Ген бессмертия. Трилогия (СИ) - Алексеева Оксана - Страница 104

      — Это значит, что их приказ Денису — только временная мера? — удивилась я этому осознанию.

      — Это значит, что Денису лучше остаться в их свите или армии. У него нет другого выбора.

      — А что случилось с прежним Императором?

      — Он сошел с ума и недавно его убил кто-то из остатков его же собственных приближенных. Так что теперь место Высокого Императора временно свободно. Хочешь тоже поучаствовать в предвыборной компании? А то там только Змеи и Волки. Я бы лучше за тебя проголосовал.

      Я быстро повернулась и поцеловала его в губы. Потому что он был так непривычно терпелив и неязвителен. Потому что хотела это сделать. Он удивленно приподнял бровь, но улыбки сдержать не смог. А потом обнял меня и прижал к себе. Так мы и лежали долго-долго, пока не услышали, что Андрей вернулся.

Алекс

      Знаю, что ей тоже этого недостаточно, но и продолжать держаться друг от друга подальше стало теперь невозможно. Лучше вот так, хоть изредка, позволять себе короткие минуты нежности, чем вообще не жить. Она теперь почти каждый день приходила в мою спальню и ложилась рядом, и иногда засыпала, а чаще сначала получала свою долю ласки, а когда страсть выходила за пределы контроля, я успокаивал ее, пока не погружу в сон. Сам спать перестал практически вовсе. Это было приятно и мучительно одновременно, но у меня не хватило бы сил прогнать ее. Такая податливая в моих руках, такая… моя. А когда на третий день она почему-то не пришла, я вынужден был спуститься в ее комнату, взять за руку и повести за собой. Как будто сама не знает, где ее место! Ее присутствие стало менее болезненным, чем ее отсутствие. Настя сдала последний зачет, и теперь почти все время мы проводили вдвоем. Всегда рядом. Всегда на грани. Андрей на наши мимолетные касания и проявления нежности вообще никакого внимания не обращал. Для него она уже была моим Дитя, а значит, все, что между нами происходит, только наше дело.

      Еще через неделю позвонила Анита.

      — Алекс, — это было немного странно вместо привычного «мой золотой мальчик», хотя голос был мягок и приветлив. — Я в Лондоне. Змеи сами пришли к нам и рассказали о… небольшом недопонимании по поводу Насти. Они хотят принести тебе извинения лично.

      — В гондурас их извинения, — ответил я единственное, что мог ответить.

      — Понимаю. Но ты должен прилететь в Лондон незамедлительно. Это приказ Управления. И девочку свою бери, если захочет. Хочу познакомиться с твоим Дитя до Ритуала.

      Я чуть не закричал от радости.

      — Мне дают разрешение?

      — Да. Прилетайте и получайте. Вместе!

      — Но Настя еще не готова. Согласие она пока не дала, и память я ей не разблокировал.

      — А никто и не торопит! Это просто визит с целью знакомства. Алекс, уговори ее! Разве ты не хочешь показать ей город, который так любишь, в котором родился и в котором умер? Это моя личная просьба!

      Вот оно! Замечательная оговорка.

      — Понял, Мастер. Все сделаю.

      Я собрал всех на кухне и рассказал об этом разговоре.

      — Мне тоже нужно ехать? — взволнованно спросила Настя.

      — Нет. Ты остаешься. Андрей, помнишь наш уговор?

      Тот кивнул, а Настя удивилась:

      — Какой еще уговор? Рассказывайте все!

      Андрей взглядом попросил у меня разрешения. Так и не получив его, все-таки решил высказаться:

      — Нужно рассказать, так честнее, — она с нетерпением ждала продолжения. — Настя, я останусь с тобой тут. Если Соколы решат выступить против Волков, то я заберу тебя и твою мать с собой. Охотники всегда вас защитят. А если ты захочешь стать вампиром, то сможешь потом это сделать. Рядом с Волками и нами вы будете в большей безопасности, чем где бы то ни было.

      — А как же Алекс? — она заторможено повернула голову.

      Я не знал, что ответить.

      Настя вскочила на ноги.

      — Нет! Тогда я поеду с тобой!

      — Не поедешь, — в этом я уж точно не сомневался. Спасибо Аните.

      — Тогда разблокируй мне память прямо сейчас! И тогда я дам тебе окончательный ответ про Ритуал! — не унималась она.

      — Нельзя. Чтобы разблокировать целых семнадцать лет, да еще и с такими вывертами, как у тебя, нужно достаточно времени, иначе ты сойдешь с ума.

      — Тогда я сама себе разблокирую! — зря я ей рассказал об этой возможности.

      Меня и радовала, и печалила ее ярость.

      — Ну, тогда ты точно спятишь. Вряд ли ты сама сможешь все сделать постепенно. И твои мозги попросту вскипят. Не поднимай кипиш. Я получу разрешение и вернусь. Обещаю.

      Она устало опустилась обратно на стул.

      — Если ты не вернешься, я разблокирую ее сама, — сказала уже гораздо спокойнее. А значит, правдивее.

      — Я же сказал, что вернусь.

      — Если ты не вернешься, я не уеду к Волкам! А если меня потащат насильно, я разблокирую себе память и сойду с ума!

      — Угрожаешь? — даже смешно, какую ставку она сейчас делает на мои к ней чувства.

      — Нет! Мне нечем тебе угрожать! — она уже почти плакала и снова начала кричать. — Ты ведь все равно останешься Соколом и будешь делать все, что тебе прикажут! Тебе плевать, что будет со мной.