Выбор Шатеры - Ясинская Яна - Страница 102

— Бэр! Как Дэмонион узнал о кристалле?!

Ответ — нечленораздельное мычание.

Старуха хватает графин с водой, стоящий неподалеку на столике. Одним махом выливает его на голову заплывшего жиром дэуса.

— Бэр!!!

Верховный Лекарь нехотя потягивается, трет руками мокрое лицо, окончательно размазывая по щетине пудру и румяна.

— Бэр… — На этот раз голос Глэдис звучит гораздо тише: разочарованно, обреченно. — Как ты мог проболтаться?

Пьяница с трудом открывает глаза. Тупо уставляется на Верховную Ведунью. Пару раз махнув ладонью возле лица, будто отгоняя кошмарное видение, дэус Бэр со стоном человека, умирающего от похмелья, садится на диване.

— А… Это ты, Глэдис. Я ждал тебя. Не вовремя ты улетела, не вовремя…

— А я жду ответа. — Металл в голосе старухи явно не предвещает ничего хорошего.

— Не я. Ромеро, будь он неладен.

— Посол Ромеро?! Он-то здесь при чем?! — Первоначальное удивление Глэдис вскоре сменяется понимающей усмешкой. — Ромеро… И сколько ты ему должен?

Теперь оставалось лишь корить себя: она должна была догадаться, что рано или поздно этот алчный, азартный пройдоха окажется в чьих-нибудь руках. Видно, сильно прижал его прощелыга-землянин.

Обманчивое спокойствие старухи придает Верховному Лекарю напрасную самоуверенность. Впрочем, он был бы честен с ней в любом случае. Бэра можно назвать как угодно: пьяницей, распутником, жадным до денег, но не дураком. А лишь дурак стал бы врать проницательной Верховной Ведунье, особенно когда та на взводе.

— Пятьсот тысяч.

— Сколько?! — Обычно удивить Глэдис достаточно сложно, но Бэр справился с легкостью. — Бэр! Разорви тебя стая драгов, ты что, планету в карты заложил?! Да ты за всю жизнь столько при дворе не заработал!

— То-то и оно, — невесело хмыкает Верховный Лекарь, торопливо отводя взгляд от разъяренной ведуньи, и продолжает поспешно оправдываться. — Ромеро уверил, что его цель — поспособствовать восхождению на престол Атарксиса и возобновлению войны с Альтаиром. Мы же сами хотели этого, Глэдис! Давай не будем врать сами себе: Дарию ни к чему перемирие… Мы — великая держава…

Договорить он не успевает. Взмах старческой руки — и перепуганный толстяк с поросячьим визгом отлетает метров на десять, со всей мощью своего немалого веса вписываясь в стену.

— Я лишь хотел… — не то отчаянный визг, не то плач.

Но Глэдис уже глубоко наплевать, чего хотел Бэр.

Идиот! Моча гиподрила! В погоне за деньгами он забыл, что отвечать за кристалл придется не перед старой приятельницей Глэдис, с которой они опрокинули не один бокал эля. О нет! Ему придется держать ответ перед той, которая вырастила и возвела на престол императора Дария. Той, чья мощная магия уничтожала целые поселения Древних. Той, чье спокойствие и расположение весьма обманчивы. Потому что именно она — Верховная Ведунья — вот уже несколько столетий вершит и контролирует судьбу Дарийской империи.

Она и никто другой!

Увы, Бэр, стремясь решить накопившиеся финансовые проблемы, видимо, напрочь забыл, с кем имеет дело.

— Где кристалл?!

— Я не знаю! — вскрик, переходящий во всхлип. — Но у Ромеро его больше нет. Он пытался вывезти его с Дария, спрятав в вещи альтаирского принца, а тот… исчез. И никто теперь не знает, ни где принц, ни где кристалл.

Глэдис закрыла глаза.

Усталость — огромная, всепоглощающая — в один миг лавиной обрушивается на нее.

Она прожила так много и так долго — века! — и все же до сих пор не смогла привыкнуть… Не смогла перестать удивляться человеческой алчности, глупости, недальновидности…

Подставить целую империю из-за какого-то долга…

Да… На этот раз Бэр превзошел сам себя.

Но что еще хуже: звезда Сатаба уже склоняется к закату. Ровно через сутки на Плато Семи Ветров должен будет выйти Атарксис и предъявить свое право на Жезл Власти, а вместе с ним — и на второй трон соправителя Дарийской империи.

Но теперь, когда весь двор знает, что кристалл поддельный, задумка Верховной Ведуньи посадить на престол троюродного племянника Дэмониона, не имеющего в жилах и капли императорской крови, теряет смысл. По древнему закону завтра любой желающий — даже простолюдин — сможет точно так же выйти на Плато и предъявить право на Жезл Власти. И с легкостью возьмет его в руки, потому что настоящего кристалла, генерирующего силовое поле Дария, у них больше нет.

Страшно представить, сколько людей, зная, что кристалл поддельный, отважится в День Солнцестояния бросить вызов Дэмониону! И что самое ужасное: тот, кто первым прикоснется к Жезлу, станет соправителем Дария. Наверняка найдутся те, кто опередит Атарксиса. И это будет началом конца Дарийской империи. Потому что нарушить закон Древних — не признать соправителем того, кто удержал в руке Жезл Власти, — Дэмонион не посмеет. Ведь в противном случае пошатнется его собственная власть, которую император получил точно таким же способом — покорив Жезл.

— Что ты наделал, Бэр…

Кряхтя и постанывая, еще не до конца протрезвевший Верховный Лекарь кое-как встает на ноги. Ковыляет к бару, залпом выпивает бокал с чем-то крепким. Морщится.

— Дело сделано, Глэдис. Сглупил — признаю.

— Сглупил?! — Кажется, еще немного, и ведунья начнет смеяться.

— Да, сглупил, — мрачно бросает Бэр. — У Ромеро на меня компромат. Узнай Дэмонион о моих делишках, мне не жить.

— Тебе и так не жить, Бэр. — Верховная Ведунья устало садится в кресло, принимая из рук толстяка бокал с элем. — Боюсь представить, что начнется на Плато Семи Ветров. Чую, в этот раз от претендентов на Жезл Власти не будет отбоя… И тогда наступит хаос… Хаос… Хаос… — Старуха невесело хмыкает, отпивает глоток, морщится. — Дрянь! Дело полная дрянь!

Верховный Лекарь плюхается в кресло напротив ведуньи. Нормально стоять на ногах он не может — шатает из стороны в сторону. Вид как у побитого драга. Видимо, Бэр действительно не предполагал, что его попытка погасить долги превратится в катастрофу для целой империи.

Как и Глэдис, ему не все равно, что будет с Дарием. Но о себе Бэр всегда заботился больше. Впрочем, есть еще кое-что, на фоне чего все остальные проблемы, даже похищенный кристалл, отступают на второй план.

— Глэдис, ты сохранила конверт? Тот, что не дала мне открыть, потому что дело уже было сделано.

Верховная Ведунья медленно поднимает усталые глаза. Пожалуй, этот вопрос — последнее, что она хотела бы услышать сейчас.

— Почему ты спрашиваешь об этом? Спустя столько лет…

Стеклянный, задумчивый взгляд Бэра впивается в пустоту. На лице ни следа эмоций.

— Ты никогда не задумывалась, вдруг мы… ошиблись? Что, если девчонка обвела нас вокруг пальца? Что, если это не она, а мы сами, по незнанию, предали его? Что, если все это входило в ее извращенный план мести?

Тихо. Давно в этой комнате не было так тихо. Жизнь и время словно замерли в ожидании своего приговора. А затем… Взмах руки Верховной Ведуньи — и дэус Бэр вновь отлетает на противоположную сторону кабинета. Но теперь бьется головой о стену с такой силой, что без сознания замирает на полу в луже собственной крови.

— Не смей! — Самообладание окончательно покидает Верховную Ведунью. — Даже думать об этом не смей! Мы все сделали правильно! — И все же в голосе проскальзывают предательские нотки сомнения, сплетенные с ужасом и отчаянием. — Правильно!

Адейра. Подземный город

— Я не собираюсь подставлять Альтаир, но и без своей жены я никуда отсюда не улечу!

— Да стой же ты! Упрямец! — Запыхавшийся Дерек хватает за руку Эвана, который решительно направляется к выходу. — Где ты ее искать собираешься? Она же как сквозь землю провалилась! На связь не выходит!

— В Руаре. Больше ей негде быть.

Спокойный взгляд альтаирца говорит лучше любых слов: Эван уже принял решение и теперь его не остановить.

К парням подходит встревоженный отец Марк:

— Не упоминайте здесь обитель.