Что ты ищешь? (СИ) - Дрожжинова Полина Леонидовна - Страница 48

Мила внезапно остановилась и зло надула губы.

— Вы обижаете мисс Элиан?

— Что? Нет конечно! Это она меня обижает — запихивает в кладовку, поит всякой дрянью. Я даже подарил ей шляпу. Только она её почему‑то не носит.

Девочка успокоилась и пошла дальше.

— А почему ты так боишься оборотней? — Вальдр задал интересующий его вопрос.

Мила вздрогнула и снова потупилась, видимо вспомнив с кем она разговаривает.

— Мама говорит, что они убили моего папу.

Парень споткнулся.

— Зачем же так обобщать? Веришь‑ли — я твоего отца не то, что не убивал, даже не видел ни разу. Когда была война я был немногим старше тебя. Как думаешь, виноват я в смерти твоего отца?

Девочка серьёзно задумалась.

— Наверно нет.

— Вот и отлично. Пошли, тогда, поедим. Кажется я вспомнил, где находится та пекарня.

Мила вздёрнула нос.

— Я не принимаю подачек от оборотней.

Вальдр зацокал языком.

— Гордая малявка, а фраз‑то откуда таких пафосных понабралась?

Ребёнок призадумался.

— Фразам и словам нас учит мисс Элиан. Она у нас учительница языка.

— А, ну тогда всё понятно. Спешу тебя огорчить, но твою школу содержит миссис Элиот, а значит ты всё‑таки принимаешь подачки от оборотней.

Девочка растерянно почесала макушку.

— И, кстати, с чего ты взяла, что я собираюсь тебя кормить? Во первых я сам голоден. Во вторых, ты можешь отнести еду в школу и поделиться с мисс Элиан. Сама можешь даже не пробовать, но ведь не станешь же ты из‑за своей глупой гордости оставлять свою любимую учительницу без свежайших булочек с бобовой пастой. Тебе ведь так хочется её угостить.

— А вы м… мо… — Мила запнулась, видимо вспоминая слово. — Манипулятор.

— Иди и не квакай, мелкая. — Коварно ухмыльнулся оборотень.

Глава восемнадцатая — вьюжная

Ветер всё усиливался, бросая на стёкла рой колючих маленьких снежинок и завывая в трубе, будто злое привидение. В аптеке было тепло и уютно. Пряный запах трав успокаивал и настраивал на благодушный лад. Мурлыкая себе под нос какую‑то песенку, Эля сняла с печки кастрюльку и осторожно вылила из неё кипяток в глиняный сосуд с сухими листьями полыни. В соседней комнате звякнул колокольчик, возвещая о приходе посетителя. Господин Ферре что‑то спросил, однако слов, через стену разобрать было нельзя. Вскоре в подсобное помещение вошёл сам хозяин аптеки, неся в руке листок с рецептом.

— Желудочные капли готовы?

— Да, вон они. — Девушка кивнула на полку.

— Тогда принеси, пожалуйста, сушеную пижму. Сейчас заказали лекарство и попросили отнести его на дом, когда будет готово. — Оборотень достал из шкафа медную ступку и весы. — И притом попросили, чтобы лекарство доставила именно ты.

— Я? — Эля удивлённо подняла голову. — Мне не сложно, но почему именно я?

— Ну, — господин Ферре улыбнулся, — ты хорошая девочка. Всегда очень внимательна к покупателям, особенно к пожилым. Даёшь им советы, вежлива. Наверно, ты запомнилась какой‑нибудь старушке из постоянных клиентов, и она хочет проконсультироваться насчёт приёма лекарств.

Девушка пожала плечами и достала со специального стеллажа плетёный поднос с сушёной пижмой. Затем она выглянула в окно.

"Надеюсь, я не превращусь в сугроб."

Через час, когда лекарство было готово, аптекарь аккуратно перелил его в бутылочку и закупорил пробкой.

— Очень концентрированное. Сплошные масла. — Сообщил оборотень, рассматривая свою работу.

Эля кивнула и взяла листок с рецептом, на обратной стороне которого был написан адрес.

— Улица Небесная. Где‑то в самом центре. Хороший район. — Пробормотала она, накидывая плащ.

В дверях девушка столкнулась с Митишем. Поскольку широкие плечи помощника аптекаря загораживали весь проход, учительница отступила в сторону, пропуская его.

— Элиан, а ты куда? — Удивился парень.

— Отнесу покупателю лекарство. — Эля приветливо кивнула.

— Давай я! — Тут же предложил Митиш, с готовностью протягивая руку за сумкой с лекарством. — Тебя там ветром сдует!

— Глупости. Я сама. — Улыбнулась девушка, обходя парня. — Тебя господин Ферре ждёт — ты ему нужен.

— Погоди!

Учительница вздрогнула, когда ей на плечи накинули тяжёлый мужской полушубок из овчины.

— Замёрзнешь насмерть. Там настоящая вьюга!

Эля попыталась снять полушубок, но ей не позволили, придержав за воротник.

— Говорю же — там жуткий ветер.

Девушка удивлённо моргнула.

— Я просто хотела надеть его под плащ, а то когда наоборот, то неудобно.

— Ааа… Я это, того… — Митиш смущённо почесал затылок, и, потоптавшись ещё немного на месте, ушёл в подсобное помещение.

"Какой хороший парень. Действительно замечательный. Не то, что этот злобный оборотень. Какое счастье, что он давно не появлялся. Неужели боги решили, наконец, прекратить мои мучения? Конечно, нехорошо так говорить, но, надеюсь, что больше его не увижу. Пусть он найдёт своих родителей, добьётся всего, чего хочет и живёт счастливо где‑нибудь в столице подальше от меня."

Когда учительница распахнула дверь и вышла на улицу, первым её желанием было зайти обратно и забаррикадироваться где‑нибудь за печкой. Ледяной ветер пробирал до костей, кусал за нос и норовил запорошить глаза снегом. Едва не утонув в сугробе, который успело намести под дверью, девушка с трудом стала пробираться к центру города.

"Как будто мукой сыплет. Ничего не видно. Как бы не заблудиться".

Однако нужная улица нашлась довольно быстро. Вьюга, как назло, только усиливалась. Вжимая голову в плечи и старательно натягивая капюшон чуть ли не до самого носа, Эля брела между двумя рядами дорогих трёхэтажных домов. Пальцы на руках девушка уже не чувствовала, а в глазах мелькали белые мушки, даже когда она их закрывала.

"Белые колонны перед входом… Да тут весь мир сейчас белый! Они бы ещё про цвет занавесок написали! Так, спокойно. Кто‑то очень больной сейчас ждёт своё лекарство, а я злюсь. Я действительно плохая", — подумала Эля, стуча зубами. Всплеснув руками, она рухнула на снег, оставив в сугробе свой сапог.

"Такое ощущение, что я по горам лазаю, а не по сугробам. Ой — ёй! Мой сапожок! Нужно срочно достать, а то заработаю себе обморожение."

Встав на четвереньки, девушка судорожно стала шарить в снегу и тут же уткнулась лбом во что‑то твёрдое и гладкое. Опасливо подняв взгляд, она обнаружила прямо перед собой колонну из белого мрамора. Позади неё оказалась вторая точно такая же колонна — обе они поддерживали балкончик на втором этаже. Между колоннами были массивные двустворчатые двери.

"Ой, как удачно я рухнула." — обрадовалась Эля. Выковыряв из сугроба свою обувку, она нерешительно постучалась. Подождав минуту и окончательно продрогнув, девушка начала волноваться.

"Если меня сейчас не впустят, я помру прямо здесь на ступеньках и с утра они споткнуться о моё окоченевшее тело".

Испугавшись такой перспективы, учительница от души шандарахнула дверным молотком, имевшим форму головы кошки, держащей в пасти медное кольцо. На этот раз дверь быстро отворилась.

— Я и — из а — ап — птеки. Л — лекарство.

Дверь отворилась шире, и девушка буквально ввалилась внутрь помещения. Очки мгновенно запотели и Эле показалось, будто из вьюги она нырнула в туман.

— Господину очень плохо и он не встаёт с постели. Он ожидает вас. — Раздался голос откуда‑то сбоку.

Учительница, на первых парах оглушённая тишиной и теплом дома, наконец протёрла стёкла очков и смогла разглядеть, с кем она общается.

"Человек. Какое облегчение. Наверно, дворецкий."

Мужчина, в идеально выглаженном сюртуке, казался воплощением вежливого спокойствия.

— Позвольте ваш плащ.

— Э… А… Да… — Окоченевшими пальцами, девушка кое‑как развязала тесёмки плаща, а затем расстегнула полушубок. Оставшись в своём простом сером платье, она вдруг почувствовала себя очень лишней — резные перила лестницы, красный ковёр и лепнина на потолке буквально кричали об этом.