Что ты ищешь? (СИ) - Дрожжинова Полина Леонидовна - Страница 50

— Зачем такой большой конвой? Заключённых не так и много.

— Это оборотни.

Девушка вздрогнула и повернула голову. Рядом с ней стоял Вальдр, и придерживая рукой занавеску, внимательно всматривался в процессию. Отстранив девушку он открыл дверь, ведущую на балкон и вышел наружу, совсем не смущаясь того, что он в длинной ночной рубахе и босиком.

— Вы же болеете! — возмутилась Эля. — Нельзя так!

Не обращая на неё внимание, парень облокотился о перила и склонил голову.

— Это форма столичной стражи. Зачем перевозить преступников так далеко? У них же есть своя тюрьма.

Эля, оскорблённая в лучших чувствах тем, что её лечение не даст никаких плодов из‑за безалаберности больного, сбегала в комнату за пледом, который лежал на кровати поверх одеяла.

— Хочет воспаление лёгких подхватить?! Как маленький, честное слово.

— Что есть у нас, чего нет в столице? Ммм… — Задумчиво протянул Вальдр. Эля набросила ему на плечи плед и попыталась всучить захваченные по дороге тапочки.

— Шахты! — Не переставая размышлять вслух, оборотень скинул плед и нахлобучил его на голову девушки, при этом так стянув концы ткани, что Эля потеряла возможность двигаться и могла только возмущённо пищать, как поросёнок в мешке. — Точно — они едут в сторону шахт! — Не отпуская кромки пледа, он подтянул девушку к себе. — Нет, ну ты видела?! Это очень странно. Раньше оборотней никогда не отправляли на каторгу. Это унизительно! Что же они такого сделали? И опять‑таки — неужели поближе к столице не нашлось места где можно их поунижать? Что ты там бормочешь? Кто ненормальный? Я ненормальный? Фу — фу — фу! Девушка не должна уметь обзываться. Что ты пристала со своими тапочками?!

Вернувшись в комнату, он улёгся на кровать, захватив с тумбочки тарелку с недоеденным пирогом.

— Я пойду. Мне ещё в аптеку возвращаться. — Лохматая и красная от злости Эля подхватила сумку и направилась к двери.

Оборотень откинулся на подушки и прикрыл глаза.

— Ты тоже меня бросаешь. Да, конечно, можешь идти и веселиться с этим Митишем, или как там его. Я просто полежу тут и постараюсь не умереть. И пусть даже некому подать мне стакан с водой…

"Нет, ну правда?! Он серьёзно? Такой детский приём! У этого балбеса обычная простуда, и он помирая от скуки решил надо мной поиздеваться. Дождётся у меня — подсыплю слабительное и тогда он на самом деле будет страдать". — Учительница взялась за ручку двери.

— Стоять. — Оборотень приподнял голову с подушки и зло сощурился. — Ты ещё чай не выпила. Он во втором чайнике.

— Нет, благодарю…

— Пей. Свой. Чай. — Прошипел Вальдр. — Неужели это так сложно?

Втянув голову в плечи девушка вернулась назад и села в кресло у камина. Отпив из чашки ароматный чай — настоящий чай, а не сушёные листья мяты, она искоса наблюдала за оборотнем.

"И всё‑таки, кажется, он одинок. Колючий, самовлюблённый, не склонен доверять другим. Не удивительно, что у него нет друзей. А если и есть, то они не настолько близки, чтобы навестить его во время "болезни". Сам виноват. Хам".

— О, кстати, позови дворецкого и спроси, остались ли пирожные. И закрой поплотнее балкон, а то дует.

— Да — да… А потом нужно выпить ещё лекарство.

"Необходимо, чтобы он побыстрее выздоровел. Тогда может быть его характер вернётся из состояния "кромешный ужас" к "просто ужас. Неудивительно, что все его родственники сбежали. Опытные…"

— Ой, нет, всё… Я больше не могу… Мне нужно на покой. Куда‑нибудь в горы, где из живых существ только горные козлы и мох. Буду сидеть в пещере и думать о вечности. Что это? Валерьянка? — Дрожащими руками наместник вырвал у секретаря заветный пузырёк и не удосужившись разбавить водой, глотнул прямо из горлышка. В кабинете смешивались запахи аптеки и винного погреба. — Мне до полного счастья только каторжных оборотней не хватало. — Он прикрыл ладонью лицо и подтолкнул к секретарю листок бумаги. — Пожалуйста, прочти ещё раз и скажи, что там нет этой фамилии.

Секретарь собрался было уже выполнить просьбу начальника, когда в комнату ворвалась белобрысая молния с голубыми глазами.

— Это правда? Что происходит? — Заметив в руках человека листок, оборотень вырвал его и впился взглядом в строки списка. Его брови поползли вверх. — Они там все с ума посходили? — Буркнул блондин, вылетая из кабинета. — Гис!

Наместник некоторое время разглядывал покосившуюся от удара о косяк дверь, а потом снова потянулся за валерьянкой. Лекарство постепенно начинало действовать.

— Я из тех, кто любит сидеть на двух стульях сразу. — Грустно сообщил он. — Но как можно усидеть хотя бы на одном стуле, если ножки передрались между собой?

Секретарь сочувственно закивал и сделал какую‑то пометку в блокноте.

Глава девятнадцатая — зимнее солнцестояние

Ярмарка была похожа на пёстрый вихрь из звуков, запахов и цветов. Телеги, груженные рыбой, шкурами, горшками, корзинами, соседствовали с палатками, где продавались ткани из знаменитых мастерских и связки свечей. В последний день в году — день зимнего солнцестояния в Энтее была разрешена беспошлинная торговля. Со всех окрестностей ещё накануне стали стягиваться торговцы и покупатели. С раннего утра они заполонили рыночную площадь. Однако по опыту прошлых лет Эля знала, что ещё до заката, все начнут сворачиваться, стараясь как можно быстрее покинуть город, или спрятаться в гостиницах. И не удивительно — это был самый лучший день для торговцев и самая жуткая ночь для всех. Учительница надеялась приятно провести время до восхода в обнимку с бутылочкой валерьянки. Но пока можно было спокойно ходить между торговых рядов. Мила, вытащившая её на ярмарку, не отпускала руку учительницы и во все глаза рассматривала окружающие интересности.

— Скорее бы выступление магов! — Девочка подпрыгивала от нетерпения и буквально светилась от счастья.

— Да, это всегда здорово. — Согласилась Эля. Вытянув шею, она высматривала возы с рыбой. Подойдя к одному из них, девушка спросила:

— Вы не из Озёрного?

— Нет, с Большой реки. — Благодушно прогудел здоровенный мужчина в медвежьей шубе.

Учительница кивнула и отошла в сторону. Увидев на прилавке неподалёку ткани, она не удержалась и подошла ближе.

"Вот это было бы чудесной подкладкой для полушубка. Сколько сейчас стоит овчина? Так, нужно держать себя в руках. Со следующей зарплаты смогу купить. Может даже чёрную овчину. Да, чёрная лучше — не пачкается."

Она протянула руку к понравившейся ткани и наткнулась на руку другой покупательницы, которая в этот момент тоже потянулась к ткани.

— Простите. — Извинилась девушка.

Эля подняла на неё взгляд и охнула от удивления.

— Здравствуй, Алира!

Служанка всплеснула руками.

— Элиан! Как приятно тебя видеть. После того переполоха во дворце даже не попрощались. Какая славная малышка! Сестра?

Мила смущённо поклонилась в знак приветствия.

— Нет. — Учительница улыбнулась.

— Неужели дочка? — Аля удивлённо приподняла брови.

— Нет — ученица. Я в школе работаю. Школа на улице Полыни.

— А — а-а… Я слышала о ней. Там учатся дети бедных людей. Какая ты молодец. Очень уважаю.

Мила, услышав похвалу в адрес своей наставницы, радостно заулыбалась.

Служанка поправила огромный вязаный шарф и, усмехнувшись, погладила девочку по голове.

— А что вы здесь ищете? Или просто пришли посмотреть на выступление магов?

— И это тоже. Но ещё мне нужно разыскать обоз, идущий в Озёрный край — письмо передать подруге.

— Сейчас найдём. Вместе ходить веселее. Мне вот мёда ещё нужно купить. Мама приболела. — Девушка поправила на плече внушительную сумку с уже сделанными покупками.

— Если нужно какое‑то лекарство — приходи к нам в аптеку на Лавандовой улице. Я там раз в длань подрабатываю.

Аля засмеялась.

— Ты действительно молодец. Обязательно зайду. А сейчас пойдемте, я угощу вас засахаренными яблоками.