Невыносимые противоречия (СИ) - Stochastic Аноним - Страница 138

- Все в порядке, - Альбер кивнул Ливи.

Воспользовавшись замешательством Луизы, поймал её за руку и притянул к себе.

- Не мучай себя, ты ничего не можешь сделать, - он поцеловал её в висок и подтолкнул к лестнице.

Он обращался с ней как с маленьким ребенком. Ребенок нуждался в успокоении, но его проблемы вызывали только недоумение и снисхождение. Луиза сжала кулаки.

- Как ты, девочка? - спросил её Ливи.

Не отвечая, Луиза взбежала вверх по ступеням. Хлопнула дверью спальни и почувствовала себя в ловушке. За время её отсутствия знакомая комната, как будто уменьшилась в размерах. В три шага добравшись до окна, Луиза отодвинула штору. Ночная темнота заглотила внутренний сад. Косая полоска света из гостиной на первом этаже вырезала из черноты мертвые гнилые кусты. Почему Луиза чувствовала себя здесь как в тюрьме? Почему чувствовала себя похожей на этот дом? Внутри неё тоже все прогнило, как в этом саду.

Схватив с тумбочки телефон Луиза села на кровать и закурила.

- Да, - голос Сабрины звучал радостно и возбуждено. Что-то случилось, но Луизе было плевать.

- Когда у правозащитников следующий прямой эфир?

- Завтра вечером. Мы будем рады, если ты присоединишься. Теперь, после смерти Касто, людям нужен кто-то, вокруг кого можно объединиться, - затараторила Сабрина.

Луиза отключилась. Пепел упал на колени. Она до сих пор носила одежду с базы. Если она поедет в телецентр придется переодеться. До завтра у неё есть время все обдумать.

Суд. Она готовилась к нему на базе. До того, как Франц притащил её в тюрьму. Решила, что если Франц будет судить её за убийство Касто, у неё достанет сил принять это достойно. Она сделала то, что должна. Она победила.

Но все изменилось. Стоило ей увидеть Генри, от её уверенности в себе не осталось и следа. И дело не в том, что она вспомнила, каково это оказаться за решеткой. Как там грязно, мерзко и страшно. Дело не только в этом. Дело в том, что Франц заставил её вспомнить, она убила не только Касто. Женщины на вилле, студент. Она пустила пулю в затылок Гелиосу. И другим заключённым, чьих имен не знала. Никогда не узнает.

Воспоминания об этих убийствах засасывали как воронка. И мысль о смерти Касто от них не спасали.

"Не мучай себя, ты ничего не можешь сделать, - сказал Альбер. - Франц придумал этот бред с судом, потому что не может принять решение самостоятельно".

Но может, Франц все уже решил? Он мог арестовать Луизу, но вместо этого показал ей свое преступление. Что если он поступил так, чтобы дать ей выбор? Или правильней сказать, иллюзию выбора? Что если он дал ей время подумать, скажем, дня два, Луиза вытерла вспотевшие ладони о штаны. Заговорит ли она первой, пойдёт ли к правозащитникам? Сделает ли первый шаг? Если она ничего не сделает, он все равно придет за ней?

Луиза вздохнула. Ей столько раз приходилось выбирать меньшее из двух зол, и впервые она хотела, чтобы выбора у неё не было вовсе. Так было бы намного проще, легче, спокойнее.

Она забыла включить в комнате свет. Теперь закрыла глаз, снова открыла, и вздохнула с облегчением - переход из темноты в темноту был мягким и успокаивающим.

Альбер сказал, что Франц боится принимать решение самостоятельно, хочет чтобы за него это сделал кто-то другой. Похоже, Луиза хочет того же.

Внизу хлопнула дверь, и Луиза насторожилась. Может, ей стоило не сидеть здесь и жалеть себя, а послушать, о чем говорят Альбер с Ливи?

Что если Альбер не смог понять её, потому что не понимал её никогда? Он всегда относился к ней как ребенку? Утешал, успокаивал. Невольно Луиза коснулась своего уха. Рассталась бы она с идиотской шапочкой, перестала бы стыдиться своих увечий, если бы Альбер не убедил её, что она сильная? Что способна вызывать желание. Он вернул Луизе веру в себя. Он обращался с ней как с равной. Они действовали заодно, когда решили использовать Генри, когда решили захватить АЭС. Ради общей цели.

Но у Альбера всегда был запасной план. Что если он использовал Луизу, как она использовала Генри? Так же как он использовал Диего против Нандо? Так же как использовал Сесара?

Нет, остановила она себя, ты не знаешь точно, почему Сесар стрелял в Рохаса.

Почему она до сих пор не спросила об этом Альбера? Верила, что цель оправдывает средства? Особенно цель Альбера? Она доверяла ему, потому что он всегда знал, что делает? Или потому, что он поддержал её там, в джунглях, в гребаном партизанском лагере, где она была всего лишь пушечным мясом?

И теперь достаточно было одного спора, чтобы разрушить это доверие? Разрушить их связь?

Будь Альбер сейчас рядом, ей бы не было так страшно и одиноко. Луиза коснулась своего уха - он бы погладил её по голове, и она бы не чувствовала себя такой виноватой? Так чего же она хочет на самом деле, тупоголовая курица, чтобы он пожалел её или понял?

Нет, хватит. Луиза сжала здоровой рукой сломанные пальцы. У неё, что дрожат руки? Нет, она не может больше сидеть на месте.

На первом этаже горел свет, но гостиная была пуста. На кухне тоже ни души, ни движения - лишь часы на микроволновке мигали, доказывая, что время уходит.

Полчетвертого утра.

Луиза вышла во двор. Машины Альбера не было. Она должна была догадаться, если он не поднялся в спальню. Он никогда не докладывал ей о своих планах. Подражая ему на полубессознательном уровне, Луиза ушла к Францу с приема Карлоса. Что было бы, если бы она рассказала Альберу о своем плане искать Касто у Манни? Попытался бы он её остановить? Поехал бы с ней?

В конце улицы громыхнуло, будто перевернули мусорный контейнер или выкинули из окна стул. Луиза вздрогнула. Сердце зачастило, мешая вздохнуть полной грудью.

Новые поливалки в темноте напоминали крепления для палаток в партизанском лагере. Мальчишка с сияющим белизной пластырем на шее курил у ворот траву. Выдыхал аккурат в щели решетки - ниже, выше, справа, слева, словно заполнял ячейки. Словно вгонял патроны в патронник. Смеясь над дурацким сравнением, Луиза искала взглядом оружие в саду. Какой толк выставлять около дома охрану без оружия? Присмотревшись, она заметила приклады автоматов, торчавших из-за ящика с инструментами. Накрытые тряпками, в пределах досягаемости.

Луиза села на крыльцо и закурила. Мимо, неуверенно улыбаясь, стараясь не махать руками и не делать широких шагов, скользнул в дом Хорхе. Когда Луиза думала, что оглохнет от тишины и треска цикад, он вернулся с кружкой кофе.

- Не спится? - его поза напоминала знак вопроса. Он не осмелился присесть рядом с Луизой без приглашения.

- Альбер сказал, когда вернется?

- Нет, - Хорхе переступил с ноги на ногу. Резинка шлепанец цеплялась за большой палец с посиневшим от удара ногтем.