Враг престола - Гарин Дмитрий - Страница 58

— Вот тебе вопрос: какая судьба ждёт герцогство, если Адамант наложит лапы на Запределье? Чем станут заниматься носители колец? Рыбу ловить? Капусту выращивать? Много поколений они сражаются и гибнут за короля. Эти люди разучились держать в руках плуг.

— Я уверен, что кольценосцы найдут свой путь.

— Сейчас восточные земли обеспечивают нас всем необходимым: золотом, пищей, сталью. Как ты думаешь, сохранят ли они благосклонность, если Предел утратит свою роль? Если им больше не от кого будет защищаться?

— Я не могу поверить, что это говоришь ты, отец. Это неподчинение престолу, измена.

— Слова. — Герцог брезгливо сплюнул за стену. — Если всё это отребье желает покинуть королевство, почему мы должны мешать ему? Это будет услуга всем его жителям.

— Но они убили короля!

— Это ещё неизвестно. Принц наверняка недолюбливает Оша за то, что тот украл у него часть северной победы. Именно орки открыли тогда ворота Нордгарда, позволяя войску Дрогнара устроить в замке резню. Да и западную крепость мальчишка, скорее всего, не хочет отдавать оркам. Всё это плохо пахнет. Уж поверь моему чутью.

— Но не можем же мы просто открыть ворота. У стен полно ушей и глаз. Даже здесь. Если об этом станет известно, на нас падёт гнев короны.

— А вот теперь ты заговорил как лорд, — усмехнулся герцог, разгладив окладистую бороду. — Стену перед Разливом всё ещё чинят?

— Фундамент основательно подмыло. Часть кладки обвалилась в реку. Работы там ещё по меньшей мере на месяц.

Обычно герцог очень не любил, когда в подотчётной ему оборонительной линии образовывалась брешь, но на этот раз он испытывал совсем другие эмоции.

— Отлично, — сказал он, — просто отлично.

— Я вижу их! — крикнула Зора.

В предрассветной полутьме огни Предела чередовались с красноватыми точками костров, окружающих далёкую крепость.

— Глупо было соваться сюда, — посетовала Анастасия. — Когда мы доберёмся до замка, я поеду вперёд и попробую договориться.

Она знала, что герцогу наверняка доложили о случившемся, Джон Редклиф был старым другом отца, но они были в Свинцовом замке всего один раз, одиннадцать или двенадцать лет назад. Тогда её мать была ещё жива. Ферро и Редклифы имели давнюю совместную историю. Сможет ли она воспользоваться этим, чтобы убедить герцога пропустить их? Едва ли им удастся прорваться с боем, имея в распоряжении чуть больше дюжины человек.

То, что они увидели вечером, когда добрались до каменистой равнины, лежащей у подножия крепостных стен, заставило Анастасию пересмотреть планы. Орки были всюду. Раскинув грубые шатры из шкур и сыромятной кожи, они жгли сотни костров, таская хворост из редких южных зарослей. Она никогда не видела такого раньше. Десятки разных племён собрались в одном месте, не пытаясь при этом разорвать друг друга на части. Устроившись под самым носом хранителя Предела, орки чего–то ждали.

— Чтоб меня варги взяли, — присвистнул Ургаш, покидая карету герцогини. — Напомни мне похвалить Яргу и его бегунов.

Анастасия никак не могла поверить, что король даровал этому монстру титул графа, тем самым поставив орка на одну ступень с её отцом. Впрочем, ещё недавно она думала, что её отец мёртв. Если, конечно, коварный королевский секретарь не обманул её, преследуя какие–то свои цели. Нет, она не хотела об этом даже думать. Он должен быть жив. Она чувствовала это. Она верила. Иначе — каким чудовищем надо быть, чтобы так подло использовать любовь дочери к своему родителю.

Впереди показалась группа разномастных орков, преградивших дорогу.

— Я — Урва, — представился один из них, держащий короткое кривое копьё. — Ты — Ургаш?

— Я — Ургаш, — подтвердил великан, ударив себя в грудь кулаком.

— Имя мне Йо’Край, — объявил другой, высокий и худой. — Мы — племя Большого пальца. Слово о Крушителе доходило до нас. Сильный вождь — сильное племя.

— Сильный вождь — сильное племя! — вторили за его спиной соплеменники.

— Что за люди с тобой, вождь вождей? — спросил другой, коренастый пузан с длинными, толстыми и волосатыми руками. — Я — Арку, главарь Большеруких. Они — твоя добыча?

— Ургаш служит людям! — раздался грубый, низкий бас.

Орки расступились, и вперёд вышел громила, покрытый шрамами и грубыми татуировками. Чем–то он напоминал Ургаша, но был куда моложе. Завершал образ боевой топор, торчащий из уродливой лысой головы. Судя по слою ржавчины и сгнившей рукоятке, он был там уже довольно давно.

— Я говорю, Ургаш — слабый орк, — продолжил здоровяк, тыча пальцем в сторону кареты. — Сильный орк не служит людям. Сильный орк убивает людей. Я пришёл убивать тебя, слабый орк.

Ургаш невозмутимо приблизился к сопернику.

— Может, ты и убьёшь меня, — вождь поднял палец, указывая в сторону Чёрных гор, — но как ты убьёшь это?

Когда громила повернулся, Ургаш молниеносным движением ударил его в челюсть. Обмякшая туша орка тяжело опустилась на землю.

— Кто–то ещё пришёл сюда убивать меня? — поинтересовался Ургаш, разводя руками. — Это люди служат мне, а не наоборот. Всем понятно?

Всё существо Анастасии захотело восстать против последнего заявления великана, но она сумела сдержаться. Сейчас было не самое лучшее время для гордых выходок.

Орки дружно заверили, что они–то и не помышляли о подобной глупости, а хотели предложить могучему Крушителю лишь свою помощь. Нет, они не просто боялись его. Здесь было что–то ещё. Словно они знали, что должны пойти за ним. Чувствовали это особым, недоступным для человека звериным чутьём.

Они двинулись к замку. Первый раз Анастасия видела домашнюю жизнь тех, на кого охотилась последние годы. Это была не армия и даже не банда. За камнями опасливо жались чумазые дети. Полуобнажённые женщины что–то готовили или мастерили. Облачённые в кожу, меха и убогие доспехи мужчины провожали чужаков хмурыми взглядами, ревностно охраняя свою территорию.

Только теперь Анастасия осознала весь размах того, что сотворил Ургаш и его спутники. Впервые орки объединились вокруг общей цели. Она поняла, что мир уже никогда не будет прежним.

— Что за… — выдохнул Ургаш и свернул в сторону привлечённый внезапным шумом.

Из–за убогого шалаша, сооружённого у крутой насыпи, вылетел огромный бурый зверь. Лошади взволнованно заржали, но всадники удержали их. Сначала казалось, что варг набросится на Ургаша, но, отхватив тяжёлую оплеуху, хищник отскочил в сторону.

Послышался звук сухой палки, стучащей по камням. Вслед за варгом появился старый ушастый орк, смотрящий перед собой неподвижным взглядом.

— Живой! — воскликнул Ургаш, и Анастасии послышались в этом слове нотки радости. — Старая развалина!

— Кое–кто остался на прежнем месте, — ответил старик, принюхавшись. — Но большинство пришло со мной. У нас будет новый лагерь?

— Добрая стоянка! — подтвердил вождь. — Там Ош в повозке подыхает. Ты бы помазал его каким–нибудь дерьмом, что ли.

Спешившись, Зора открыла дверцу. Запустив руку в ветхую суму, старик исчез в карете.

— Седлайте мохнатых, — объявил Ургаш остальным, — мы отправляемся на запад!

Словно в ответ на его слова, со стороны крепости раздался лязг поднимающейся герсы. Крепостной мост перекрыл ров, и в просвете ворот появились закованные в сталь всадники Предела.

— Здесь будьте, — велел вождь представителям племён. — Мы пойдём переговорим.

Карета герцогини неспешно двинулась по разбитой подъездной дороге. Её сопровождали Ургаш и отряд Анастасии, опасавшийся оставаться среди тех, кого они ещё недавно считали своими заклятыми врагами. Зора правила лошадьми, опасливо поглядывая на зубчатые стены Крепости Наблюдателя, где маячили тёмные силуэты арбалетчиков.

— Не думал, что встречу вас здесь, леди Ферро.

— Малькольм, это ты? — удивилась Анастасия, пытаясь лучше разглядеть юношу.

Последний раз они виделись много лет назад, когда он был скромным, замкнутым и стеснительным мальчиком. Теперь от того невзрачного паренька не осталось и следа. Перед ней был настоящий воин, страж Предела.