Невыносимые противоречия (СИ) - Stochastic Аноним - Страница 103

Шаги переговорщиков гулким эхом отдавали от стен. Слева и справа бесшумно скользили, подражая движениям конькобежцев, солдаты с автоматами наготове. На шеях болтались очки ночного видения на поясах - рации, в карманах запасные обоймы. Пятьдесят шагов. Впереди показались желтые ленты разметки. Встреча должна состояться в середине тоннеля. На глубине четырёх метров под землей. Пол наклонился. Градусов на десять. Последний раз, Франц был здесь, когда сматывался вместе с Генри от шестерок отца. В заполненном людьми тоннеле наклон пола не ощущался. А еще среди множества людей не обращаешь внимания на тени. Теперь, при свете прожекторов, нервы дергало их отсутствие. В полупустом коридоре гулял сквозняк. Подвывание ветра и шум дождя на входах создавало иллюзию шорохов. Впереди свет упал на металл. Через два шага Франц распознал в металических предметах стулья и стол. Место переговоров. На противоположной стороне тоннеля обозначилось движение. В массивном великане Франц узнал Нандо. Бойцы вокруг него были ниже Нандо на голову. Нандо улыбнулся и помахал рукой. Никто не ответил на столь фамильярное и шуточное приветсвие. Диего Франц в сопровождении Нандо не увидел.

До группы Нандо оставалось пятьдесят шагов, не больше двадцати до стульев, когда прогремел взрыв. Франц увидел, как стулья разлетелись в стороны, а потом погас свет. С потолка посыпались штукатурка и куски плитки. Камень огрел Франца по спине, толкнул вперед и заставил упасть на колени, прикрывая голову руками. Вдали затрещал автомат. Солдаты справа и слева тоже открыли стрельбу. Позволяли ли очки ночного видения им рассмотреть цель? Воздух наполнился пылью и дымом. Чтобы не попасть под пулю, Франц растянулся на животе. Откуда под руками столько камней и осколков? Взрывная волна? Взрыв зацепил потолок? Насколько прочна конструкция тоннеля? Может ли рухнуть потолок? Почему у Франца гудит в ушах, дрожат руки и пропадает дыхание?

Кто-то рухнул Францу на ноги, вцепился в китель. Франц обернулся, нащупал голову, плечи, влип пальцами в кровь на спине. Франц перекатил раненного на спину. На его груди не было орденов, как и на груди Франца.

- Патрик!

Франц хотел приподнять его голову, но, оцарапавшись об осколки черепа, пальцы погрузились в мягкое и скользкое. С такими ранами не выживают. Но Францу почудилось, что Патрик застонал и забился в руках. Франц склонился ниже, коснулся щекой раскрытых неподвижных губ.

Вспышки выстрелов выхватывали из темноты каски, оскалы, оружие и бронежилеты. Автоматы целились в глубину подземного коридора. Значит, выход в противоположной стороне. А Маркус и члены его штаба должны быть ближе к центру. Потому что Патрик и Франц замыкали шествие. Шли за ними. Франц приподнялся на локтях и пополз к центру коридора. Дорогу перегородило тело. На груди ордена залиты кровью. Как спина Патрика. Как грудь Санчеса, когда он закрыл собой Лонарди. А еще раньше так расстреляли мать Франца. Разрядили в неё обойму. Раненный застонал? Или Францу это только почудилось? Он коснулся погонов, шеи, головы. Старался нащупать пульс, уловить дыхание. Нужно найти Маркуса, если он жив. Франц переполз через неподвижное тело. Новый взрыв и выстрелы заставили его прижать голову к полу. Оцарапав подбородок о камни, Франц двинулся дальше. Вцепился рукой в чью-то штанину. Подтянулся на локтях, коснулся влажных орденов, липкой ткани. Окровавленными руками, дотронулся до висков раненного. Ощупал морщины за ушами и лысую макушку. Маркус хрипел, сипел и пытался что-то сказать. Смерть разрывала его на части. Франц подсунул руку под голову старика и приподнял её. Голова казалась легкой и теплой. Франц представил, как бьет старика затылком о камни или разбивает камнем висок. Представил раны на груди матери. Он видел фотографии. В день смерти на ней было белое платье. Догадаться о цвете можно было только по рукавам.

- Генерал ранен! - закричал Франц, выдергивая себя из фантазий.

Не рассчитывая на помощь, он подхватил Маркуса под плечи и потащил к выходу. Он надеялся, что правильно выбрал направление. Воздух нагрелся. Не думая ни о прошлом, ни о пулях, Франц поднялся на четвереньки. Полз, пятился, прижимая Маркуса к груди. Маркус перестал сипеть. Потерял сознание или умер. Солдаты вокруг перегруппировались, выстроили заслоны из щитов. Один солдат снял с себя шлем и напялил на Франца. Щиты выросли слева и справа от Франца, он рискнул подняться на ноги. Он все еще держал Маркуса под мышки. Кто-то подхватил ноги старика. Спотыкаясь, они добрались до стены. Путаясь в проводах, переступили через упавший прожектор. Франц споткнулся, упал на колени, но не выпустил Маркуса, не позволил его голове стукнуться об пол. Мертв он или жив, не важно. Казалось, Франц так долго шатался в темноте в поисках выхода, что разучился думать.

Дневной свет ослепил. В плечи Франца вцепились несколько пар рук. Маркуса переложили на носилки, Франца облокотили о бронетранспортёр и впихнули ему в руки бутылку воды.

- Генерал Маркус жив, - солдат с перепчканным пылью лицом, вытер нос.

- Нужно отвезти его на базу, - Франц шатнулся к броневику, куда грузили Маркуса.

Подножка бронетранспортёра показалась ему слишком высокой. Носилки с Маркусом занимали все пространство между сиденьями. Мальчишка в бронежилете со слипшимися от пота волосами суетился над Маркусом. Напялил кислородную маску, что-то вколол, расстегнул пиджак, пытался остановить кровь. Когда машина поехала, Франц вцепился в поручни на стенах и закрыл глаза, чтобы не наблевать.

Оказалось, в случае необходимости бронетранспортёр разгонялся до ста километров. На поворотах Францу казалось, что он потеряет сознание. Почему за Маркусом не прислали вертолёт? Вряд ли после того, как Нандо устроил ловушку в тоннеле, договоренность о запрете полетов имела смысл. Началась война. Возможно, на базе боялись, что партизаны собьют вертолёт? Зачем Нандо понадобилось взрывать тоннель, когда он сам был там?

Франц прикусил язык, когда бронетранспортёр влетел во вдор базы. По ухоженной траве плаца он подкатил к дверям дома Маркуса. На крыльцо высыпали люди в белых халатах и масках. Бригада реанимации. Франц не удивился, увидев, что пока они ехали, гостиную Маркуса переоборудовали под нечто среднее между операционной и больничной палатой. Лампы-прожекторы, стол и шкафы на колесах с инструментами. Повсюду парил запах дезинфикатора.

Старик оказался бойцом. Когда носилки заносили в дом, даже поднял руку, будто хотел отдать приказ. Человек в маске и кедах - явно не армейский - закрыл дверь в дом перед носом Франца.

По-прежнему ни о чем не думая, он устроился на ступенях крыльца. Через полчаса доставили еще двоих раненных. Болейло и пресс-секретарь. Остальные члены штаба Маркуса вернулись на базу в черных мешках. Небо покраснело закатом. На взлетно-посадочной полосе началась возня. Один за другим в воздух поднялись три "Сесны". Франц прислушался, желая услышать город. Перестрелки. Пожары. Взрывы. Чего еще ждать, после того как Нандо пытался убить Маркуса. Но это глупо, Франц встал, не в силах больше оставаться на месте. Глупо назначать встречу, чтобы убить. Освободительная Армия взяла на себя ответсвенность за убийство президента, Маркус изобличил режим Варгаса. Гудисон захватила АЭС. И все эти шаги, чтобы выманить Маркуса с базы и убить его? К тому же взыв в подземном переходе дурацкая идея, слишком велика опасность для самого Нандо и его людей. Попахивает самоубийством. Странная тактика для человека, который сорок лет боролся за выживание в джунглях.