Стражи Волшебного мира (ЛП) - Брукс Терри - Страница 73

Но она уже зашла так далеко и не повернет назад, какой бы зловещей не оказалась эта земля, какие бы опасности не поджидали здесь и какие бы личные возражения не одолевали ее. Слишком велик был соблазн заполучить Эльфийские камни, возможность вернуть такое огромное сокровище превосходила любые мысли о том, чтобы отказаться от этих поисков. Друидам вполне по силам такая задача. Магия и опыт защитят их.

Никто, кроме нее и Фаршона, не знали о предсказании Вещателя. Она запретила старику рассказывать что–либо об этом остальным, и велела ему сказать то же самое Вещателю. Не всегда следует доверять словам провидца, и даже если его предсказания сбываются, то они могут проявиться каким–то иным способом, чем так, как об этом тот рассказал. Значение имели его опыт и умения в качестве проводника, а не предсказателя.

Так она говорила сама себе.

Они вылетели на рассвете. Перед этим она удалилась от остальных и при помощи своей магии еще раз вызвала видение, которое скопировала из памяти Афенглу, чтобы удостовериться в ориентирах, которые той были показаны. Находясь в глубоком трансе, она вновь увидела знакомые вершины Кенсроу и лежащую впереди проклятую пустошь Разлома, затем триаду каменных колонн, а за ними гигантское ущелье, чье начало напоминало рот, который поглотит их всех.

К тому времени, когда она вернулась к остальным, Вещатель уже спустился из своей пещеры, чтобы присоединиться к ним. Общаясь только через Фаршона, он просигнализировал, что готов отправиться в поход. Хайбер попросила Фаршона, который действовал в качестве переводчика, задать Вещателю необходимые вопросы и передать ей выданные им ответы. Она хотела убедиться, что тот сосредоточился на том, чтобы найти ориентиры, показанные в видении Афенглу Элессдил.

Так что сейчас они двигались вперед и, честно говоря, у нее было такое ощущение, как будто они находились на полпути к своей цели. Они миновали скальное образование, напоминавшее трех стражей — эти три скалы располагались на открытом участке равнины, возвышаясь над окружающей местностью, как трое часовых.

Хайбер поставила перед Фаршоном и Вещателем задачу не пропустить огромное ущелье, которое являлось следующим отличительным ориентиром в их путешествии. Затем она решила, что Плейзии пора выполнить обещание, данное ей несколько дней назад: раскрыть причину, почему она выбрала девушку по имени Орианта сопровождать их. Вылетело ли это из головы Плейзии, или она решила это проигнорировать, в любом случае пришло время ей сдержать свое обещание.

Она нашла Плейзию и молодую женщину сидящими в одиночестве рядом с грудой припасов, снова погруженными в разговор. Именно в таком состоянии она увидела их несколько дней назад, настолько увлеченными беседой, что не замечали никого вокруг. На мгновение она остановилась, пытаясь представить природу их взаимоотношений. Не сумев этого сделать, она подошла к ним, после чего, как и прежде, все разговоры немедленно прекратились.

— Плейзия, — приветствовала она друида, молча кивая Орианте. — Ты обещала объяснить мне причину, по которой твой выбор пал на Орианту для этой экспедиции. Время настало.

Плейзия тяжело вздохнула и кивнула:

— Не думаю, что могу откладывать это еще больше. Надеюсь, вы не рассердитесь на меня, Госпожа. Орианта это очень опытный и сильный оборотень. Она родилась от отца, который мог менять облик, и матери, которая обладала магией и которая так сильно любила ее отца, что перед их расставанием они зачали это дитя. Ничего из этого не должно было случиться, но случилось. И в то время, как отец исчез и с тех пор его никто не видел и не слышал, мать оставалась рядом и видела, что Орианта росла так, как и положено — хотя сама не могла принимать в этом участие. Со временем начала проявляться способность Орианты менять свой облик, и стало ясно, что она унаследовала оба дара — и оборотня, и обладательницы магии.

Она перевела дыхание:

— Я надеялась привести ее в орден, чтобы попросить принять ее, через несколько лет — несмотря на то, что я совершенно уверена, что вы и остальные откажут ей в этом. Орден никогда не разрешал вступать в него членам одной семьи, чтобы они служили в качестве друидов в одно и то же время.

Хайбер медленно кивнула:

— Потому что присутствие одного вызывает слишком большое напряжение у другого, а это ставит под угрозу обоих. Ты ее мать, не так ли, Плейзия?

Плейзия кивнула:

— Да, госпожа.

— Как так случилось, что я никогда не слышала про ее существование?

— Я никогда ни с кем об этом не разговаривала. Я хранила в секрете эту часть моей жизни. Когда я пришла в орден, то оставил ее на попечение своей матери. Тогда ей было пять лет. Моя мать вырастила ее. За это время я редко ее видела. Я не знала, когда явилась в Паранор, что Орианта унаследовала и талант своего отца, и мой собственный. Я подозревала, что у нее будет некоторые способности, но не ожидала, насколько одаренной она будет. Мне следовало бы находиться рядом, чтобы обучать ее, но к тому моменту я вступила в орден и мало, что могла сделать. В основном, она училась сама.

Хайбер какое–то время молча смотрела на нее.

— Ты нарушила правила, приведя ее в эту экспедицию, Плейзия. Зачем ты это сделала? Ты знала, насколько здесь будет для нее опасно. Почему ты решила привести ее к нам именно сейчас, когда могла подождать до лучших времен?

Эльфийка покачала головой:

— Прошу вас, Госпожа. Я не хочу об этом говорить.

— Если не скажешь, я тут же отошлю Орианту домой, — заявила Хайбер. Она посмотрела на девушку, которая не произнесла ни слова, а просто сидела и слушала. — Орианта, а тебе нечего сказать?

Решительное лицо девушки напряглось:

— Я пришла, потому что хотела быть со своей матерью. Мне нужно было прийти.

— Ты знала, что это явное нарушение наших правил?

— Я нужна своей матери.

— Именно это она сказала тебе? Что ты нужна ей? Ты пришла, потому что тебя попросили, или потому что ты решила сделать это сама?

— Госпожа, — вмешалась Плейзия. — Позвольте ей остаться. Она пришла из–за того, что я ей рассказала. — Она немного помолчала. — Потому что я сказала ей, что умираю.

Хайбер застыла на месте. Орианта, эта сильная молодая женщина, которая, казалось, была высечена из камня, начала плакать. Плейзия обняла ее руками и стала что–то шептать ей на ухо.

— Умираешь? — тихо произнесла Ард Рис.

— Я обнаружила это несколько месяцев назад. Мне рассказал целитель. Эта болезнь внутри и от нее нет лекарств, не поможет даже целительская магия. Я думала, что умру до того, как вы очнетесь от сна друидов. Я предположила, что могу привести Орианту в крепость и, поскольку я умираю, остальные друиды оставят ее до тех пор, пока вы не проснетесь. После чего вы, наверное, согласитесь принять ее в орден. А потом нашелся тот дневник, а мое время заканчивалось.

Она выглядела так, будто говоря эти слова, отдавала себя во власть того, что ее убивало. То, что она могла лгать, никогда не возникло в голове Хайбер; вся правда отражалась на лицах матери и дочери.

Плейзия освободила Орианту и повернулась к Ард Рис:

— Я знаю, что это опасное путешествие. И понимала, что это значит. Я отправилась к ней и рассказала, что умираю и что существует очень большая вероятность того, что я не вернусь из этой экспедиции. Я попросила ее дождаться меня, но она настояла на том, чтобы отправиться со мной. Она сказала, что это, скорее всего, наша последняя возможность побыть вместе. Она не хочет ее упускать. Она более одаренный обладатель магии, чем я, и не замедлила напомнить об этом. Если она не сможет полететь, то и я не полечу, заявила она. Поэтому я согласилась взять ее с собой.

Хайбер вздохнула. Плейзии следовало бы рассказать ей, что Орианта была ее дочерью, но она поняла, почему эльфийка удержала это в секрете, опасаясь, что ей откажут в просьбе включить в состав экспедиции Орианту и девушку отправят домой. Зная, что умирает, она отчаянно хотела удержать дочь при себе. Хайбер сомневалась в целесообразности ее участия, поскольку она подвергнется такому риску, но, может быть, Орианта гораздо опытнее и способнее, чем кажется, исходя из ее возраста.