Карлуша на Острове Голубой звезды - Карлов Борис - Страница 58

Циркуль встал на место и с нетерпением ждал результатов. Наверху слышалась возня и сыпалась пыль.

— Всё ясно! — прошептала Огонёк.

— Ну, говорите же, что там?

— Вентиляционная труба. Вмурована в стену.

— Что же делать?

— Полезем в трубу.

Расшатать и вынуть из кладки ещё несколько камней было плёвое дело. Выстроив из них ступеньки, Циркуль сначала протолкнул в трубу даму, а затем, подтянувшись на руках, кое-как вскарабкался и сам. При этом Огонёк изо всех сил тянула его за ворот кожаной куртки.

Оказавшись внутри жестяной трубы, имевшей в сечении четырехугольную форму, Циркуль понял, что из-за своего роста не может встать здесь даже на четвереньки. Приходилось мучительно извиваться, опираясь на локти, чтобы поспевать за своей спутницей, которая бодро бежала впереди на четвереньках и поторапливала: «Быстрее, ну что же вы там застряли! Разве можно быть таким неуклюжим?..» А Циркуль обливался потом, кряхтел и пыхтел как паровоз.

Наконец, после нескольких замысловатых поворотов, спусков и подъёмов, впереди забрезжил слабый свет. Стараясь не стучать коленками по жести, беглецы приблизились к зарешёченному окошку и заглянули в помещение.

Это был слесарный цех, в котором роботы выполняли некоторые необходимые работы по железу, а также устраняли у себя механические неисправности.

Входная дверь распахнулась, и в мастерской появился директор.

Это было неожиданно. Огонёк и Циркуль отпрянули от решетки и переглянулись.

Голова у директора была перебинтована, ему только что произвели вскрытие черепной коробки. После того как Клюковка ударила его молотком, «Шестой» срочно заменил ему некоторые поврежденные участки. Но оттого, что времени на тщательную настройку не было, электронный мозг и нервная система организма Курносика немного рассогласовались. От этого он периодически терял мысль и непроизвольно тряс головой.

— Шестой! — тихо произнёс Курносик.

— Я! — радостно воскликнул «Шестой», следовавший как тень по пятам своего хозяина.

— Пусть сюда подгонят эту… Ну, сверлить…

— Вас понял! — восторженно пропел «Шестой» и скрылся за дверью.

Через минуту несколько роботов пригнали по проложенным из цеха рельсам вагонетку, с помощью которой директор пытался сверлить защитную хронооболочку «Волчка».

— Так. — Курносик деловито потёр руки и тут же забыл то, что хотел сказать. Лицо его исказила гримаса.

— Осмелюсь доложить, — вкрадчиво проговорил «Шестой», — вы вознамерились заменить сверло плоским вращающимся диском…

— Да, да, — небрежно махнул рукой Курносик. — Вот именно. Замените… И пошевеливайтесь!!! — внезапно перешёл он на крик в приступе беспричинного раздражения. — Пошевеливайтесь живо, уроды безмозглые!..

Несколько обученных слесарному делу роботов принялись за работу, а директор медленно уселся за стол, расположенный прямо под вентиляционной решёткой, за которой, затаив дыхание, прятались Огонёк и Циркуль. Он опустил голову и прикрыл глаза ладонью.

Мысли разбегались, как тараканы, выстроить их в логическую цепочку не было никакой возможности. То он решал сложнейшую алгебраическую формулу для получения максимального КПД новой алмазной пилы, а то в голове вдруг начинал вертеться трогательный мотив песни о козочке, которая заблудилась ночью в лесу. И на глазах у него выступали слезы… Потом наплыло воспоминание о том, как он на Колобке однажды здорово разыграл соседей, протянув на улице верёвку, о которую все спотыкались. И тогда губы у него скривились в насмешливой улыбке. Но все сюжеты обрывались на середине, перескакивали на другие, как игла на старой пластинке. Курносик обхватил трясущуюся голову обеими руками и застонал.

— Ну что же вы, остолопы, — произнёс он с надрывом. — Почему так медленно, почему вы так долго возитесь? Зачем такая большая крышка… и алмазы по краям… зачем такие излишества?

Роботы-слесари вытянулись по струнке и бодро доложили в один голос:

— Такое дело, хозяин! По краям дискообразной пилы в специальные пазы вмонтированы необработанные алмазы со сверхпрочной режущей кромкой. При скорости вращения диска четыре тысячи оборотов в секунду он разрежет как сыр любую из известных в природе поверхностей с тысячекратным запасом!

Директор на несколько секунд ухватил мысль.

— Когда будет готово?!

— Практически почти уже…

Но, не дав роботам-слесарям договорить, в мастерскую ворвался перепачканный в пыли и глине робот с карьера.

— Тревога, хозяин, тревога! — задребезжал он взволнованно. — Ракета! Четыре ракеты!! Пять ракет!!!

— Что?!! — надрывно выкрикнул директор.

Рука его нащупала пульт, и несколько расположенных под потолком мониторов зажгли экраны.

Панораму котлована разительно изменила серебристо-красная в малиновом зареве заката — огромная, стоящая торчком, ракета. Она взгромоздилась прямо на деревянное колесо в центре рабочей площадки, разнеся его в щепки. На других экранах можно было различить ещё четыре ракеты, которые маячили высоко в небе, разбросанные от горизонта до горизонта. Директор приложил пальцы к горящим вискам и, глядя в одну точку перед собой, прошептал:

— Где пленники?

— Согласно пункту инструкции 17/448 прим., - доложили стражники, — «в случае каких-либо событий, не предусмотренных настоящей инструкцией, всех пленных согнать в приёмный отстойник».

— Согнали? — глухо сказал директор.

— Так точно, согласно пункту инструкции…

— Почему никто не покормил моих рыбок?! — выкрикнул Курносик.

Он вспомнил, что на Колобке у него остался аквариум с рыбками. Пытаясь ухватить ускользающую мысль, бедняга напрягся так, что жилы вздулись у него на висках.

— Отставить, — произнёс он сдавленно. — Пленных беречь. Пока они с нами, сюда никто не сунется.

— Готово, хозяин! — доложили роботы-слесари. — Куда прикажете доставить агрегат?

Курносик поднял глаза и увидел готовую к работе вагонетку-пилу новой конструкции. Теперь пила была похожа на патефонную пластинку с алмазными зубцами по краю.

— «Козочку-малышку»! — плаксиво потребовал директор. — Громче, громче!

Он притопнул ногой и подскочил с места. От резкого движения голова его прояснилась.

— Отставить, — сказал он сдавленным голосом. — Вагонетку к «Волчку», алмаз к погрузке на челнок. Живо!!!

Голова у Курносика перестала трястись, он вновь обрёл уверенность. В одно мгновение он рассчитал поминутный план действий на ближайшие часы: разрушение защитной оболочки, погрузка большого алмазного шара на «Волчок», мгновенная телетранспортация на орбиту Колобка.

Запасной вариант, на случай ещё одной неудачи с разрушением оболочки, предусматривал вывод алмаза на орбиту Земли, удерживание на острове заложников, жестокий ультиматум земным гномам…

Курносик гордо вскинул подбородок, глаза его под тёмными стеклами очков надменно сузились.

В этот самый момент, из-за приоткрывшейся над его головой вентиляционной решётки, высунулась рука с деревянной колотушкой. И, хорошенько размахнувшись, огрела Курносика по голове…

Внутри головы глухо задребезжало, и только бинты спасли черепную коробку от полнейшего и окончательного разрушения.

В вентиляционной трубе послышался дробный удаляющийся стук.

Курносик подумал, как хорошо быть крошечной молью, затеряться в складках какой-нибудь пушистой шубы и хорошенько выспаться. Затем он перемножил два на два, и у него получилось пять с половиной. Успокоенный, он повалился под стол, свернулся калачиком и тут же уснул.