Куда тянутся души (СИ) - Пенкина Анастасия - Страница 141

Ничегонеделание утомляло в разы быстрее, чем серьезная физическая тренировка. И ближе к ужину, я легла вздремнуть, предварительно спрятав наряд в шкаф.

Габриэль появился тихо и разбудил меня нежным поцелуем в щеку. Еще не успев открыть глаза, я улыбнулась с наслаждением втянув аромат своего мужчины: запах леса, мяты и амбры. Как же я соскучилась за этот день тянувшийся целую вечность.

Да, Габриэль не идеален. Он самоуверен, порой излишне, и привык полагаться только на себя. Но слишком долго он жил в этом мире один. Для него не существует принципов, через которые нельзя переступить ради достижения своих целей. И он бы наплевал на долг ради меня, если бы не решил, что таким образом спасет, что единственный способ сделать это — дать обещание брату. Зато Габриэль не страдает излишним упрямством, и признал все свои ошибки. А я его простила. И готова переступить через свои принципы. Если ничего не выйдет, все равно не откажусь от него. Потому что без него в душе пустота, потому что я люблю его, и буду любить вопреки всему. Потому что готова поспорить с первородными в борьбе за свое счастье, не говоря уже о простых смертных.

— Обряд состоится через пару часов, — хрипло шепча сообщил Габриэль, нашел мою руку под одеялом и с силой сжал ее.

В бирюзовых глазах бушевала тоска.

— Эй, все будет хорошо, — стараясь придать своему голосу уверенности пробормотала я. — Никто не умирает. Лучше беспокойся о том, как не допустить бойни с бездушными. Мне бы хотелось сохранить этот мир, не таким как есть, конечно, но больше не теряя кого-либо еще, к этому я не готова, да и эту жизнь хочется прожить в спокойствие… и долго.

— Тогда почему у меня чувство, что стоит выйти за порог и все исчезнет? Ты исчезнешь.

Слова Габриэля сочились горечью, и я едва сдерживала себя, чтобы не рассказать ему все. В глазах хоть и не бушевала Тьма, но внутри него, я точно знаю, противоречивые эмоции бьются с друг другом. Надеюсь победит та, что позволит исполнить мой план.

— В этом мире все, что имеет ценность, едва ли исчезает бесследно. И я не исчезну. Обещаю.

Вот он, подходящий вроде бы момент рассказать о беременности. Мы делимся переживаниями тихо, слышно только нам. Интимно. Откровенно. Но в то же время — это самый неподходящий момент. Габриэль на грани. Он не хочет делать мне больно, а свадьба с другой женщиной та еще приятность. Но, если он откажется, и его настигнет наказание от великих духов, я едва ли буду счастлива. И я-то точно знаю от чего мне будет больнее, а вот Габриэль не уверен. Но тут я сама виновата со своим упрямством и ничего не значащими, как оказалось, в реальности принципами.

— Все будет хорошо, — заверила я. — Просто доверься мне.

И он доверился. Не задавая больше вопросов поцеловал и ушел. Еще никогда тишина пустой комнаты не была настолько оглушающей. И только ускоряющийся пульс и удары сердца в висках было слышно.

Глава 17

Я собиралась не спеша. Но сердце продолжало биться часто-часто, отсчитывая своим стуком секунды — время до решающего момента. Когда станет ясно: продолжится ли моя борьба или настанет конец.

Оставив волосы распущенными, собрав лишь несколько прядей на затылке и украсив голову украшением, любезно предоставленным загадочным «благодетелем», закончила приготовления. Платье из легкой ткани, с чуть спущенными плечами, село идеально. Как и обувь. Единственным, что я взяла с собой, был указ о моей «свободе». Набросив на плечи меховую накидку, я вышла из башни, быстро и не задумываясь (капля сомнения все же бередила душу).

Всех последствий предугадать невозможно. И я искренне верю, что даже великим духам это не под силу.

Ночь опустилась на Смагард незаметно. За несколько минут серые неприглядные тучи окрасились в темные краски забрав остатки естественного света. Но мне это было только на руку. Пробиралась к храму прячась от глаз спешащих гостей в темных углах. Видимо, приглашенных очень много, и не все приняли участие в шествии.

Свадебная процессия, по обычаям людей в магическом мире, не такая церемониальная, как у магов, она начиналась из тронного зала, и проходила через замок почти напрямую. Но я не могла так рисковать, вливаясь в толпу гостей так нагло, кто-нибудь да заметил бы, поэтому и пошла в обход через сады.

До ушей доносились музыка и песнопения, что сопровождали идущих к храму. Я прислушивалась к каждому постороннему звуку, всматривалась в даль и по сторонам, ловя каждое шевеление листвы. Но полная сосредоточенность не помогла мне предугадать неожиданную встречу.

— Анна!

Я наткнулась на твердую широкую грудь разбойника чуть не отлетев назад, но сильные мужские руки удержали меня.

— Куда ты так спешишь?

Теплый карий взгляд скользнул по моему наряду. Разбойник неодобрительно нахмурился.

— А ты что здесь делаешь? Разве солдаты не должны находиться в это время в казармах? Кстати, рада что ты в порядке, — попыталась я перевести тему.

Ариман выглядел посвежевшим, подтянутым, чистая и опрятная солдатская форма ему очень шла. Хорошее питание и тренировки пошли на пользу.

Но под пристальным взглядом бывшего разбойника мне стало не по себе. Он, казалось, видит меня насквозь.

— Вообще-то искал тебя. Натаниэль сказал, что ты поселилась в покоях Делагарди.

Ну вот отчего мне стало так неловко? Краска предательски заливала лицо, смотреть в глаза разбойника было стыдно. Ладони на моей талии жгли, но отнюдь теперь не приятно. Но я сама давала ему ложную надежду.

Как бы не был хорош Ариман, мое сердце не трепещет от его близости и ласкового взгляда. Не затягивает как взгляд Габриэля, и не поднимает тепло изнутри как прикосновение рук родного мужчины.

— Ну вот, нашел, — равнодушно напомнила я. — И что теперь?

Я попыталась выбраться из объятий Аримана, но они стали только крепче.

— Анна, — протянул разбойник. Голос его стал хриплым, будто слова выходили с трудом, но он продолжил глубоко вздохнув. — Давай сбежим. Он же женится, прямо сейчас! Зачем тебе такая жизнь?! Я смогу обеспечить тебя, я буду любить тебя…

— Ариман, — обреченно протянула я, перебив пламенную речь, упираясь кулаками в его грудь.

— Подожди, я знаю, что вас связывает настоящая любовь. Мне плевать! — продолжал Ариман, не отпуская меня. — Это можно пережить. Не все встречают свою настоящую любовь, но все равно находят кому подарить нежные чувства в каждой жизни. Моей любви хватит на двоих. Пройдет время, и ты забудешь Делагарди.

Ариман, освободив одну руку и продолжая удерживать другой, провел кончиками пальцев по моему лицу. Столько нежности было в этом жесте, мольбы, что от жалости к разбойнику чуть не навернулись слезы. Какая же я сволочь.

Но весь этот бесполезный и только мучительный для меня разговор отнимал драгоценные минуты.

— Ничего не выйдет, Ариман, — твердо заявила, остановив его руку, что поглаживала мою скулу. Сильнее оттолкнула в грудь и вырвалась, отступая на пару шагов. — Я жду ребенка от него.

Ариман и так не пытался ко мне приблизиться, но новость его оглушила. Застыв на месте, он переводил взгляд с моего лица на живот. И руки сами собой легли туда, где развивалась новая жизнь.

— Мне нужно спешить.

Не в силах смотреть на оглушенного моими словами разбойника, я направилась дальше. Но Ариман последовал за мной, тут же нагнав меня.

— Зачем ты идешь туда?

Я чувствовала себя отвратительно. Не физически, но морально. Такими темпами Габриэль о том, что станет отцом, узнает последним. Но как еще я могла объяснить Ариману, что мы не можем быть вместе? Врать ему больше не хотелось.

— Я должна остановить свадьбу.

— И чего ты добьешься? Делагарди нарушит клятву и духи накажут его душу. Ты останешься одна.

Осведомленность Аримана меня не удивила. Слишком многие знали о клятве Габриэля.

Я не останавливалась, и разбойник не отставал.

Посвящать его в свой план я была не намерена — времени и так не остается. Пусть идет за мной, если хочет, лишь бы не останавливал.