Выбор Шатеры - Ясинская Яна - Страница 112

Корона императрицы Дария.

Глэдис нет нужды смотреть в лицо этой совсем юной женщине, чтобы понять: перед ней — она…

Императрица.

Императрица Адамаск.

Насмешка судьбы. Ирония жизни. Девчонка, которую она сама же привела в Руар и которую ей так и не удалось подчинить себе.

Если бы кто сказал Глэдис, что однажды она — Верховная Ведунья Дарийской империи — преклонит колени перед этой катарской нищенкой, — старуха бы рассмеялась.

Но сейчас ей совсем не до смеха.

Потому что перед ней стоит она — императрица Адамаск.

Ее новая госпожа. Ее императрица, которая даже не удосуживается обернуться, словно не желая отвести взгляд от ночного звездного неба.

Несмотря на боли в спине и ногах, Верховная Ведунья склоняется перед молодой повелительницей, боковым зрением улавливая еще какое-то движение.

Из темноты появляется Карл. Он, как и Глэдис, в полном смятении. Возможно, будь его воля, он бы мог убить зарвавшуюся девчонку, осмелившуюся бросить вызов целой империи, но… Неподвластная им, древняя, как сама жизнь, сила неотвратимо тянет обоих к юной повелительнице, которая всего лишь пару часов назад на глазах многотысячной толпы и изумленного Дэмониона подчинила себе Жезл Власти.

Странное, давно забытое, щемящее душу чувство переполняет души Верховной Ведуньи и Верховного Воина. Они испытывали его лишь однажды — когда присягали в верности самому Дэмониону. Ни до, ни после в их жизни не было ничего подобного. И вот сейчас они клянутся верой и правдой служить той, которую считали ниже себя… Той, за которую теперь, не задумываясь, отдадут собственную жизнь.

Юная императрица медленно оборачивается, и только сейчас до Верховной Ведуньи в полной мере доходит то, что она не могла уловить в Адамаск все эти годы. Так вот почему там, на Плато Семи Ветров, от ужаса парализовало Бэра! Он увидел то, что сейчас видит Глэдис.

С забранными под корону волосами, в императорском платье, девчонка до парализующего ужаса походит на ту, которую Глэдис ненавидела всей душой, ту, которая сломала Дэмониону жизнь, — на свою родную мать, императрицу Арасэли.

Эпилог

День восхождения на престол императрицы Адамаск вошел в историю Вселенной как День тишины. Невесть откуда взявшаяся самозванка, сумевшая подчинить себе Жезл Власти, воспользовалась традиционным правом вето и запретила в День Солнцестояния убивать — чтобы не навлечь на империю проклятие Древних. Именно благодаря столь удивительному стечению обстоятельств новому императору Альтаира Иоанну Дрогварду Второму и его друзьям удалось покинуть пределы Дарийской империи, не нарушив условия перемирия.

История о катарской девчонке и альтаирском принце будет старательно погребена в памяти всех, кто к ней причастен. Ибо эти двое, правители враждующих империй, уже никогда не смогут быть вместе.

По крайней мере не должны…

Но у Бога свои планы. И словно вопреки самой судьбе пути императора Альтаира Иоанна Дрогварда Второго и императрицы Дария Адамаск Великой еще не раз пересекутся.