Стражи Волшебного мира (ЛП) - Брукс Терри - Страница 37

Она чуть не сказала ему, что именно этого и хочет. Но тогда ей придется снова искать другого телохранителя, чтобы сдержать обещание, данное Ард Рис. Поэтому эльфийка проглотила эти первые пришедшие на ум слова и просто покачала головой:

— Прошу прощения. Признаюсь, мне не совсем удобно. Я привыкла сама заботиться о себе. Поэтому мне неловко, что кто–то делает это за меня.

Он огляделся.

— Мы оба прошли одинаковую подготовку, когда проходили обучение на Следопытов, и я помню, что ты была лучше меня почти во всем. Вероятно, ты по–прежнему так думаешь. — Он снова обвел взглядом вокруг. — Но это не так. Ты пользуешься магией друидов, которой у меня нет. Но когда дойдет до рукопашной схватки, у меня больше опыта. Я хочу, чтобы ты доверяла мне и позволила делать все, что в моих силах, чтобы ты была в безопасности. Ты согласна с этим и разрешишь мне делать свою работу?

С минуту они молча смотрели друг на друга, а потом Афенглу кивнула:

— Делай все, что считаешь необходимым. Я больше не буду спорить с тобой, пока не обнаружу, что ты влезаешь в личное пространство.

Он посмотрел на нее:

— Не уверен, что это означает, но думаю могу принять это в качестве условия. Так я могу сопровождать тебя на твою встречу с Королем?

Она слабо кивнула:

— Можешь.

Они продолжили путь дальше, больше не проронив ни слова. Афенглу не совсем была уверена в том, как воспринимала тот факт, что Симриан будет ее тенью, но вполне удовлетворилась тем, что в достаточной степени указала ему, чтобы он был очень осторожен и не вторгался в ее личную жизнь. Позже она поговорит с Арлингфант по поводу качества ее выбора.

Они дошло до Зала Совета и около входных дверей были встречены Дворцовой Стражей. Их опознали и, к удивлению Афенглу, пропустили внутрь обоих. Она была уверена, что стражники развернут Симриана, но они даже не попытались. Зайдя внутрь и стоя в коридоре, который окружал зал, он снова обратился к ней:

— Дальше я не пойду, — сказал он. — Я знаю, что в этом деле ты хочешь сохранить конфиденциальность, а я смогу сделать свою работу и отсюда. Я просто хотел находиться достаточно близко, чтобы в случае необходимости оказаться рядом с тобой. Я буду ждать прямо за дверьми зала.

Афен покинула его, направившись туда, где поджидал Капитан Дворцовой Стражи, которого она лично не знала, но смогла опознать по знакам различия.

— Ты доложишь Королю, что я здесь?

— Сиан Ареш, — представился он, слегка поклонившись. — Король уже знает. Прошу следовать за мной.

Он развернулся к дверям, постучал один раз, освободил тяжелые запоры и распахнул створки. Когда он шагнул внутрь, она сделала глубокий вдох, успокаивая себя, и последовала за ним.

Прошло много времени с тех пор, как она была в палатах Эльфийского Высшего Совета. Годы. Она была маленькой девочкой, бегающей за своим дедушкой, когда он привел ее в это святилище, куда без приглашения никто не мог войти. Он доставил ей это удовольствие, это путешествие в зал, где принимались все основные решения по управлению эльфийским народом, где обсуждались и вводились законы, где оказывали честь тем, кто это заслужил, и назначали наказание преступникам. Здесь присутствовала некая тайна, и в то время это место казалось огромным и запретным. Кроме них двоих больше никого не было, и ее дедушка, в свои восемьдесят лет все еще находившийся в прекрасной форме, играл с ней перед королевским троном.

В тот день она была так счастлива. Ей было так весело.

Казалось, ничего из того времени уже не осталось, когда она стояла прямо в дверях и смотрела на стол Совета, за которым виднелись строгие лица членов Высшего Совета, а потом на усталое лицо своего престарелого деда. Эмпероуэн Элессдил долгое время был Королем. Он взошел на престол на третьем десятке, задолго до ожидаемого времени правления, став Королем по воле судьбы после того, как из–за несчастного случая погибли его родители. Теперь он уже более семидесяти лет являлся Королем, и возраст давал себя знать. Он больше не играл в игры с внуками и внучками, даже больше не улыбался. В этом возрасте, когда хотелось умиротворения и покоя, он боролся с болезнями и насущной потребностью передачи власти, к которой у него больше не было стремления.

Его наследник сидел рядом с ним. Фэдон Элессдил, его единственный сын и старший брат Афренджилл Элессдил, был капризным, вспыльчивым человеком, чьи характер и нрав плохо подходили для того, кто, как ожидалось, станет правителем эльфийского народа. Он мало кому нравился, и его уж точно не любили, а те, кто поддерживал его, делали это из страха и честолюбия. Он был не лучшим выбором, чтобы возглавить свой народ, но все решалось правом рождения и верховенством закона. Лучшее, что мог сделать его отец в данный момент своей жизни, состояло в том, чтобы как можно больше отдалить неизбежное, хотя, вероятно, он продолжал надеяться, что все как–нибудь само собой устроится.

Большую часть всего этого Афенглу узнала из разговоров со своей сестрой и нескольких визитов, которые она нанесла своему деду, когда уже стала служить ордену друидов. Из–за своего приниженного положения, она мало что могла сказать по поводу решения своего деда назначить преемником на троне Фэдона. Но понимала, что эльфы пожалеют об этой ошибке, хотя они к ней не будут иметь никакого отношения.

Фэдон выглядел скучающим и равнодушным. Он сосредоточил свое внимание на чем–то справа от себя, однако кроме одного из членов Высшего Совета, больше изучать там было нечего. Она перевела свой взгляд налево от Короля и заметила приветливое выражение на лице Эллича Элессдила, который слегка кивнул ей и улыбнулся.

Остальные члены Совета выглядели по–разному, но ни один из них не выглядел особенно обнадеживающе.

Она почувствовала себя весьма неуютно, каким–то чужаком в черных друидских одеждах своего ордена. Ей следовало бы одеть что–то менее противопоставляющее, пробормотала она про себя, и тут же об этом пожалела. Она была представителем своего ордена и не должна выглядеть иначе.

— Добро пожаловать, Афенглу, — приветствовал ее дедушка вежливым, но очень слабым голосом. — Ты желаешь выступить перед этим Советом?

Она сделал шаг вперед:

— Да, Ваше Величество. Я явилась подать прошение, то, которое вы вначале решите отвергнуть, но если выслушаете меня, то я верю, что смогу убедить вас поддержать его. Я здесь от имени ордена друидов и его Ард Рис, но именно наш народ будет напрямую зависеть от вашего ответа на то, о чем я прошу.

— Наш народ, — повторил Фэдон, не утруждая поднять взгляд от стопки бумаг, которую он ворошил. — Под которым ты имеешь в виду эльфов, я полагаю?

Ее удивила его невежливость.

— Да, — ответила она.

— Однако ты носишь одежды друидов?

— Фэдон, прошу тебя, дай ей сказать, — спокойно произнес Король.

— Я лишь стараюсь все прояснить, — ответил его сын, снова не подняв глаз.

Наступило долгое молчание, как будто все ждали продолжения этой перепалки.

— Ты сказала, что у тебя есть прошение? — спросил наконец Эллич Афенглу, прервав молчание.

— Да. — Она собралась со своими мыслями. — Друиды обнаружили Эльфийскую магию из Старого Мира, которую давно считали потерянной. Пока не определено, можно ли найти эту магию или существует ли она до сих пор. Чтобы выяснить и то, и другое, друиды отправятся на ее поиски. Но путь неясен. Нет четких указаний, чтобы нам помочь, неизвестно, в какую сторону отправиться. Мы бы получили неизмеримую помощь, если бы нам предоставили во временное пользование синие Эльфийские камни.

Она не упустила из внимания поспешные взгляды между членами Высшего Совета. Только Король, его сын и Эллич остались невозмутимыми.

— Я осмеливаюсь просить об этом вас, Ваше Величество, потому что мы чувствуем, что можем полагаться, что вы выполните соглашение, которое было заключено между вашей бабушкой, когда она была эльфийской Королевой, и нашей Ард Рис, когда она только заступила на пост главы ордена. В тот раз Хайбер Элессдил вернула синие Эльфийские камни эльфийскому народу с договоренностью, что в случае возникшей необходимости друидам разрешат позаимствовать эти камни для ограниченного использования. Мы считаем, что такой момент наступил. Если бы эта необходимость не была такой большой, мы бы никогда не попросили вас об этом. То, что я обращаюсь к вам с такой просьбой, указывает, насколько важным мы считаем ваше согласие.