Выбор Шатеры - Ясинская Яна - Страница 52

— А чего это ты с дарийкой, как со старой знакомой, разговариваешь? — мгновенно настораживается толстяк.

— Тебя забыли спросить, в каком тоне ему со мной общаться, — не выдержав, огрызаюсь я, хоть и обещала альтаирцу быть паинькой. — Эван, зачем он нам вообще сдался?

— Нам?! — Дерек даже не пытается скрыть возмущение, поворачивается к альтаирцу. — Я что-то пропустил?! Эван, с каких пор у тебя приятельские отношения с шатерой? Ты ничего не попутал?! Твой лучший друг я! Может, объяснишь, что здесь происходит?

Альтаирец, очевидно, давно привыкший к брюзжанию друга, без зазрения совести игнорирует его возмущения, спокойно объясняя мне ситуацию:

— Дерек — пилот планолета. Без его помощи мы не доберемся до Адейры.

— Я не понял! Что мы в столице-то забыли? Мы же недавно оттуда приехали! — никак не желает угомониться толстяк. — Я еще не надышался свежим воздухом! Я не хочу обратно в Адейру!

Вот зануда!

— Дерек, у меня крупные неприятности. Потом все объясню.

При упоминании о неприятностях толстяк меняется на глазах. Настораживается. Похоже, он куда лучший друг, чем я думала поначалу.

— Приготовь, пожалуйста, планолет. Только тихо. Не хочу, чтобы кто-то знал о том, что меня не будет здесь пару дней.

— Ладно.

Должна признать, это ценное качество: выполнять просьбу, не задавая лишних вопросов. Мне уже даже начинает немного нравиться этот ворчливый толстяк, как он сам же все и портит!

Стоя возле двери, Дерек оборачивается.

— Эта тоже с нами летит? — ну вот, снова ехидный тон.

— Да, — отзывается Эван. — Дерек, пожалуйста, давай без комментариев.

— Как скажете, повелитель, — ерничает друг, исчезая за дверью.

Бросаю взгляд на альтаирца.

— Придурок какой-то.

— Он о тебе тоже невысокого мнения, так что вы квиты, — хмыкает Эван, но все же добавляет: — Дерек хороший парень. Ему можно доверять.

— Уверен?

Парень устало смотрит на меня.

— Ада, я не обязан перед тобой отчитываться. Не хочешь лететь с нами — не лети. Тебя никто не неволит. Ты свободна как ветер. Можешь делать со своей жизнью все, что хочешь.

Легко сказать: «все, что хочешь»! А что, если я сама не знаю, чего хочу?

5. СУМРАЧНЫЙ ЛЕС

Полупустой ангар. Прежде чем зайти, воровато оглядываюсь. Надеюсь, никому из знакомых не попадусь на глаза. Лишние вопросы мне сейчас совсем ни к чему.

Мы с Эваном расстались примерно час назад. За это время я успела забрать из кустов свой рюкзак (в котором сейчас и покоится кристалл), переодеться в куда более удобную дорожную одежду. Все-таки есть большой плюс в том, что формально меня приставили к альтаирцу. Верховный Воин больше не допытывает вопросами, куда и зачем я иду.

Как раз в данный момент я торопливо бегу к одному из планолетов, у трапа которого копошится Дерек. Эван должен быть с ним.

Так и есть. Нахожу своего альтаирца в капитанской рубке. На нем летная форма — такая же, как у Дерека. Судя по тому, что Эван сидит в кресле второго пилота и запускает какие-то непонятные мне приборы, с планолетом он на «ты». И не скажешь ведь, что особый гость императора. Запоздало задумываюсь: интересно, какое отношение Эван вообще имеет к Дэмониону? Хочу расспросить, но понимаю: сейчас не самое подходящее место и время для расспросов, поэтому молча сажусь в кресло за его спиной.

— Ремни пристегни, — приказывает Эван.

Мне совершенно не нравится его хозяйский тон. Когда мы летали с Глэдис, старуха не заставляла меня пристегиваться.

— Мне и так неплохо.

— Ада, пристегни ремни безопасности, — настойчиво повторяет альтаирец. — Ты обещала мне не перечить! Или мне самому это сделать?

Сознательно медлю с ответом — не люблю подчиняться. Эван же воспринимает мое молчание как отказ, поэтому не успеваю я и пикнуть, как оказываюсь намертво пристегнутой к креслу.

— И попробуй только отстегнуть до конца полета, — вдобавок угрожает он, возвращаясь на место. — Высажу прямо посередине пути. Надеюсь, летать в Руаре тебя тоже обучили.

— Очень смешно! — фыркаю в ответ.

Хочу сказать зарвавшемуся альтаирцу все, что о нем думаю, но не успеваю — в рубке появляется растерянный Дерек.

— Ребят, тут такое дело… У нас вроде как гости. Из диспетчерской попросили добросить двоих до Адейры. У них там что-то срочное, а плановых вылетов нет. — Толстяк виновато смотрит на хмурого Эвана и извиняющимся тоном добавляет: — Дружище, прости, но я не мог отказать диспетчерской. Нам бы не дали разрешение на внеплановый вылет.

Переглядываемся с Эваном.

— И кого надо подвезти? — интересуется альтаирец.

— Вот этих, — Дерек взглядом показывает за плечо.

Смотрю и чувствую, как теряю дар речи, потому что вот подфартило нам, так подфартило! В планолет заходят Мэд и Анигай.

Ну какие были шансы, что Мэд отправят в Адейру именно сегодня?! И к ней в сопровождающего поставят именно Анигая… Неужели в Руаре других свободных воинов не нашлось?!

Перевожу напряженный взгляд с брата на Эвана. В отличие от меня Анигай сразу узнает альтаирца. Предугадать их обоюдную реакцию друг на друга я не отваживаюсь. Что греха таить, братец никогда не испытывал особой симпатии к Эвану, как, впрочем, и альтаирец к нему.

Первым затянувшееся молчание нарушает Дерек:

— Ну, вроде все в сборе. Приземляйтесь кто куда. Взлетаем через десять минут.

Толстяк протискивается в кресло первого пилота. Анигай с Мэдлин, которая, похоже, удивлена встрече не меньше моего, все еще не двигаются с места.

— Ада, что ты здесь делаешь? — не выдерживая, шепчет Мэд. — Ты же должна была быть с…

— Со мной, — зачем-то встревает в разговор Эван.

— Спасибо, что уточнил! — испепеляю недовольным взглядом самонадеянного альтаирца.

Я не дура: прекрасно понимаю, что фраза предназначена по большей части не столько Мэд, сколько моему братцу. Ох уж эти их старые разборки! Главное, чтобы они не возобновились прямо сейчас.

Однако Анигай реагирует поразительно спокойно. Лишь нахально усмехается, глядя в глаза Эвану. Зато Мэд пребывает в шоке и даже не пытается скрыть. На ее памяти еще ни одну шатеру не отправляли к мужчине-альтаирцу. Все-таки другая раса — есть другая раса.

Ошарашенная Мэдлин садится рядом со мной. Пристегивается, то и дело бросая на меня вопросительный взгляд. На мое счастье, спрашивать о деталях прошлой ночи при мужчинах подруга не осмеливается.

— Ну что, поехали? — бодро интересуется Дерек, заводя Двигатели.

Поднимаю голову: через прозрачную кабину видно, как бесшумно раздвигается крыша ангара. С погодой нам повезло — небо чистое, синее. Планолет плавно отрывается от площадки и бесшумно взмывает вверх, навстречу неизвестности.

Нейтральное межгалактическое пространство.

Дипломатический крейсер Земного Альянса

— Что значит — кристалла нет?! — Пожалуй, впервые за долгие годы на кукольном лице рыжеволосой главы Земного Альянса Айлит Боро не остается и следа фирменной улыбки. — Куда он мог исчезнуть?! Как такое вообще возможно?! Ромеро! Вы же заверили меня, что у вас все под контролем! Вы хоть понимаете, что поставлено на карту?! Не просто судьба этой дикой планеты! Нет! Судьба всей галактики!

Стив Ромеро виновато опускает глаза. Даже через голографический экран чувствуется, что мужчина откровенно боится эту хрупкую женщину.

— Простите, но, зная щепетильность принца в вопросах морали, я и подумать не мог, что он будет рыться в чужих вещах!

— Он, возможно, и нет. Но что мешало сделать это, например, прислуге?! — резко обрывает посла госпожа Боро, вставая из-за стола.

Стройная, пышногрудая, в строгом зеленом костюме, с большими белыми бусами на шее и рыжим каре, она могла бы произвести впечатление очень женственной особы, если бы не едва уловимая неестественность, которая предательски просачивалась во всем. В на удивление молодой, подтянутой коже, в идеальной фигуре, в модном ядовито-зеленом цвете глаз, но главное — в искусственной улыбке, которая словно отражала ее не менее искусственную душу. Впрочем, наличие последней у Айлит Боро многие недоброжелатели давно ставили под сомнение.