Выбор Шатеры - Ясинская Яна - Страница 79

Мэд еще не спит. Лежит на кровати и тупо тыкает кнопки на пульте от голографического экрана, с которого диктор вещает последние новости. Подруга отвлекается от лицезрения мельтешащей картинки, лишь когда я берусь пришивать альтаирцу оторванную пуговицу.

— Что ты делаешь? — Любопытная шатера заинтригована настолько, что ставит экран на паузу.

— Не видишь — пуговицу пришиваю.

Завязываю нитку финальным узлом. Проверяю — вроде бы крепко пришила. У Эвана вечно проблемы с пуговицами — отлетают на раз. Я им с Анигаем в детстве столько этих пуговиц напришивала, что и не сосчитать.

— И часто ты малознакомым парням одежду чинишь? — не унимается Мэд, наблюдая, как я возвращаю рубашку в шкаф и проверяю, в порядке ли остальная одежда.

— Мне несложно.

— Это не ответ.

Да, я не ответила! Потому что не знаю, что сказать.

— Кто он тебе? — не унимается Мэд.

Вопрос из разряда тех, на которые лучше ответить, иначе Мэд сама себе все додумает и будет только хуже. На мою беду у нее фантазия богатая.

— Мы были соседями в Катаре.

— Альтаирец жил в Катаре?!

Удивлению Мэд нет предела. Оно и понятно. Подруга знает, что в Руар Эван приехал в составе высокопоставленной свиты альтаирского принца. Получается, что он далеко не «бедный мальчик». Поэтому ей и непонятно, что он делал в забытом Отаром поселении каторжников и военнопленных. Впрочем, я сама до сих пор этого не знаю.

— Да. Жил. У нас в Катаре всегда было скопище со всех концов вселенной, — говорю я и пытаюсь увести разговор в сторону: — Мэд, я устала. Давай спать.

Подруга на удивление легко сдается.

— Хорошо.

Постель оказывается достаточно широкой, мы обе вполне комфортно размещаемся на ней. Подруга выключает свет. Закрываю глаза, но любопытная шатера не унимается. Как назло, именно этим вечером Мэдлин решает поговорить по душам. Вернее — допросить меня по полной программе.

— А он симпатичный.

— Кто «он»?! — слегка теряюсь я, пытаясь сообразить, о ком говорит Мэд. — Дерек, что ли? С каких это пор ты западаешь на землян?

— Да при чем здесь Дерек! — отмахивается она. — Я говорю об альтаирце. Красивый парень.

От такого заявления у меня пропадает дар речи, а заодно и сон.

— Не знаю. Альтаирец как альтаирец. Не в моем вкусе, — пытаюсь говорить предельно безразличным тоном. Для пущей достоверности зеваю. — Слушай, я спать хочу.

— Ты уверена? — из темноты звучит хитрый голосок. — Если он тебе совсем-совсем не нравится, тогда я его себе возьму.

Нет! Ну это уже слишком!

— Не получится. Ты не в его вкусе, — бурчу я. — Он терпеть не может шатер.

— Да? — хихикает настырная Мэдлин. — Но тебя же он себе заказал.

Приподнимаюсь на локте, сердито смотрю на подругу. Я слишком хорошо знаю Мэдлин, чтобы понимать: нашла коса на камень. Она так просто не отстанет.

— Мэд, кончай ходить вокруг да около. Говори прямо. К чему ты клонишь?

Подруга тоже садится на кровати. Сразу видно: ее прямо распирает от любопытства.

— Что между вами? И не заливай, что он просто бывший сосед. Соседи шатер себе не заказывают!

Чувствую, не отстанет. Сдаюсь. Выкладываю подруге все как есть. Ну, или почти все.

— Эван не заказывал меня. В смысле, как шатеру… Узнал в Руаре, решил поболтать. По-другому меня в гости пригласить не получилось. Ой, и не смотри на меня так! Мы с ним дружили в детстве. Даже не дружили, а так… Он был моей работой. Отец Марк платил нам с Анигаем, чтобы мы общались с альтаирцем. Иначе он бы в Катаре от одиночества точно свихнулся. Вот и все. Еще вопросы будут?

— Будут, — не унимается шатера. — А альтаирец знал, что вы с ним за деньги дружите?

— Не за деньги, а за еду. Разумеется, знал. Никто из этого тайну не делал. Анигай вообще ему сразу напрямую сказал, что на дух всех альтаирцев не выносит.

— И?

— Что «и»? Мало ли что не выносит. Кушать хочется всегда.

Надеюсь, подруга удовлетворилась моим развернутым ответом. Но куда там…

— Он тебе небезразличен!

— С чего ты взяла?

— Вы постоянно орете друг на друга.

Усмехаюсь.

— Тоже мне критерий… И это не я на него ору, а он на меня. Первый начинает!

— Из-за чего он на тебя взъелся?

Не хочется признаваться, ну да ладно…

— Он думает, что я шатера.

— Но ты не шатера. Ты из касты воинов. — Степень заинтригованности Мэдлин уже просто зашкаливает. — Он же видел, как ты управляешься с дредом.

Господи! Ну какая же она непонятливая!

— Ну и что? Мэд, Эван альтаирец. Он не обязан разбираться в тонкостях каст Руара. Откуда он знает, что шатера не может, как воин, пользоваться дредом? Ты сама слышала хоть раз про женщину-воина?

— Нет, — немного подумав, соглашается Мэд.

— Вот и он не слышал. К тому же Эван давно спокойно относится ко всем моим странностям. В отличие от тебя он мне вопросы особо не задает. Все! Я спать!

— У меня последний вопрос! Почему ты сразу ему это не сказала?

Не хочется признаваться даже себе самой…

— Чтобы позлить.

Поудобнее устраиваюсь на подушке. Этот бессмысленный разговор мне порядком уже поднадоел.

— Он тебя ревнует.

Простая фраза, брошенная Мэд, окончательно лишает меня сна.

Глупость какая! Быть такого не может! Просто задето его мужское самолюбие, ведь формально мы с ним все же связаны.

— Не говори глупости! Чтобы ревновать, надо любить.

— Согласна, — смеется Мэд, плюхаясь на свою сторону дивана. — Поэтому я и говорю: он тебя ревнует.

Да чтобы эту Мэд приподняло и пришлепнуло! Вот и попробуй теперь усни после таких слов.

Полночи валяюсь без сна, думая о словах Мэд. Эван меня ревнует? Предположение шатеры кажется глупым и нелепым, но в то же время, если честно, греет душу. Ведь ревновать можно только близкого человека. Значит, я все еще не чужая альтаирцу, и это почему-то очень радует. Хоть для меня до сих пор загадка, как из тихого болезненного мальчишки, которым я всегда вертела по своему усмотрению, вырос самодовольный нахал и тиран, больше не поддающийся моему влиянию.

Из-за бессонной ночи всю дорогу до императорского замка Аскорэора я отчаянно зеваю. В отличие от меня Эван выглядит выспавшимся и бодрым. Даже немного злюсь на него: я, значит, уснуть не могу из-за мыслей о нем, зато он сладко дрыхнет. Несправедливо!

Мэд и Анигай в Аскорэор не поехали. Остались с отцом Марком в подземном городе. Пока Эван не решит проблему с их возвращением, ребятам оттуда лучше не высовываться.

Я настолько погружена в размышления о том, ревнует ли меня Эван или это просто глупые домыслы Мэд, что не замечаю, как мы подлетаем к замку. Поднимаю глаза и замираю. Наверное, я так никогда и не привыкну к пугающе величественному облику Аскорэора. Красота захватывает дух!

Острые шпили, пронзающие рассветное небо, сверкающие купола, резные замысловатые башни, мосты. Аскорэор откровенно завораживающе прекрасен! Руар даже близко не сравнится с ним.

О, как бы я хотела жить здесь!

Мы плавно приземляемся на одну из выдвигающихся посадочных площадок, которые, несмотря на свою высокотехнологичность, весьма гармонично вписываются в архитектуру древнего замка. А дальше начинает происходить нечто странное.

Я искренне не понимаю, почему, когда мы с Эваном и Дереком идем по коридору, перед нами расступается прислуга. И что самое удивительное — они все подобострастно нам кланяются. Я в шоке от происходящего в отличие от парней. Дерек воспринимает все происходящее как должное, Эван настолько погружен в свои мысли, что даже не удосуживается заметить столь неадекватную реакцию на нас прислуги и придворных.

Не найдя разумного объяснения происходящему, я переключаю внимание на сам замок. В прошлый раз у меня не было возможности как следует его рассмотреть. К тому же мы с Глэдис прилетели сюда уже под покровом ночи. Зато сейчас, в рассветной дымке, он прекрасен! Мягкий золотистый утренний свет, кажется, льется отовсюду, рассыпаясь миллионами отблесков на начищенных до блеска вазах, перилах, люстрах…