Освобождение (СИ) - Павин Сергей Викторович - Страница 80

Национализм, которым обзывают здоровое явление защиты "клеток печени" от "клеток почек", всего лишь способствует сохранению здоровья организма, который кто-то приговорил к уничтожению с помощью местных дегенератов, верящих, что смешав все клетки и сократив из-за болезни большее их количество, он сможет быть счастлив в хиреющем, испускающим дух организме.

Казалось бы, параллели вполне уместны и реальны, но как они скрываются искусственно навязанными представлениями о естественных вещах, которые каждый человек знает с детства - люди, соответствующие твоему окружению, то есть, например, "клеткам печени", тебе нравятся естественным образом, потому что они, например, белые. Как и "клетки почек" нравятся друг другу, потому что они "желтые" или "черные", ни у кого особо не возникает желания скрещиваться с не своими клетками.

Но что же мы видим в дегенеративной системе, которую навязывают нам иные миры, либо же сам сатана - смешение, как признак толерантности и развитости, современности, что позволяет чувствовать себя модным и популярным. Отсюда поощрение кровосмешения, того, что уничтожает цивилизацию, ибо противоестественно и неприемлемо для здорового организма. Такое возможно лишь в больном и слабом органе, который уже не отторгает чужеродное, а тупо с ним скрещивается, порождая уродство.

Вот к чему приводит толерантность, поощряемая местной узколобой агентурой сатаны, Эти духовные олигофрены уничтожают тот организм, который дает им жизнь, они настолько отупели в погоне за эфемерными ценностями, что готовы за материальные блага пробить дыру в трюме корабля, на котором живут. Объяснить им этот глобальный дебилизм, поощряемый фантиками со станков верховных дегенератов, очень сложно, сказывается многократное зомбирование из поколения в поколение на некой идиотской теории избранности, которую их обрезанное сознание с удовольствием воспринимает, как бальзам для их раздутого эго.

Как справится с этой армией сумасшедших, с завидным постоянством пилящих сук, на котором сидят не только они, но и все население планеты? Простое понимание, что сунув руку в огонь, получишь ожег и если вовремя не уберешь, то, в лучшем случае лишишься руки, присутствует в сохранении собственного организма, но полностью отсутствует в других измерениях, там, где реакция может длиться десятилетиями, но она все же есть. И то, что делают сейчас дегенераты, называется - сунуть голову в печь, что не оставляет шансов организму под названием цивилизация, но именно это делает зомбированная команда умалишенных, поставленная у руля самим сатаной. Есть возможность приостановить движение головы в печь, но для этого нужно разбудить спящее население, показать, что происходит и только потом менять систему, которая зорко бдит, чтобы основная масса людей продолжала спать и не мешала строить им свой "рай".

- Коля, что там, - спросил Александр.

Николай мысленно просмотрел окрестности, теперь нахлынувшие откровения отступили, уступая место ощущениям на уровне рецепторов. В приоткрытое окошко залетал прохладный ночной воздух, Николай поежился и посмотрел на дорогу, в свете фар просматривались многочисленные трещины и ямки. Это как бы знак, что в стране по-прежнему искусственный бардак, знак для посвященных самого низкого уровня - раз мы не даем делать нормальные дороги, значит в этой стране еще много опасных для нас людей, поэтому продолжаем уничтожать ее экономику. Ведь сделать дороги не так сложно, но кто сказал, что в разрушаемом государстве, которое нужно ослабить и смешать с другими странами, нужно что-то делать "навеки", конечно везде должен быть саботаж и взятничество, следовательно, поставщики продают плохой материал, а закупщик за откаты его приобретает и укладывает также плохо, экономя на всем.

Это знают все "сильные мира сего", но разрешают, они легко распутают самые хитрые схемы и могут наказать по всей строгости, но только не в вопросах ослабления и разрушения государства, а, например, в отношении одного из инструментов в этом разрушении - банков. Если кто-то посмеет что-то в них украсть, то лучшие сыщики тут же будут подняты на ноги и найдут злоумышленника, даже если он это сделал через интернет, шифруясь и скрываясь. Но они и пальцем не пошевелят, когда в дождь идет укладка битума на дороги, ибо, это все согласно схеме геноцида, спущенной сверху.

Поэтому врачи и учителя взяточники - на это также разнарядка от верховных дегенератов. В противном случае все решаемо за двадцать четыре часа, но для измордованного народа строятся вымышленные версии сложности борьбы с коррупцией и кумовством. И лишь те, кто неугоден системе, не справляется или желает начать честную жизнь, отдаются в лапы судей, которые, получив отмашку, не берут взяток в этом процессе и приговаривают к максимальным срокам, показательно для населения, которое начинает думать, что борьба действительно ведется.

Николай посмотрел на таксиста, который полулежал рядом с ним, потом на пустое место рядом с водителем.

- Нормально, Саша, - произнес он и потрогал пульс у спящего.

- Да уж, куда нормальней..., - ответил Александр.

- Его к врачу нужно.

Они решили оставить машину у больницы и позвонить из автомата, в противном случае им не избежать встречи с полицией, которая сейчас наверняка работала против них. Как бы там ни было, но рисковать не хотелось.

Таксист периодически приходил в себя и осматривался, он не возражал против своего положения и ничего не спрашивал, возможно, безразличие вызвала слабость от потери крови.

- Как вы? - спросил Николай после очередного его "пробуждения".

- Бывает и лучше, - ответил тот.

Николай периодически обращал внимание на исколотые ноги, они были перетянуты искусственными жгутами, кровь не сочилась, что позволяло организму сохранить ее для жизни, но ноги были без питания. Множество ран в таком положении способствовали заражению, поэтому размышлять тут было не о чем, человека нужно было спасать.

- Где же в том городе больница? Как мы узнаем? - спросил Александр.

- Надеюсь, хоть в городе будут на дорогах машины, таксисты, по крайней мере...

- Там, в центре, прямо на Пушкинской, вторая городская больница, - тихо произнес таксист.

- Ехать в центр, не сворачивая? - поспешил Александр воспользоваться его "бодростью".

- Прямо по этой трассе, затем налево с окружной и все время прямо, - прошептал он, - Пушкинская, 24.

- Спасибо, доставим по назначению, - деланно бодрым тоном произнес Александр.

Навстречу проехала фура, с прицепом, "двадцатитонник". Волей судьбы, наверное, именно ей выпало стать первым свидетелем трагедии. Ноги девушки не могли остаться незамеченными в свете фар.

Товарищи переглянулись, через несколько секунд вновь засветили фары на встречной дороге, в этот раз легковушка. Такое бывает часто, если груз особой важности, или же просто совпадение.

Николай сосредоточенно застыл, ему пришла информация. Среди безопасных объектов, которые были видны в его воображении не без помощи пирамиды, отчетливо прошла угроза. Она была не для них, это была угроза водителям фуры.

- Саша, дилемма..., - произнес он негромко.

Николай посмотрел на таксиста, который вновь открыл глаза, затем оглянулся на скрывающуюся в дали легковушку. Бандиты, которые сидели в ней, представляли опасность, неизвестно, как они отреагируют, если увязаться за ними вслед, но в любом случае машину они запомнить не могли, ночь позволяла лишь определить габариты но никак не марку.

Не долго думая, Николай скомандовал:

- Саша, разворачивайся за фурой!

- Не понял, - Александр стал тормозить и оглянулся на товарища.

- Это не обсуждается, все объясню в дороге, скорее!

Товарищ развернулся и они поехали в обратную сторону.

- Быстрее, Саня, быстрее, мы должны обогнать легковушку и поравняться с фурой! - подгонял Николай.

- Может, объяснишь, что происходит, у нас вообще-то человек при смерти...