Дорога яви (СИ) - Громова Полина - Страница 58

Князь, конечно, убьет его. Он ведь не уберег его дочь. Для этого он, Гьер, и возвращается в замок: он не может, не хочет жить дальше. И он уже проделал почти весь путь. Осталось только дойти до ворот и - самое сложное - рассказать обо всем князю.

У моста, ведущего через ров, он снова остановился. Так непросто было сделать шаг - ступить на дощатый настил, покрывающий толстые бревна. По одной из досок полз муравей. Откуда? Куда?.. Ниоткуда. В никуда.

Собравшись с силами, Гьер вскинул голову и посмотрел на стены замка. Да, если где-то и стоило умирать, то здесь, - решил он и уже было ступил на мост, как вдруг в спину ему отчетливо плеснуло холодом, и на плечо легла рука.

Гьер вздрогнул, обернулся. Позади его стояла Кира.

 - Привет! - сказала она, улыбнувшись. - Я тоже сюда. Хочу кое-что рассказать родителям... Да, как хочешь, но твоя смерть откладывается: нам еще выручать одну очень влюбленную в тебя девушку.

Гьер с трудом поверил своим глазам. Кира - живая, здоровая, какая-то немного не такая, не совсем прежняя, но все-таки Кира - стояла перед ним. И первый раз напрочь забыв о том, кем он считал себя почти всю свою жизнь, он шагнул к девушке и крепко обнял ее...

Один. Это уже кое-что.

...Всадники спешились за калиткой и вошли в огород, шлепая по грязи, выстоявшейся на тропинке после вчерашнего дождя. Было их двое, и они знали, куда шли. Это было слышно... Да и сложно было ничего не расслышать и ничего не понять: хозяйка нарезала вокруг них круги, громко и плаксиво причитая. Не оставляло сомнения и то, зачем они сюда явились. Но нет, они не получат его так просто. Он не зверушка, которую можно выставлять на показ на площади в ярмарочный день. Даже сейчас он сможет постоять за себя.

Выпростав руку из-под простыни, он опустил ее, пошарил под кроватью, нащупал рукоять. Пусть только сунутся...

Скрипнуло крыльцо, открылась дверь в передней. Двое пришельцев в сопровождении хозяйки прошли через комнату. Дернулась в сторону занавеска, прикрепленная над дверью на больших кольцах...

Одной рукой он крепче стиснул рукоятку сабли, второй уперся в постель, готовый вскочить и ударить - настолько быстро, насколько это получиться. Но тут в воздухе почуялся знакомый аромат. Веки анкела дрогнули.

 - Кира...

 - Ранк.

Выпущенная из пальцев сабля глухо ударилась о половицу. Кира прошла через горницу, встала на колени у постели анкела. Тот лежал на животе, свесив одну руку. Ему удалось приоткрыть глаза, и они были влажными, в кристалликах засохших слез на ресницах.

 - Как ты себя чувствуешь?

 - Не знаю, Кира. По-моему, я умираю. Но у нас, бессмертных, это дело небыстрое, - анкел вяло улыбнулся. - Я рад, что ты в порядке... и что ты пришла, Кира.

Девушка нащупала его пальцы и сжала их в своей ладони.

 - Что случилось?

 - Я с несколькими кронами искал тебя и твою подругу. Мы наткнулись на анкелов... А может, они тоже кого-то искали... нашли вот нас. Мне крылья подрубили. Не думаю, чтобы с умыслом, это же в бою было. Скорее случайно... Потом выкинули в явь, чтобы не мешался. Я оказался тут, в лесочке неподалеку от этой деревни. Люди меня нашли, подобрали. Я для них не то посланник божества какого-то, не то его отступник, они не разобрались еще. Но они заботятся обо мне. Только вылечить не могут. И сам я тоже не могу... Ни вылечиться, ни деться отсюда куда-нибудь. Не знаю только, почему... - анкел снова изобразил подобие улыбки. - Крылья почти не чувствую.

 - Можно, я посмотрю? - спросила Кира.

 - Да, конечно.

Выпустив руку Ранка, Кира осторожно приподняла простынь. По тому, что бледность, залившая ее лицо, была заметна и в полутемной комнате, анкел понял, что дело плохо. Но он это и так знал.

 - Что там?

 - Некроз, - едва слышно ответила Кира, выпуская простыню. Анкел с шумом выдохнул. - Ранк, ты...

 - Я не собираюсь умирать, Кира. Слишком многие обрадуются... - Анкел приподнялся на постели. Движения его были резкими и какими-то... злыми, что ли.- И слишком многие расстроятся. Ты же расстроишься, Кира? Ты расстроишься. А это... одно это уже слишком много!

Сделав невероятное усилие, Ранк сполз на пол. Теперь он стоял на коленях около постели, на котором осталась простынь со следами крови и гноя. Светлые крылья, нелепо растопырившись, заняли почти все свободное пространство комнаты.

 - Кира, ты должна кое-что сделать, - сказал Ранк. - Я прошу.

 - Ранк, может, все-таки не надо? - робко попыталась возразить девушка.

Анкел покачал головой.

 - Они уже не прирастут. Давай, кто еще кроме тебя может сделать для меня это... Гьер, поможешь? Просто подержи их. А то больно очень будет.

Кира и Гьер переглянулись. Кира отвела глаза - а потом потянулась к ножнам и вытащила тонкий длинный клинок. Это был один из фамильных мечей архарских князей. Отец дал его Кире, когда та попросила его о каком-нибудь оружии. Оно было необходимо для достижения целей, которые Кира перед собой поставила. Но она и представить не могла, что первый раз ей придется использовать его так.

Уставившись в пол, Ранк сглотнул.

 - Ну же...

Обойдя анкела, Гьер крепко ухватил оба крыла. Понимая, что причиняет другу неизбежную боль, потянул их вверх - и в ту же секунду Кира, размахнувшись, нанесла удар.

Сдавленно рыкнул Ранк. Вскрикнула, зажимая рот ладонями, хозяйка. Два светлых крыла, уже почерневших и загнивших у основания, остались в руках Гьера.

 - Спасибо, - прошептал анкел. Пошатываясь, он встал на ноги. - Теперь поехали отсюда. Лошадь найдется?..

Кира подумала, что так и не спросила Ранка, может ли он летать на своих крыльях. Вернее, теперь об этом нужно было говорить в прошедшем времени: мог ли... Но какая теперь разница...

Два. Этого уже достаточно, чтобы осуществить задуманное.

...Кела видела, как они приближались. Сквозь дурной сон, сквозь темное марево, в котором дрейфовало ее сознание, она видела, как Кира, Гьер и Ранк приближаются к ней. Они шли издалека, но двигались быстро. Анкелы ни о чем не подозревали...

Они ни о чем не подозревали до последней минуты. Даже не поняли, кто на них напал и откуда эти нападавшие взялись. Дюжину анкелов разметало, словно опавшие листья порывом ветра.

Огромный древесный клубок, возвышающийся в центре двора, развернулся, открывая свету каменный саркофаг. Стало понятно, как он образовался: деревья, реагируя на магию Келы, пытались придти ей на помощь. Сдвинуть крышку они так и не сумели, но друзей от врагов отличили и развернулись, пропуская их.

Крошечная щель во мраке показалась ослепительным лезвием, полоснувшим по глазам. Кела вскрикнула, но из горла вырвался только хрип: голоса не было.

 - Все хорошо, Кела, все хорошо. Мы пришли. Мы здесь. Все закончилось...

Не в силах открыть глаза, Кела протянула едва слушавшиеся ее руки, и тут же ее обняли, затискали, а потом вытащили из каменного корыта, подняли и понесли.

 - Гьер...

 - Я здесь, Кела. Я тоже здесь...

Держа за руку Ранка, Кира с умилением смотрела, как бережно бывший маг несет к оставленным в укрытии лошадям ее подругу...

Три. Теперь можно двигаться дальше.

 - Куда мы теперь, Кира? - спросил Ранк.

 - В Ленград, - ответила наемница.  - Да, Кела?

 - Ага, -  уверенно согласилась менестрелька, обнимая за шею Гьера.

Кира посмотрела на Ранка:

 - Ты ведь так и не побывал в этом городе, помнишь?..

...Подъезжая к дому Джана, спутники заметили двух мальчиков, играющих в палисаднике. Одним из них был Кати. Вытянув руку, он заставлял танцевать змейку из блестящей зеленой бумаги. Второй мальчик, сидя на траве, зачарованно наблюдал за змейкой и движениями пальцев ученика мага. Этим вторым был... А догадайтесь, кто.

 - Здравствуй,  Кати! - крикнула Кира, открывая калитку. - Привет, Арик!

 - Арик, что ты здесь делаешь? - удивленно спросила Кела.

Мальчик поднялся навстречу гостям.

 - Вас жду.

 - Где-то я уже это слышала, - заметила Кира.