Освобождение (СИ) - Павин Сергей Викторович - Страница 14

Бабочка порхала прямо перед Николаем, затем направилась к забору и скрылась.

"Чудеса да и только", - удивленно подумал Николай и посмотрел на кошку.

Та продолжала что-то изучать в углу забора.

Николай обошел массивный куст и остолбенел, перед ним лежал человек. На миг Николай растерялся и даже испугался. Кто-то лежал на старом ватнике и еще какой-то ветоши в сапогах и каком-то пальто. Выглядел он неопрятным и грязным.

Рядом валялась открытая трехлитровая банка с какими то листочками. Один из них зашевелился и Николай увидел очередную бабочку, только теперь она была синяя с зеленым. Насекомое махало крылышками и продолжало сидеть, возможно, замерзало.

Человек же, по всему был бомжем, который обосновался в чужом дворе, скрытом от чужих глаз. Должно быть, он делал это с завидным постоянством, так как к этому месту образовалась даже тропинка. Николай проследил ее до самого забора и тут понял, что одна из досок висела на одном гвозде и убиралась в сторону.

- Кхе! - кашлянул Николай.

Бомж открыл глаза и с непониманием уставился на незнакомого человека. Его мутные глаза говорили сами за себя. В один миг он протрезвел и с ужасом на лице потянулся к своей сумке, которую Николай даже не заметил, она была в кустах.

- Спокойно, не бойтесь, я не собираюсь вас бить, - попытался Николай успокоить бомжа.

- А я и не боюсь, - пролепетал тот, запинаясь, - я ничего не крал, ничего не ломал, она была такая. - Должно быть, он имел ввиду доску в заборе.

Бомж стал подниматься, почувствовался перегар.

- Вы откуда, почему выбрали этот двор?

- С города, выбрал, потому что никто не живет, - виновато произнес бомж и покосился на банку.

- Откуда она? - поинтересовался Николай.

Бомж, наконец, поднялся. Это был мужчина лет шестидесяти на вид, но учитывая его образ жизни можно было допустить, что ему и тридцать пять. Его подернутая сединой борода и такие же волосы до плеч делали его похожим на батюшку.

Он махнул на банку с бабочкой рукой.

- С магазина..., каюсь, украл.

- С какого магазина?

- С этого, зоологического, там много чего было и бабочки эти, почему-то в банке, не знаю, решил выпустить.

- А может продать? Дорогие, наверное? - продолжал Николай.

- Да, дорогие. Купите эту?

- Сколько.

- Сто. - Неуверенно проговорил Бомж.

Николай извлек купюру и протянул бомжу со словами:

- Ну вот что, любезный, сейчас придет хозяин и я думаю он будет очень удивлен, поэтому собирай все и исчезай. Ищи другое место, тут теперь люди живут, понятно? - Николай постарался быть убедительным, поэтому говорил с нотками угрозы в голосе.

- Да, спасибо, - ответил Бомж и спрятал купюру в карман, - спасибо, я сейчас.

В этот момент калитка скрипнула и вошел Александр.

Бомж быстро схватил в охапку весь свой немногочисленный скарб, среди которого помимо ватника и старой шинели оказалась еще и сумка, и быстро засеменил к потайному лазу.

Александр удивленно вытаращился.

- Кто это? - крикнул он.

- Да, бомж. - Как бы между прочим выдал Николай.

- Держи его! Ничего себе. - Александр бросился наперерез, но бомж оказался не таким уж и старым, судя по его прыжкам. Буквально перед носом Александра он юркнул в забор.

- Успокойся, он ничего не украл, и в дом не заходил, - крикнул Николай.

Александр было отвернул доску чтобы последовать за беглецом, но остановился и посмотрел на товарища.

- Ты с ним говорил?

- Да, успокойся, пусть бежит.

Александр пожал плечами и махнул рукой.

- Ну и ладно, - он вернулся к сумке, что оставил у калитки и уже с ней направился к дому. - Пойдем что ли?

- Пойдем, ой, я бабочку забыл, - Николай заметил банку.

- Кого? - удивился товарищ.

Николай поднял емкость с листьями и направился к крыльцу.

- Смотри, какая красавица.

- Ничего себе, тропическая, - со знанием дела произнес товарищ, - откуда у бомжа такая?

Они поднялись на крыльцо, Александр открыл дверь. В нос стукнуло застоявшимся воздухом, такой бывает в помещениях, которые долго не проветривались. Вони не было, была смесь из запахов тех предметов, которые находились в доме. Это и кожаные куртки и старый палас на полу, запах какой то сухой травы, возможно сена и еще чего-то, что бывало только в частных старых домах. В общем, букет запахов был совсем не из противных, скорее наоборот, приятным для городского жителя. Такие запахи возвращали в безмятежное детство, когда летом приходилось гостить у бабушек-дедушек в деревнях.

Они оказались в длинной прихожей переходящей в кухню, слева был гардероб с навешанной на крючки одеждой, далее справа газовая плита, напротив нее печка, еще дальше виднелась раковина и за ней ванная.

- Проходи, - произнес товарищ, указывая на раскрытую дверь в комнаты.

- Разуваться тут? - неуверенно спросил Николай, осматривая пол. Он хотел увидеть что-то типа домашних тапочек.

Александр задумался, как будто впервые пришлось отвечать на подобный вопрос.

- Можно и здесь, - он нагнулся и извлек из полок, которые размещались прямо под висячей одеждой, две пары тапочек.

Они разделись и прошли в коридор, заканчивающийся кроватью. Пара раскрытых боковых дверей указывала на вход в комнаты.

- Проходи сюда, это типа гостиная, - произнес Александр, отставляя стул в сторону, он, почему-то, преграждал дорогу. - Давай сюда банку, а сам присаживайся, - товарищ показал на огромное кресло в стиле ретро, взял банку и вышел в прихожую-кухню.

- Ты не выбрасывай ее!

- Ни в коем случае, я ее просто пересажу в банку почище, а то от этой воняет.

Николай развалился в кресле и отметил, что оно довольно таки добротное не смотря на свой почтенный возраст. Он осмотрелся и ему в глаза бросился огромный портрет на стене, изображение старинного замка. Он стоял на холме посреди живописной осенней природы. Картина была хорошо выполнена и буквально очаровывала сочетанием ярких красок природы и мрачной серости исполинского замка, который хоть и был за заднем плане, но, все же, поражал своими размерами. Массивная рама с резными узорами гармонично дополняла содержимое.

- Какая шикарная картина! - не выдержал Николай.

- Мне тоже нравится, что интересно она очень старая и досталась моему деду от его отца, в общем, работа неизвестного времени и художника, - отвечал Александр из кухни, гремя тарелками.

- Ты что там делаешь?

- Сейчас позавтракаем, или пообедаем...

- Да не хочу я! - в сердцах произнес Николай.

- Через не хочу, мне тоже Дмитрия жалко, вот и помянем...

Через какое-то время, Александр расставлял на столе открытые консервы, сок, водку, хлеб, нарезанную колбасу.

- Присаживайся, выпьем, - пригласил он товарища.

- Спасибо, но я не хочу отключать ум.

- В смысле, не хочешь что ли? - удивился Александр.

- Не хочу, а зачем?

С Александром до сих пор они пили лишь коньяк, немного.

- Все же, такой случай..., - разочаровано произнес товарищ.

- У тебя дискомфорт и ты хочешь немного изменить мировоззрение, чтобы стало вроде как комфортно? А правильно ли это? Правильно ли давать организму ложные посылы на ту или иную ситуацию? Не будешь ли ты просто искать в этом утешения, в этом, а не в изменении гнетущей тебя ситуации. Разве это правильно? - спокойно закончил Николай.

- Ты слишком усложняешь, ну да я не против, давай просто поедим, я уступлю тебе, а ты уступи мне, хорошо? - предложил Александр.

Николай согласился и они приступили к трапезе, предварительно помянув Дмитрия.

- Он все же не киллер, он человек, - произнес через какое-то время Александр.

- Я, честно сказать, думал что ошибаюсь, там, в камере, - загадочно проговорил Николай.

- В смысле, ты о чем?

- Я о Дмитрии, понимаешь, сложно представить человека, убивающего других, положительным, но он именно таким мне представлялся, понимаешь? - Николай прекратил есть и посмотрел в окно.