Выбор Шатеры - Ясинская Яна - Страница 61

Мы, не сговариваясь, стараясь не делать резких движений, отступаем к водопаду. Никому не хочется попасть на обед к драгам — огромным клыкастым волко-оборотням, обступающим нас с трех сторон. Так что теперь тоннель Анигая — наше единственное спасение. Насколько мне известно, драги не большие любители воды, вряд ли по доброй воле полезут под бушующий поток.

— Отступаем, — едва слышно произносит Эван, на автомате пряча меня за спину и подталкивая к водопаду.

Водная преграда совсем рядом. Пара шагов, и мы спасены, но на нашу беду Мэд при виде драгов впадает в ступор. В принципе ее можно понять. Шатера никогда раньше не видела этих кровожадных клыкастых монстров-оборотней вживую, да еще столь близко и в таком количестве.

— Мэд! Мэд! — громким шепотом зову подругу, но она не реагирует. Похоже, на нее нашел тот самый ступор, что и на меня во время аварийной посадки планолета.

Беспомощно гляжу на Эвана. Без Мэдлин я не уйду, и альтаирец это прекрасно понимает.

— Иди к Анигаю, я разберусь, — едва слышно произносит он, но я замираю на месте. Ну уж нет! Я его здесь не оставлю! Без моего альтаирца я с места не сдвинусь!

Толстяк-землянин медленно отступает ко мне, в то время как Эван, напротив, делает шаг вперед, осторожно беря Мэд за локоть.

— Пошли… Тихо… Медленно…

Но «тихо и медленно» у неуклюжей Мэдлин не получается. Она делает шаг назад, цепляется каблуком о камень и с визгом падает на землю. Ее вопль становится для драгов сигналом к нападению. Дальше все происходит как в кошмарном сне.

Эван что-то кричит Дереку. Толстяк на удивление шустро хватает истерящую Мэд и вместе с ней исчезает за водной стеной водопада. В это же самое мгновение альтаирец берет на себя первый удар драгов, тем самым давая мне возможность отступить к тоннелю. Но уйти я не успеваю. Дорогу преграждает огромный драг, который сумел незаметно подойти к нам со стороны. А дальше… Пронзительно-синие зрачки Эвана при виде грозящей мне опасности вспыхивают. Как тогда в Катаре… В хижине с кузнецом…

С невесть откуда взявшейся дикой силой альтаирец перехватывает драга, нападающего на меня, отбрасывает в сторону. Затем отбивает нападение второго, третьего… Зверье с переломанными хребтами пронзительно визжит и воет, подогревая ярость остальной стаи.

— Ада, беги!

Но как бежать?! Четвертый драг на моих глазах впивается ему в руку. Алая кровь, точно такая же, как у дарийцев и землян, растекается по его рубахе. При виде крови драги окончательно сходят с ума, скопом бросаясь на моего альтаирца.

Именно кровь Эвана выводит меня из оцепенения. До меня, идиотки, запоздало доходит — дред! У меня есть дред!

Хватаюсь за оружие. Противное шипение змейки, обвивающей запястье, почти совпадает с моментом, когда я нанизываю на дред драга, вцепившегося в Эвана. Затем второго, третьего… К бойне снова подключается альтаирец, хоть он и серьезно ранен. Но драгов становится все больше — в том числе со стороны водопада. Еще немного — и ловушка захлопнется.

— Ада, беги! Оглохла?! Беги! — с остервенением орет альтаирец, из последних сил отбрасывая зверей.

Но я не уйду без него, и Эван это знает. Мне страшно! За него! За себя! Понимаю: долго мы не продержимся. И тогда я не придумываю ничего более умного, чем…

Выхватываю из рюкзака кристалл и наотмашь бью им первого попавшегося под руку драга.

Запах паленой шерсти. Жалостливое скуление. Визг и… Пугающая тишина.

Нет. Драги не уходят. Они, словно завороженные, смотрят на кристалл в моей вытянутой руке и почему-то не двигаются с места, хотя давно могли бы напасть.

Словно окаменели.

Честно: не знаю, что дальше делать. Зато Эван молниеносно принимает решение. Хватает меня здоровой рукой, и уже через секунду я чувствую, как на голову обрушивается ледяная стена водопада.

Прихожу в себя уже в туннеле. Нас с драгами разделяет лишь несколько метров и легко преодолеваемый поток воды, но они почему-то не отваживаются последовать за нами. Может, решают дождаться у ручья, когда добыча соизволит вернуться. Это невольно настораживает. Как бы в тоннеле не нашлось что-то или кто-то пострашнее драгов.

Поспешно прячу кристалл в рюкзак, после чего поднимаю взгляд на Эвана. И только сейчас до меня доходит, что альтаирец истекает кровью.

Напрочь забываю про кристалл. Бросаюсь к Эвану. Весь рукав — сплошное алое пятно, и меня с новой силой охватывает паника.

— У тебя кровь! Эван, она не останавливается!

В отличие от меня альтаирец сохраняет самообладание.

— Ада, успокойся! Все хорошо! Не надо так… — впервые за эти дни по-доброму, как в старые времена, говорит Эван. Однако голос его предательски ослабевает.

Я не сразу понимаю, с чего это он вдруг так мягок со мной. Мечусь в поисках чего-нибудь вроде жгута или повязки. Лишь случайно проведя рукой по своей щеке, понимаю, что с перепугу за Эвана, сама того не замечая, реву навзрыд. Нервы сдали окончательно — Отар их побери!

Не придумав ничего более умного, отрываю подол своей нижней рубашки. Перетягиваю импровизированным бинтом альтаирцу рану, чтобы кровь не так хлестала. Затем нахожу в рюкзачке небольшую аптечку. На счастье, там есть пузырек с антисептиком и пара шприцев с антибиотиками — базовый набор для руарцев. Отрываю рукав летного комбинезона Эвана, чтобы взглянуть на рану.

Лучше бы я этого не делала! Одного взгляда на рваную рану хватает, чтобы самообладание окончательно покинуло меня. Рыдаю с новой силой. Она просто ужасна! Не думала, что все так плохо. Края рваные. Драг прокусил до кости! Будь моя воля — сбежала бы, лишь бы не видеть такого ужаса. Но бежать некуда. Да и никто, кроме меня, Эвану не поможет. Поэтому, с трудом справляясь с рыданием, пытаюсь как можно тщательней обработать рану. Лишь бы кровь гнить не начала — у драгов отравленная слюна.

— Ада, перестань. Я живой, — пытается пошутить Эван, но мне не смешно. Слезы льются с новой силой.

— Это я… Это я во всем виновата… Вечно от меня у тебя одни неприятности.

— Неправда, — тихо произносит альтаирец, с нежностью проводя ладонью по моей мокрой щеке. — Не плачь. Ты же знаешь: я не могу видеть твои слезы. Рана не смертельна. До свадьбы заживет.

Наши глаза встречаются. Прямо как в детстве. Смотрю в синеву его зрачков и… спохватываюсь. Ну нет! Так никуда не годится! Ранили Эвана, больно ему, а он сидит и утешает меня. Хотя должно быть все наоборот.

— Очень смешно! Ты уже женат! — невольно фыркаю я, вспоминая, что свадьбы у Эвана уже никогда не будет. И тут же, по новой хлюпая носом: — Ты там сильно не воображай! Я не из-за тебя плачу! А из-за драгов…

— Знаю, знаю, тебе жалко убитых волко-оборотней… — поддакивает Эван.

И это меня несколько успокаивает. Если альтаирец еще шутить может, значит, не все так плохо. Перебинтовываю рану. Вроде бы неплохо получилось.

Делаю шаг к водопаду — надо умыться, руки в крови, лицо в слезах. Быстро черпаю пригоршню холодной воды, торопливо отхожу в сторону. Стая недовольных драгов все еще ошивается у ручья, бросая на меня выжидательные косые взгляды. Замечаю, что некоторые уже обедают убитыми сородичами. Ну никаких моральных принципов у этих оборотней!

— Я думаю, все дело в кристалле.

Оборачиваюсь.

— Что?

Альтаирец поднимается на ноги, осторожно кладет раненую руку в повязку, перекинутую через шею, — я ее соорудила из своего широкого тряпичного пояса.

— Мне кажется, Сумрачный лес обладает схожей магией с этим кристаллом. Думаю, он для леса как магнит…

— Который притягивает к нам неприятности?

— Вроде того. Отголоски, драгов и прочие непонятные мне вещи.

— Но драги отступили при виде кристалла.

— Это лишь подтверждает мою теорию. Сумрачный лес и кристалл как-то взаимосвязаны…

Договорить нам не удается, потому что в тоннеле появляется взбудораженный Дерек:

— Ну наконец-то вы здесь! Мы уж думали, вас драги сожрали. Пошли быстрее! Там такое! Вы должны это увидеть!