибудь из родственников проживает в поселениях в Газе?

— Да, живут с семьями две двоюродные сестры, но они датишные…

— Какая нам разница датишные они или светские.

Лучше скажи, ты могла бы поехать туда и пожить какое-то время в одной из этих семей?

— Наверное, могла бы, только зачем?

— Чтобы познакомиться поближе с кем-нибудь из арабов, занятых на работах в хозяйствах твоих сестёр и постараться завербовать его на сотрудничество с нашей службой.

— Это задание или просьба?

— Я не могу тебя обязать, ты пока не занята на оперативной работе, но могу замолвить словечко перед Давидом, чтобы ты попала в ряды сотрудников, выполняющих подобные ответственные спецзадания непосредственно вступая в контакт с нашими противниками вблизи их дислокации.

Ты давно выражала стремление попасть на такую работу, я тебе полностью доверяю, арабский язык у тебя на должном уровне и это будет твоим первым заданием в этом качестве и хорошей проверкой на профпригодность.

— А, если мне придётся переспать с этим арабом, как ты на это посмотришь, ведь такие действия тоже предусмотрены нашей работой?

Молодые люди долго смотрели, не отрываясь в глаза друг друга, и Галь первым отвёл взгляд, подтолкнув девушку в спину, чтобы она поднялась с его колен.

— Офируш, ты ведь знаешь, что агентам ШАБАКа, подобные функции иногда приходится выполнять в нашей не всегда чистоплотной работе…

— Я-то знаю, а на твоём отношении ко мне это не отразится?

— Я пока не могу однозначно ответить тебе на этот вопрос, мы с тобой, в первую очередь, работники шабака, и, ты ведь отлично знаешь, что я не свободен от семейных уз, и связан гражданским долгом перед нашей службой.

— Знаю, но я также знаю, что люблю тебя и готова ради тебя пойти на любые задания!

— Ты не ради меня пойдёшь на это задание и никто тебя пока не принуждает…

Девушка встряхнула волосами, перебивая Галя.

— Мы сейчас говорим не только о задании, а главным образом, о моей любви к тебе и о твоём отношении ко мне!

Мужчина вздохнул.

— Давай не будем опять поднимать этот неприятный для нас двоих вопрос, на который у меня нет ответа и вряд ли будет.

Галь увидел, как у девушки от последних его слов помутнели глаза, и он поймал в свою ладонь её руку:

— Моя жена вчера с ребёнком улетела к подруге в Чили, если хочешь, можем сегодня после работы поехать ко мне домой?

— Ты ещё спрашиваешь!

Девушка обняла Галя за шею и впилась в его губы долгим страстным поцелуем.

Давид без возражений принял предложение Галя и Офиру в срочном порядке стали готовить для агентурной работы в непосредственной близости к сектору Газы, откуда, раз за разом, на территорию Израиля проникали террористы смертники.

Она должна была, не привлекая к себе внимания поселиться на усадьбе у своей двоюродной сестры, и, выполняя по дому различные услуги, постараться войти в контакт с одним из арабских рабочих, привлекаемых из сектора на работу по хозяйству у поселенцев.

Для подстраховки и для оперативной связи с ШАБАКом, вместе с ней будет отправлен в то поселение один из помощников Галя, который устроится на какой-нибудь ближайшей усадьбе, и будет играть роль сезонного наёмного работника.

Готовя Офиру к особому и ответственному заданию, вся мобильная группа допоздна задерживалась на службе, прорабатывая всевозможные детали будущего важного и опасного внедрения, где трудно было всё предугадать наперёд.

Теперь каждую ночь девушка проводила вместе с Галем в его квартире, где она быстро освоилась и скоро почувствовала себя там полноценной хозяйкой.

Следов пребывания в доме настоящей хозяйки почти не ощущалось, потому что Вера за последнее время редко появлялась в своей квартире.

Галь всё больше обнаруживал в себе привязанность и интерес к девушке, с которой он мог запросто обсуждать всё происходящее у них в конторе, она старалась ни в чём ему не перечить и всегда преданно и влюблено смотрела в его глаза.

За последние полтора года, практически сразу же после их свадьбы с Верой, как только Галь вышел на свою полностью захватившую его работу, он буквально тут же, стал отдаляться от семьи.

Так уже случилось, что ещё толком не привыкнув к семейной жизни и к положению мужа, Галь вдруг начал отвыкать от своей необыкновенной любимой Веруш, ставшей ему официальной женой.

Так совпало или дано было судьбой, что верная и любящая его до самозабвения девушка, неожиданно, понесла ребёночка ещё до их свадьбы, а во время её беременности он приступил к своей работе и полностью с головой ушёл в новую и интересную для себя сферу деятельности.

Поэтому и не только, Галь подолгу задерживался на службе, ему доставляли душевные муки вечные жалобы жены на плохое самочувствие, связанное с беременностью, постоянные попрёки за его невнимание и отчуждённость.

Ну, а потом, как только родился ребёнок и Вера переехала в мошав, вовсе их встречи свелись к минимуму и даже во время таковых, они практически не находили общего языка.

Какой ему был интерес после редкого для супругов сексуального контакта обсуждать новый появившийся у ребёнка зуб, и слушать, как он ползает и чуть ли не чем и каким цветом какает…

Раздражала его порядком и её фанатичное пристрастие к стихосложению.

Он буквально бесился, когда она по ночам убегала в салон и, сидя в кресле, с умным видом, всё, что-то писала и писала, а ещё подладилась ходить на свои заседания поэтов, после которых приходила какая-то одухотворённая, чужая и даже равнодушная к сексу.